Александр Светлый – Финальный босс (страница 82)

Пока радуясь тому, что не придется снова ночевать на Зиккурате, люди прогоняли через тесный портал сохранившиеся в целости и сохранности полторы сотни антигравов и другую военную технику, на горизонте появилась тоненькая светящаяся полоска. Постепенно стало понятно, что она не просто ярче горит, а приближается. Через двадцать минут нас встретила и обступила целая армия светящихся зеленым свечением существ. Я таких уже однажды видел. Так выглядела порожденная проклятием нежить Кинвала, но в качестве зомби и скелетов здесь выступали не обычные люди, а разнообразные монстры. Хотя одна человеческая фигура среди них все же имелась, но только ростом она была метров шесть-семь. Лич-великан с совершенно жуткой гримасой на безумном лице оценил противника и разорвав сумрак ужасным визгом, направил свою свиту на непрошенных гостей.

Часть 24 Сто тысяч лет одиночества

У меня было много времени подумать над всеми своими ошибками. А их было так много, что и не сосчитать. Со дня сражения у портала Уур-Шакта я прожил целую вечность. Первых десять тысяч лет я отмечал. Делал насечки на каменной стене опустевшего и поглощенного джунглями императорского дворца династии Сун, а потом увидел, что нанесенные вначале уже стерлись от времени и перестал. Фиксировать срок моего бесконечного заточения продолжали крутящие калейдоскоп красок сезоны и постепенно меняющийся лик мира, скрывающий новой порослью дороги, города и даже выжженную орбитальными палачами пустыню у исчезнувшей портальной горы.

Тысячи долгих и мучительных лет я провел в цепочке осколков разрушенного мной мира. Последние сотни слились для меня в один большой день без начала и конца. Это не были годы радости и трепетного наблюдения за тем, как подрастают и крепнут новые поколения его обитателей. Все эти годы я провел в полном одиночестве. Не потому, что вел жизнь затворника. Нет, это не я уединился, а все кого я должен был защитить, погибли. Я остался один. Один выжил во всех тридцати семи мирах.

Будь я жертвой чьих-то злонамеренных козней, я бы легче вынес этот груз. Но все эти годы одиночества я был вынужден нести на себе тяжкое бремя знания, что это я, я, и только я виновен в том, что создания Пандоры вырвались в верхние миры и истребили всех людей, монстров и крупных животных. Это я позволил этой заразе выбраться через портал, открыв им прямую дорогу и растратив на это огромные силы. Мой неуместный выпендреж перед Ментором и его армией стоил очень дорого. В решающий момент схватки я пал без сил, но фантомная нежить не смогла разрушить барьер Абсолютной защиты. Я был неуязвим для захвата фантомов, и хоть сильно изранен физически, всё же смог сбежать.

Армия Ментора пала в тот вечер очень быстро и вскоре стала дополнением к армии моего могущественного врага. Я хоть и дрался до последнего заряда плазмогана, без запасов Ци оказался легким противником. Будучи уже одноруким, я подорвал один из антигравов, выстрелив в него лишь одним глазом и дулом плазмогана выглядывая из портала. По классике криворукая техника одичавшей Звездной Империи рванула вся и сразу.

Я надеялся, что этим достиг победы, но лишь отстрочил неизбежное. Как оказалось позже, нежить шла за мной по пятам. Когда я на одном из антигравов, израненный и окровавленный мчался назад в Латор, она просто немного отстала. Я несколько раз терял сознание, был так слаб, что возвращался к «сервису» и осуществил новый спуск в шахту подземного завода лишь спустя две недели.

Подзаправившись Ци, используя модуль дрона-преобразователя, как переходное техническое устройство, я вернулся к Драконьему острову и создал над его порталом новую гору, но было уже слишком поздно. Зараза с Пандоры уже брела по морскому дну, к тому порталу, про который я узнал лишь спустя неделю от Новы. Он вел к месту крушения Видящего, а там продолжали функционировать связующие порталы со всеми мирами цепочки.

Пока я радовался, что легко отделался, заодно сокрушив дворфов, покусившихся на священную рощу Амброзии эльфов королевы Сильвии, за что в благодарность воскресил Сун Ся и обнаруженную чуть позже Нову, эти твари истребили всех обитателей колоний выше второго этажа. Они были хитры, не показываясь мне на глаза до поры, а когда я снова их увидел, это была уже не армия, а несметная орда из миллионов ходячих трупов. Я убивал тысячу, а нежить в это время сотню, но все убитые ими тут же пополняли вражескую армию и этот неравный бой продолжался, пока в толпе нежити не оказалось каждое живое существо.

Тридцать лет я в одиночку сражался со всем миром во имя уже погибших, во имя себя, во имя будущего, пока не упокоил и не сжег каждое тело, что могло быть занято фантомом. Когда мой безумный бой завершился, я остался один. Один в тридцати семи мирах и тогда я пошел мстить.

Я уничтожил Пандору. Я уничтожил этот мир, превратив его в такую же пустыню, каким стал Зиккурат и Уур-Шакт, после того, как перенес второе вторжение нежити. Я уничтожил Пандору, стёр планету фантомов из этого мира. Я распылил все существовавшие на ней формы «жизни» через составленную лично мной формацию тысячекратного усиления выброса Ци. Моя разработка, похлеще гаальского орбитального палача на максималках. Ею можно луны с орбиты сбивать.

Я отомстил, но было уже слишком поздно. Не с кем было разделить ни печаль, ни радость и тогда я решил умереть. Только никто не сказал мне, что достигнув Небесных врат, убить себя не получится, чтобы я ни делал, хоть планету взрывай, хоть сам в космос выкидывайся. Небесные врата, это первая ступень Небесной сферы, идет сразу за божественным рангом, то есть сразу за пятой ступенью легендарного ранга.

Даже здесь я совершил ошибку. Моя жадность меня подвела так же, как когда-то чрезмерное любопытство. Ведь любопытство – это тоже жадность, но уже к знаниям. Я хотел быть во всеоружии перед уничтожением Пандоры и закачал в себя все хранилища Ци на «сервисах» тридцати трех планет. На божественном ранге - триллионы единиц энергии Ци, как капля в море, но я таки достиг Небесной сферы, сменив свою ауру с черной на светло голубую, и даже почти достиг второй ступени закалки небесного уровня. Идиот. Подстраховался. Это продлило мои страдания в одиночестве на десятки тысяч лет.

На божественном ранге я смог бы себя убить, хотя бы гипотетически, а если без этого, то прожил бы только двести-триста лет. Но я перестраховался и обрек себя на настоящее наказание. У меня было время подумать над всеми своими ошибками, проанализировать всю мою жизнь, найти заблуждения и ошибки. А их было немало. Я устал жить в одиночестве и поэтому пришедшую смерть встречал, как самую желанную гостью, как бесценный дар свыше.

Снова погрузиться в свет, потерять форму, потерять личность, очиститься от сожалений и печалей было так приятно. Такое давно забытое и одновременно знакомое, сладкое чувство свободы, безусловности. Жаль, что оно длилось лишь мгновение. Если ты душа низшего уровня матрицы, то не можешь сам выбирать мир и игру. По сравнению с обитателями верхних ярусов матрицы, ты глуп и неопытен, как годовалый ребенок, который только учится говорить. Я обязан развиваться, чтобы стать чем-то большим, вынести важные уроки, но учитель, составляющий учебную программу на следующую жизнь справедлив, так как он – ты сам.

Можно развиваться по-разному, бесконечно менять начальные условия, форму, но как по мне, лучше всего развиваться позволяет работа над ошибками. Она формируется всегда из того, что ты уже осознал или хотел исправить, из того, чего достиг на прошлом уроке. Кто-то зовет этот метод кармой, кто-то судьбой. А я просто хочу выиграть. Хоть раз! Просто ненавижу проигрывать. В этот раз я достиг долгой жизни, к которой очень стремился, но в одиночестве она стала мне только в тягость.

Развиваться и стремиться к чему-то хочется только когда эти достижения можно применить во благо, разделить с кем-то. Единоличное могущество в вакууме бессмысленно. Я хорошо это прочувствовал. Похоже, мой новый урок будет состоять в осознании чувства меры. Даже силу надо копить и использовать, только если это не в ущерб другим.

Погружение было, как всегда некомфортным, словно что-то огромное и необъятное втиснулось внутрь крохотной, ограниченной во всем оболочки. Я с минуту рассматривал стенку некрасивого и пыльного помещения с низкими потолками. Копаясь в доступной мне сейчас памяти понял, что это может быть мой модуль в подземном городе. Неужели…

Впрочем, я и только я сам определяю точку входа. Всегда! Но всё равно удивляюсь каждый раз, словно я не при чем. Все-таки в скафандре и вне его, всё воспринимается по-разному. Если с точки зрения работы над ошибками это лучшее место для входа, то так и есть. Просто уже находясь в новой реальности и вспоминая, какой путь был уже проделан, чтобы выбраться из ограничений стартовой локации, то невольно накатывает апатия.

И все-таки, куда я себя отправил? Я встал с кровати. Голова закружилась. Мелькнула догадка, что раз так ослаблен, то «после» длительного асинхрона в «Сфере», как в прошлый раз, но не глянув на даты, обстановку и прочие мелкие детали, я не смогу определиться и вспомнить «прошлое». Ох, как же давно это было! Так давно, что я словно новую жизнь начал.