Александр Светлый – Повелитель Хаоса (страница 55)

— А что если так? — распрямляя плечи, выравнивая спину и присаживаясь на свободное кресло, спросил я.

Дальше отпираться не имело смысла, меня раскрыли, и я решил, что прикидываться слабым уже невыгодно. Мне, наоборот, теперь нужно было выглядеть как можно более сильным и весомым, наврать с три короба про гильдию убийц, про тайную службу правящей династии, хоть сослаться на легендарного предка, но избежать боя с шестью боевыми мастерами и выйти из зала наставников живым.

— Позовите сюда моих лучших учеников, — приказал второй старейшина кому-то на входе в зал, после чего повернулся к главе Гу и заявил:

— Этот чужак напал на пятерых моих лучших учеников у тайного источника. Он устроил им засаду, скрытно поджидал их в нашей секретной пещере и должен понести за это наказание. Глава Гу, я надеюсь на ваше справедливое решение. Кроме того, что мы должны сохранить место расположения нашего духовного сокровища в секрете, если мои ученики также подтвердят, что они были покалечены именно этим злодеем, вы должны позволить его казнить. Я бы и сам вынес ему заслуженный приговор, но раз все уважаемые мастера собрались здесь, не хочу делать этого в одиночку, по своей личной инициативе. Благополучие всей секты зависит от того, покараем ли мы врага или позволим ему сбежать.

— Вы как всегда, второй старейшина, слишком торопитесь. Не выслушав ни одного свидетельства, готовы казнить любого, нарушая все правила секты и законы страны. Наш гость не признал, что он убийца Кулака или имеет отношение к инциденту в тайной пещере, а лишь поинтересовался, что будет, если вы окажетесь правы. Вас не удивляет, что он не пытается оправдаться и даже не боится задавать такие вопросы? Нет? А я начинаю догадываться, кого он представляет и не советую вам торопиться.

— Да за кого ты меня держишь, щенок?! Я покажу, на что способен мой "Кулак тысячи убийств". Убью!" — взревел второй старейшина Гу Шень Кан, со страшными, налившимися кровью от захлестнувшей его ярости глазами.

Потянувшись к кинжалу на поясе, он полоснул им по своему правому запястью и стал грозить мне поднятым вверх правым кулаком, к которому, освещая весь зал багрово-красным свечением, устремилась проливающаяся из раны кровь. Всё тело мужчины окутала зловещая, тёмная аура, появление которой вызвала собранная в теле особыми, демоническими практиками тёмная Ци. Я увидел перед собой разъяренного, столетнего культиста.

Мгновение спустя у меня душа ушла в пятки, бросило в дрожь, заболело в висках, скрутило живот от приступа настоящей паники. Что за дела? Я совершенно потерял самообладание и внутри остались лишь запоздалые сожаления. Почему я не сбежал, когда была возможность. Только боя с сильнейшим боевым мастером царства Вэй, если не считать великого предка-защитника на моём пике медного ранга не хватало!

У меня безумно колотилось сердце, к горлу подкатил ком, чуть не стошнило — все признаки волнами накатывающей паники. Что это? Это и есть воздействие объявленной ранее техники "Кулака тысячи убийств" или просто её дополнительный, побочный эффект. Мама, умираю от страха. Никогда не думал, что от страха можно испытывать и физические страдания.

А в голове при этом пусто. Вообще ни одной мысли. Ни как спастись, ни что делать дальше. Я ощутил, что вообще теряю волю к сопротивлению, почувствовал себя беспомощным и обреченным. Явно попал под действие какой-то мощной, психической атаки. Все фобии обострились. Именно такой ситуации я всегда и боялся. Мне п*здец! Доигрался. И сдалась мне эта Лэй Сяо? Зачем я вообще о ней разговор завел?

А что теперь? Меня убьют. Всё кончено. Навалились сожаления и новые страхи. Это уже не пустые угрозы, беззубый блеф. Меня сейчас казнят. Единственное, что упорно крутилось в голове, что мне очень-очень страшно! Я вообще не помню, чтобы когда-либо поддавался настолько всепоглощающему страху. Но как оказалось, шок и трепет испытывал не только я. Гадкий старик на помосте, первый старейшина и даже все союзники и ученики Гу Шень Кана, в страхе припали к полу или вжались в кресла, бледные, как смерть. Никто из них не ожидал, что подобное произойдет, что такое вообще возможно. Адепт демонического культа, злостный еретик всё это время скрывался среди них и показал своё истинное лицо после нескольких простеньких провокаций.

Однако, нужно было признать, он всё хорошо рассчитал. Непонятная техника вызвала парализующий ужас абсолютно у всех, кто оказался сейчас в этом зале. Всех, кого он желал убить, можно было убрать без сопротивления. Я сам готов был упасть перед врагом на колени и забыв о гордости молить о пощаде, хотя гораздо больше хотелось броситься наутек, но моё тело сковал чудовищный страх, ноги, руки и даже язык и веки глаз не слушались. Я не мог оторвать взгляда от всё увеличивающегося в размерах кровавого водоворота, что появился над кулаком Гу Шень Кана. Он сам стал похож на мертвеца, но продолжал качать кровь из собственного тела и, казалось, также увеличивался в размерах. Перед ним я почувствовал себя крохотным и ничтожным.

В отчаянии, я попытался шелохнуться. Просто шевельнуть пальцами положенной на подлокотник руки. Нет, не выходит. Тело стало совершенно безвольным, ватным и кроме сползания на пол и падения ниц, у меня даже вариантов не осталось, но я всё ещё держался в кресле, смотрел своей неминуемой смерти в лицо и сам удивлялся, как мне это удается.

Но краем воспаленного сознания догадывался, что частички уверенности, крохи самообладания, способные сопротивляться пробирающему до самого основания страху, чудовищной, подавляющей ауре ужаса мне дали мои легендарные наставники.

За спиной словно возникли их незримые образы и именно они удерживали меня в кресле, не давали полностью отчаяться и запаниковать. Я почти физически чувствовал их поддержку. Хоть сейчас от них остался лишь ставший частью моей собственной личности опыт, просто слепок памяти, но эта память сотен тяжелых, эпических битв, где они сражались насмерть и выстояли перед лицом куда более сильного врага, давала эту веру, что ничего не кончено, пока я сам не сдался. Они помогли мне выстоять первый, парализующий волю напор демонической техники, а это являлось уже половиной успеха. Полная пустота в голове, наконец, заполнилась первыми мыслями. Правда, не обошлось без совершенно лишней в такой опасный момент рефлексии.

"Как до такого могло дойти?" — ощутив, как от чудовищного волнения взмокли ладони, виски и затылок, ужаснулся я. В голове эхом возник ответ на этот вопрос. Как могло до такого дойти? Когда глава Гу Лу Шань намекнул всем, что я посланник гильдии убийц, я неправильно воспринял реакцию второго старейшины. Он заткнулся и притих, но это была не трусливая покорность. Он просто обдумывал, как поступить дальше.

Теперь стало очевидно, что глава секты меня просто подставил! Я поспешно сделал вывод, что меня тут все опасаются и набрался смелости спросить, где сейчас девица Лэй Сяо, которая находилась под защитой мастера секты и пропала. Старик на помосте решил этим воспользоваться и стал открыто обвинять союзника второго старейшины в том, что он её коварно похитил и держит своей пленницей в одном из домов для учеников.

Я очень удивился, почему глава секты уличил в преступлениях подчиненного, раз уже знает о злодеянии? Зачем оправдывается и перед кем? Перед обычным чужаком со стороны! А затем он, как попугай, к месту и не к месту начал повторять, что очень рад посланнику из гильдии убийств, и желает услужить главе гильдии всем, чем сможет. Стало очевидно, что он вел какую-то хитрую игру, специально стравливая меня с вторым старейшиной.

Я-то подумал, что он просто хочет использовать меня и сам авторитет гильдии убийц, к которой меня причислил, чтобы заставить своего противника признаться во всех грехах, но разбираться с ним будет своими силами. Но как же я ошибался! Этот седобородый гад сыпал обвинениями на своих же подчиненных, а в конце призвал меня вступиться за покрытое позором имя секты его уважаемых предков.

Вместо того, чтобы позвать стражу, лояльных ему подчиненных и заключить преступников под стражу, этот гад поклялся, что не будет препятствовать моему правосудию. Он умывает руки и отдает преступников на суд гильдии убийц, то есть, в данном конкретном случае именно мне на растерзание!

Я просто офигел от такой наглости. Он реально верил, что раз я смог справиться с несколькими учениками второго старейшины, то достаточно силен, чтобы карать кого-то из мастеров? Преступники, со слов старика, сами виноваты, и только он белый и пушистый. Вот с*ка! Идиот! Захотел устранить своих конкурентов за власть чужими руками, да только я никакого отношения к гильдии убийц не имею и моих текущих сил не хватит, чтобы противостоять мастерам среднего золотого ранга, даже если они проявят неслыханную щедрость и благородство и будут сражаться со мной по-рыцарски, строго соблюдая очередь, исключительно один на один.

Кульминацией созданного главой Гу Лу Шанем конфликта стало то, что в зал внесли бездыханное тело шестого лучшего ученика второго старейшины, который также умудрился умереть, когда я попал в секту. Какое совпадение! Кто-то прибирал своих врагов и решил повесить на меня всех собак. А в случае с шестым учеником вообще, похоже, произошел несчастный случай.