Александр Сурков – Скелеты в оружейных шкафах. Книга вторая. (страница 19)

И вот теперь она - официально трудоустроенный офис-менеджер охранного предприятия с труднопроизносимым названием "Константа секьюрити", окладом по нынешнему курсу больше чем полторы штуки баксов, а также льготами, бесплатным жильем, едой и средствами на текущие и представительские расходы! От такой зарплаты, соцпакета, бесплатного жилья и всяческих государственных льгот отказываются только дебилы. Согласилась, конечно.

Ценой за весь этот коммунизм было то, что ее красивая должность, как и сама охранная фирма, служили прикрытием для сверхсекретной группы спецназа, занимавшейся ликвидацией явных так и тайных врагов. Соответственно, рассказывать о своей работе она не могла даже ночью себе в подушку.

Обходительный старичок с умными глазами после подписания документов подробно ее проинструктировал по "безопасности поведения". Свести к минимуму все старые связи, но совсем из поля зрения знакомых не исчезать. Сменить место жительства, в первый месяц как можно реже покидать территорию. По делам выезжать только с сопровождением. И главное, о том, что она здесь услышит или увидит, стараться даже не думать.

В общем, оставив сомнительную карьеру в брендово-оптовой торговле, Юла словно ушла в монастырь. К счастью, он оказался очень богатым и, по большей части, мужским.

Но вот как раз в этом и была одна из главных проблем.

Нет, о своем трудоустройство она ни разу не пожалела. Группа, в которую ее взяли, чего греха таить, исключительно благодаря "близкому знакомству" с Шульгой, была настолько крутой, что она старалась даже не задумываться, в какие взмыла верха. Работа привычная, она с ней легко справлялась. Тем более, набран хоть и небольшой, но штат, помимо поваров и горничных, еще двое рабочих, они же водители, так что Юле нужно было в основном только руководить.

Все вроде хорошо, да только вот главное, на что она рассчитывала - отношения с Шульгой - не сложилось.

С момента, когда она переехала жить в этот плавучий навороченный офис, было у них всего один раз. Ну как сказать «было»... Поехали закупаться, по дороге через лес в машине раскрутила в лучших традициях на минет. Потом уложила, села сверху, сама все сделала... Партнер оживился только к концу процесса. Перевернул, прижал. Удовлетворил, конечно, визжала так, что белки с веток посыпались. Однако, отстрелявшись, сразу оделся, вышел из машины и долго стоял, выкурив подряд две сигареты.

И на этом все! В дальнейшем совместных выездов избегал, общался только по делу. И вообще, снова, как и перед первой размолвкой, вел себя как скотина. Но у Юлы тоже есть своя гордость и, как говорится, свои потребности. Немаленькие, причем. Шульга сексу не дает - Юля секс сама найдет. Так в ее жизни, ну ладно, пока в постели, оказался Богдан.

Если уж совсем честно - появился он раньше. Через три дня после того как была распущена временная группа, которая занималась поиском киллеров, уничтоживших сослуживцев Шульги, они созвонились, встретились на "просто кофе попить" и, что тут скрывать, отлично провели время. До утра. Она же тогда не знала, что Барыгин будет включен в группу, иначе бы ни за что...

Хотя с другой стороны - прикольный, надежный, материально, естественно, обеспеченный. Организовывать свидания не в пример Шульге умеет красиво. Язык за зубами держит, но это ежу понятно, тут все такие.

Проблема была в другом. Нахождение с двумя умными проницательными любовниками под одной крышей - это как говорится мина замедленного действия: что рванет ясно, непонятно только когда. Примерно также она влипла в Черкассах, когда у Толяна посреди ночи жена из командировки вернулась.

Вывернутый наизнанку анекдот вышел боком, еле ноги унесла, две недели сидела дома с расцарапанной мордой, вспоминая за кружевные дико сексуальные стринги, которые так и не успела надеть. А Толян вообще чуть яиц не лишился. Но разобрались потом, помирились. И даже остались втроем друзьями, хоть и не в сексуальном смысле. Жена Толяна не дура, мужа, а точнее машину с квартирой терять не хотела. Простила благоверного, выторговав себе право на "ответную месть"...

Но группа спецназовцев с лицензией на убийство - это тебе не черкасская Санта-Барбара. Тут все личности, причем неординарные, так что любой треугольник запросто может стать, как говорится, Бермудским. Ну да ладно, сердцу не прикажешь, организму - тем более. Поглядим, вдруг пронесет.

Совещание было назначено на половину одиннадцатого. Уже десять двадцать, сейчас начнет подтягиваться народ.

Юла закрыла крышку "Макбука", и собралась спуститься на кухню, проверить, как там обстоят дела с ланчем. Но оказалось, что в этом нет необходимости, снизу в зал потянулся сочный аромат жареного мяса. Одновременно вошли, разговаривая, Петр-Назгул и Богдан Барыгин.

Глава 27

Ребрышки повару удались. Все вгрызлись в ароматную гору мяса, словно стая голодных волков. Невзирая на раннее время, слопали гарнир и подмели весь салат. Минут через двадцать насытились, заказали чай, кофе и фреш.

Сытный ланч перетек в понедельничный брифинг. Перед тем как начать, Шульга поднял вопросительный взгляд на Назгула. Тот повозился за своим ноутбуком, кивнул. Небрежный кивок "штатного хакера" означал, что сканеры проверили помещение на предмет жучков, вокруг обеденного зала развернут невидимый кокон радиопомех, работает глушилка мобильной связи, а на тонированные оконные стекла подан вибросигнал с генератора белого шума, исключающий лазерную прослушку.

Шульга окинул взглядом присутствующих.

Слева допивал кофе Варяг. До войны "механик-водитель" работал консультантом по безопасности сети гипермаркетов, потому заниматься вопросами превращения территории заброшенной фабрики в режимный объект ему сам бог велел.

Проблема была лишь в одном. Капитан-разведчик, которому стараниями Шульги уже готовились документы на майора, категорически не хотел заниматься такой работой. Пришлось брать на слабо, на старый десантный слоган "никто кроме нас".

Сидящий справа уткнувшийся в компьютер Назгул был одновременно первым замом и компаньоном, что накладывало печать на их отношения. Но здесь они достигли консенсуса, Назгул, обозвав Шульгу на западный манер "управляющим партнером" отдал ему на откуп всю оперативную деятельность, на себя же взял технические вопросы, в первую очередь киберзащиту, плюс текучку их совместного холдинга.

Стараниями неугомонного новозеландца содержимое двух черных баулов, запертых в личном оружейном сейфе Шульги, из пачек наличных долларов постепенно превращалось в нечто совсем иное, чему сам Шульга не мог, за полным отсутствием жизненного опыта в этой сфере, дать какое-то подходящее название.

Компаньон называл "активами" и на первых порах это Шульге ни о чем не говорило. Но ежедневное отслеживание графиков и цифр, контроль счетов, бесконечные закупки и списания, которые он, как руководитель, проверял и визировал, наполняли слово значимостью и смыслом.

Вскоре он уже беспокоился об индексе Доу Джонса, переживая за курс доллара, который напрямую влиял на его личный трастовый фонд. И с каждым днем Шульга все больше удивлялся себе. Действительно, каким нужно быть идиотом, чтобы полтора года тупо по шкафам ныкать такие средства.

Богдан Барыгин смаковал морковно-апельсиновый фреш. Сидящая рядом Дайми иным напиткам предпочитала вышедший из моды мате. После подписания документов она перебралась жить на базу, в строительно-созидательные вопросы не лезла, сутками пропадала на полигоне. Там работала тихо и много, при этом не жалела дорогущих патронов, отстреляв за две неполных недели сумму, эквивалентную стоимости небольшого автомобиля. Сама Анна это называла "дорвалась до бесплатного".

В плане отношений, складывающихся внутри группы, вела себя новая снайперка ровно и сдержано. О себе ничего не рассказывала, на брифингах по большей части молчала, ограничиваясь вопросами по своей специальности - калибры, боеприпасы, требования к транспорту и оборудованию стрелкового полигона. С Шульгой вела себя как с начальником, если и думала о "продолжении отношений", то никак этого не показывала.

Шульга, со своей стороны, вспоминая безумный секс и сломанную кровать, тоже проявлял благоразумие и "свиданий" организовывать не пытался, по крайней мере, до поры до времени.

Во-первых, в коллективе состоящем из неординарных личностей - следователя, детектива и полевого разведчика надеяться, что любой культпоход налево останется незамеченным, не было тупо наивно. Во-вторых, прежде чем двигаться в сторону нового служебного романа, следовало определиться с Юлой, которая присутствовала на брифингах на правах полноценного члена группы.

Как быстро выяснилось, на "планктонном" посту офис-менеджера она оказалась человеком незаменимым. Взяла на себя всю внутреннюю, как по-солдафонски выразился Варяг, "хозчасть" - от еды и постельного белья, до тонера в МФУ и удобных столов. При этом вся работа была поставлена так, что остальные ее просто не замечали. Даже Назгул, обычно никому не дававший характеристик, встретив проявление очередной предусмотрительности - новой фреш-машины или дополнительного принтера в каждой рабочей комнате - цокал языком, что, как понял уже Шульга, было у компаньона проявлением наивысшей похвалы. Проблема в том, что девушка, хоть и скрывала это от остальных, явно имела на Шульгу виды. И со свойственным ей упорством стремилась их реализовать. После той "вербовочной" встречи в загородном отеле у них было лишь один раз. Юла коварно попросила отвезти ее "в город", а по пути учинила над ним неприкрытое сексуальное насилие... Нет, было конечно же не ужасно, с какого-то момента Шульга завелся, но потом, когда все завершилось и пришел откат, он сто раз о проявленной слабости пожалел. Надо, конечно, с этим невидимым пока треугольником что-то решать, но уж очень не до того - все силы и нервы уходят на текучку, которой оказалась гора.