Александр Светлый – Повелитель Хаоса (страница 60)

— Ты говоришь, что Му Линь помогал страже.

— Да, а когда он упал, не выдержав ответного удара, господин Чень… он…

— Говори всё, как есть, — строго потребовал мужчина в кресле главы.

— Господин Чень ударил лежащего, безоружного Му Линя ногой в лицо, после чего он был весь в крови и потерял сознание.

— Ложь! — запротестовал я.

— Я дам слово всем, — подняв руку, чтобы заставить меня замолчать, сказал глава.

— Что было дальше? — спросил он опять обратившись к дочери.

— Ничего, мы вошли в поместье.

— А чем закончилась драка с охраной?

— Ах, точно, господин Чень их тоже сильно побил, но сам бой я не видела. Мне стало страшно, когда моего защитника уложили на землю, и я закрыла лицо руками, а когда выглянула вновь, то драка уже закончилась и стражники лежали без чувств на мостовой.

— И после он опять начал избивать лежащего на земле Му Линя?

— Да, всё было именно так.

— Понятно, все слышали?

Члены совета подтвердили запрос главы, после чего уставились на меня ещё более враждебными и осуждающими взглядами.

— Теперь я хочу услышать слова виновника драки.

— Глава, Бай Ай солгала. Уж не знаю, может её кто-то заставил или у неё проблемы с головой, но я хочу её спросить, кто же открыл нам ворота в поместье?

— Говори, — приказал мужчина.

— Их открыл Му Линь, — немного помявшись, ответила девушка.

— Верно, — подтвердил я и тут же спросил, — а как он смог это сделать, если судя из твоего рассказа, он потерял сознание после моего удара?

— Он… он…

— Бай Ай! — прикрикнул мужчина, — не позорь отца, говори всю правду!

— Он открыл ворота и потом потерял сознание.

— И? Что это меняет? — спросил меня мужчина.

— Всё, глава. В рассказе Бай Ай нет ни слова правды, а этот пример это наглядно доказывает. Её свидетельства, которые получил наш уважаемый Первый советник, ложь, которой вы собирались меня очернить. Не выйдет. Раз свидетель соврал, я имею право позвать сюда Му Линя и стражников.

— Позовите пострадавших, — потребовал глава и тут вмешался Первый советник.

— Я уже отправил Му Линя назад, служить охранником в нашу старую усадьбу, — заявил он, — а стража ворот показала себя бесполезной даже против такого слабого противника, как Чень Бин, поэтому я также немедленно выгнал их из поместья без выплаты месячного жалования.

— Отец! Первый советник, вы слишком поспешили. Как мне теперь добиться справедливости?

— А что здесь добиваться? Чень Бин нарушитель порядка и лжец. Он должен быть наказан за нападение на твою дочь. Вернее, на её охранника. Это хорошо, что ничего страшного не произошло, а если бы он и её покалечил?

— Так вот, кто заварил эту кашу! — восхитился я, — сразу, пока все свидетели были на месте, меня в зал совета не пустили, дождались вечера, запугали Бай Ай, избавились от свидетелей и подло выставили меня преступником.

— Да как ты смеешь! — рявкнул старик.

— Как ты смеешь, старый трус и подонок, всегда прятавшийся за спинами старших братьев, пытаться избавиться от законного наследника и подтасовывать факты? Даже внучку свою в это втянул. Позор!

— Молчать! — взорвался старик и сорвался с места, желая заткнуть мне рот уже навсегда, но кто же ему даст.

Я перехватил старика в атаке, поднырнул под несущийся мне в голову кулак и засадил свой в печень. Предок-защитник не ожидал, что я успею среагировать, умело уклонюсь, да ещё и сам атакую в ответ. Дробящий кулак пробил внешнюю защиту Ци, урон снизился вдвое, но так как был нанесен мной в полную силу, его оказалось достаточно, чтобы внутренности старика превратились в кровавое месиво.

Он обмяк почти сразу после полученной травмы, завалился на меня, повис на моём плече, а когда я стряхнул его с себя, упал на пол. Из рта обильно полилась кровь. Разорванные в клочья внутренности полезли и из лишившейся брони Ци брюшины.

Для всех в зале стало шоком совершенно бездарно проигранная боевым мастером схватка. Надо отдать должное новому главе. Он сохранил достоинство, не стал приказывать страже схватить убийцу и прочий бред. Он молча признал, что его отец сам накинулся на более слабого противника, полагаясь на свой ранг и проиграл. Это был нечестный бой, а кто оказался в итоге сильнее, тот и прав.

После этого он приказал позвать целителя и принести носилки. Первого советника собирались отнести в его комнату и оказать ему всю возможную помощь, хотя я мог сразу сказать, что старик не жилец. Так и оказалось. Прибежавший из гильдии целителей мужчина констатировал его смерть прямо на месте. Предок-защитник не просто проиграл, он позорно проиграл, напав на законного наследника, когда не удалось обвинить его в преступлении. Он также напал без предупреждения, не бросив вызов, что полагается сделать, чтобы оппонент был готов встретить атаку. Репутация Первого советника и всей четвертой ветки семьи в один миг оказалась растоптанной.

Когда тело старика унесли на носилках, разбирательство с моим нападением на стражу приняло совсем другой оборот. Бай Ай призналась, что Первый старейшина пригрозил, что Му Линя казнят, забьют насмерть, если она откажется помочь и потребовал представить всё именно таким образом, чтобы молодой господин Чень выглядел преступником. Она рассказала, что я ни в чем не виновен и это Му Линь и стража накинулись на меня, хотя я никого из них и словом не задел.

Тяжело вздохнув, глава Су Линь Бао при всех снял с меня все обвинения, а свою дочь отправил под домашний арест в её покои. Наказание он обещал озвучить позже, и зависело оно от того, насколько я окажусь милостив. На этом собирался распустить совет.

Я решил воспользоваться своим сильным положением и тем, что новый глава всячески старался изображать честного и справедливого лидера клана и предложил:

— Раз уж все тут собрались, давайте сразу решим и более важный вопрос.

— О чем ты говоришь, племянник? — спросил глава Линь Бао.

— Ну как же? Вопрос очевиден. Как так вышло, что на месте нового главы нахожусь не я, единственный законный наследник главной родовой линии, а наследник четвертой смежной ветки семьи?

Мужчину перекосило от такого провокационного вопроса. По лицам членов совета пробежала волна удивления. Они были возмущены моей наглостью, но пока открыто не высказывались в поддержку главы, желая узнать, чем всё закончится. У меня мог быть припасен неизвестный никому козырь, раз я позволял себе так дерзко говорить, поэтому было разумно не показывать своё отношение к происходящему преждевременно.

— На что вы намекаете? — стиснув кулаки, спросил мужчина.

— Намекаю? Я говорю прямо. Вы с отцом нарушили порядок наследования и решили занять чужое по праву место.

— Ха-ха-ха! Вижу, ты точно такой же, как твой отец Су Мин Хо. Он всегда считал, что клан его собственность, что он принадлежит ему, но в клане по правилам все должен решать совет. Мы устроили собрание. Раз наследник Мин Хо не явился на объявленное собрание, его нигде не смогли отыскать, вот совет и принял решение о назначении нового главы. Следуя правилам…

— А разве по правилам вы не должны были приложить больше усилий для поиска законного наследника, а не торопиться сразу же усадить на его место кого-то другого, хотя с момента казни первого старейшины Су Си Хена прошло совсем мало времени. К чему такая спешка? Я находился в столице и знать не знал, что собрание решили провести без меня. Когда только мне стало известно, что моего прадеда, первого старейшину и прошлого предка-защитника клана казнили, я тут же прибыл в Турфан.

— Ты не торопился, племянник. О казни уже всем давно известно…

— А может, меня похитили и держали в сыром подвале в заложниках, желая получить выкуп. Если бы я сам не сбежал, мог и вовсе сгинуть в плену. Меня хоть кто-то по-настоящему искал или нет?

Это был риторический вопрос. Разумеется, никто обо мне и не вспомнил перед собранием. Зачем им какой-то новый господин, когда после казни Су Си Хена можно полностью запустить руки в клановую казну и править самим.

— Да как ты смеешь так разговаривать с главой! Знай своё место! — взорвался сын второго старейшины, занимавший в совете самое весомое положение после Первого советника.

— Моё место? Кое-кто уселся на него прямо сейчас по прихоти своего отца, который спрятался в нору и не показывал оттуда носа, когда требовалось взять ответственность за нападение на наместника Лэй, но сразу же вылез, когда его отца казнили и можно было безнаказанно разделить его наследство. И ты сын подлого предателя смеешь затыкать мне рот? Твой отец в сговоре с третьим старейшиной убил моего отца, мать, всех трёх братьев. Вы уничтожили всю мою семью и теперь решили ещё и занять моё место, положенное мне по праву рождения? Дяди, не хотите объясниться?

— Это ложь! Мой отец не убивал твою семью! Я не знаю всего, но твоих братьев точно убили грабители, — вскочив с места и покраснев, от ярости, прокричал он.

— О, ты тоже хочешь заткнуть мне рот, так как я сказал правду? Давай, посмотрим, что ты можешь. Я принимаю вызов.

— Я не собираюсь с тобой драться. С меня хватит. Я не собираюсь терпеть эти голословные обвинения. Мой отец не имеет к ним никакого отношения.

У мужчины духу не хватило бросить мне вызов после того, что я с удара уложил сильнейшего мастера клана, но почувствовав, что запахло жареным, он попытался сбежать сам и заодно увести из зала своих детей.