Александр Сухов – Ваше Сиятельство (страница 23)

О самой процедуре излечения поведать ничего интересного не могу, поскольку всё, касательное своей чародейской сущности, мне пришлось скрыть самым тщательным образом, а зеркало во время целительского сеанса передо мной не поставили, мол, не в цирюльне чтобы на себя любоваться.

И все-таки фиксировать и запоминать используемые магом конструкты в пассивном режиме мне запретить никто не мог, так что по окончании сеанса кое-какие профессиональные тайны чародея Имранова стали также и моим достоянием.

Также стоит отметить, что целитель поначалу заподозрил во мне одаренного. О чем объявил во всеуслышание. Однако, основательно просканировав мою ауру, был вынужден признать свою ошибку и принять версию Шувалова-Волынского насчет моей магической латентности. Но все-таки в пику уважаемому коллеге он проворчал:

— Мне бы полгодика с ним поработать, глядишь, и Дар прорезался бы.

На что Бронислав Ярославович с плохо прикрытой язвинкой в голосе заметил:

— Хренушки это у тебя получится, уважаемый коллега. Староват Иван для подобных эволюций. Вот если бы ему было годков хотя бы двенадцать, а лучше семь-восемь…

— Тут ты не прав, Броня, — не прекращая своих целительских манипуляций, возразил Имранов. — Полгода, максимум год, и этот юноша станет вполне приличным чародеем.

— Сам-то понял, что сказал, Пересвет свет Андреевич⁈ — теперь уже с явной издевкой выдал Шувалов-Волынский. — Ты «Постулаты» Гриневича давно перечитывал?

— Ха! Нашел авторитета! — На этот раз уже голос Имранова сочился густым как кисель сарказмом. — Ты б еще Хусейна ибн Дауда аль Хорезми упомянул…

Постепенно ситуация вокруг моей персоналии стала напоминать спор доктора Хиггинса и полковника Пикеринга из бессмертной пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион». Вот-вот назначат меня на роль Элизы Дулиттл. А мне оно надо?

Ситуацию спас Крапивин Виктор Александрович:

— Господа, может быть вы перенесете свой, вне всяких сомнений, интересный спор на какое-нибудь другое время. Нам еще в аэропорт на полуночный рейс успеть нужно. Завтра встреча…

С кем именно магам предстоит встретиться Астральный Паладин так и не договорил, вне всяких сомнений, информация для сторонних ушей не предназначена. Ну и ладно, мне не очень-то интересно.

По окончании сеанса лечения как следует рассмотреть себя в зеркало мне не дали. Я толком даже не успел поблагодарить целителя, был едва ли не буквально взят сопровождающими под белы ручки и препровожден в вертушку. Четверть часа полета над ярко освещенным электрическим светом ночным Тобольском, и мы уже на специальной площадке местного гражданского аэропорта. Там маги со мной вполне тепло распрощались. Хотя, «как-нибудь заглянуть на огонек» не пригласили. Ну и ладно, у меня в памяти еще свежа недавняя перепалка двух чародеев, так что становиться чьей-либо «лабораторной крысой» категорически отказываюсь, тем более, Дар у меня имеется, пожалуй, не хуже, чем у некоторых из них, а может, и получше.

Стоит отметить также, что за время моего пребывания во врачебном кресле Шувалов-Волынский не только дискутировал с коллегой, он занимался составлением необходимых бумаг, подтверждающих легитимность моего нового лица. Все эти документы были мне вручены по окончании сеанса лечебной магии.

Высадив чародеев, винтокрылая машина снова взмыла в небеса, чтобы доставить на этот раз единственного своего пассажира на удобную для приземления площадку рядом с поселковой церковью. Половину версты до дома я пробежал, прикрывшись от дождя собственной курткой. Мог бы магическим зонтом воспользоваться, но не стал этого делать — слишком много сторонних глаз привлек шум двигателей вертолета.

Вот теперь у меня наконец-то появилась возможность во всех подробностях рассмотреть в зеркало свою обновленную физиономию. То есть, какой бы она была у Ивана Силаева, не вмешайся в процесс его изъятия из материнского лона пьяная повитуха. М-да, казалось бы двадцать первый век на дворе, термоядерная реакция на службе человечества, ближайший космос освоен, люди на Луне побывали и неоднократно, повсеместно мобильные телефоны в ходу, ан нет, время от времени и в этой благодати находится место всяким доисторическим девайсам: гармонь, балалайка, радиола, ламповый телевизор с вакуумным кинескопом, ну и акушерские щипцы — куда ж без них.

Красавчик, что уж там говорить. Не смазливый мачо, коих любят показывать в латиноамериканских сериалах или индийских, иже с ними турецких мелодрамах, обожаемых российским народом, но, как уже отмечалось, вполне брутальный мужчина, к тому же, росту за два метра и с отлично развитой мускулатурой. Аполлон Бельведерский вместе с Лаокооном нервно курят в сторонке.

Самолюбованием уж очень увлекаться не стал. Плотно поужинал и в люлю.

На следующее утро, дождавшись начала рабочего дня в госучреждениях, помчался в паспортный стол. По пути не забыл забежать в фотоателье и сделать шесть фотографий 3×4 обновленной своей физиономии. Фотограф Перельман Иосиф Давыдович сразу не признал в клиенте бывшего калеку Ивана Силаева. При этом, что-то в моей физии не давало покоя пожилому мужчине, и он долго и довольно бесцеремонно в неё вглядывался. Наконец, сообразив, с кем имеет дело, громко воскликнул:

— Иван Силаев⁈ Неужто заработал денег на целителя? Молодец парень! Недаром про твою удачливость легенды ходят по нашему поселку.

Поскольку наш фотограф известный болтун и любитель распространять новости, я посчитал нужным отчитаться перед ним, дабы в народ пошла изначально «правильная» версия моего чудесного исцеления.

— Иосиф Давыдыч, может помните, магика одного, покалеченного монстром, я из Пустошей вытащил на собственном горбу. Так вот, за это орденские решили меня отблагодарить. А самому бы мне на услуги мага-целителя пахать и пахать. Признаться, я и сам не ожидал, что обо мне вообще вспомнят уважаемые чародеи. Ан нет, вспомнили.

— Таки, это за тобой вчера прилетал геликоптер и обратно привез?

— Точно так, позвонили по утряне, мол, жди, сюрприз тебя, Ваня, ожидает от Ордена Зрящих и Надзирающих. Поначалу, признаться, я перебздел изрядно, поскольку знать не знал ведать не ведал, что такое я мог натворить, чтобы мне вдруг прилетел сюрприз от орденских. А потом выяснилось, что «сюрприз» это никакое не наказание, а очень даже приятно. Вот, физию отрихтовали и вообще…

Получив на руки необходимое количество фотографий нужного размера и заложив своего рода информационную мину, с легкой душой отправился в направлении здания местного ОВД.

На крыльце, как по заказу торчал с папироской в руках и с новенькими погонами капитана господин Парамонов. Поначалу жандарм не обратил на меня никакого внимания. Непорядок, с его стороны не замечать старых знакомых.

— Доброе утречко, Андрей Митрофанович! — Поздоровался я. — Поздравляю с повышением в звании!

— А ты кто такой, добрый молодец? — Жандармский офицер буквально впился цепким взглядом в мое лицо. Впрочем, благодаря то ли врожденным, то ли приобретенным за годы службы специальным навыкам вскоре меня опознал. — Ваня, едрить колотить! Вот для чего, оказывается, вчера прилетала орденская вертуха! А я-то всю голову сломал, за какой такой надобностью Зрящим и Надзирающим понадобился простой сельский парнишка. Отблагодарили, значица. Ну что же, рад за тебя. Есть все-таки честные люди, готовые сурьезно вознаградить человека за свое спасение…

Ага, держи карман шире, капитан. Мне даже удивительно, дожил человек до относительно высоких чинов в серьезной организации, при этом умудрился сохранить веру в людей. Впрочем, для меня лично это жирнющий-прежирнющий плюс. Я имею ввиду, второй источник «правдивых» слухов насчет полного излечения Ваньки Силаева.

Дослушав хвалебную речь Парамонова, посвященную доброте и справедливости представителей одного магического ордена, ну и в мой адрес, как героя-спасителя человеков, я вежливо поблагодарил офицера и направился в кабинет добрейшей Зои Викторовны Татарской.

Удивительно, но паспортистке хватило единственного брошенного на посетителя взгляда, чтобы опознать его личность.

— А, Силаев, проходи. Знала, что сегодня пожалуешь.

— Но как, Зоя Викторовна⁈ — Без тени фальши в голосе удивленно воскликнул я.

— Тут, Ваня, особо и гадать нет надобности. Вчера за кем прилетал орденский вертолет?

— Ну за мной. А что?

— Ха, юноша наивный, я ж тебя в окно срисовала, когда ты по вечеру домой возвращался, благо живем друг от дружки неподалеку. Поначалу не сообразила, что за красавчик а наших Дубках нарисовался, а когда поняла, тут же скумекала, мол, следует ждать завтра Ивана собственной персоной в мою вотчину, ибо негоже такому франту щеголять непотребной рожей на документе, удостоверяющем личность. Фотографии принес?

Ну и ну! Будь на месте Гиммлера эта штучка, Штирлицу тут же прилетел песец по полной программе. Для тех, кто не в курсе, это я про один старинный фильм, что нам показывали на зоне.

— Вот. — Я положил перед дамой почтовый конверт без марки со своими фотками.

— Ты как хочешь, Иван, по долгой процедуре или желаешь получить паспорт через две недели?

— Желаю как можно раньше, уважаемая Зоя Викторовна. — Сказал я с легкой сексуальной хрипотцой в голосе, отчего паспортистку аж передернуло от переизбытка поступивших в кровь гормонов. Так-то Татарская очень даже ничего на внешность: яркая голубоглазая блондинка, правильные черты лица, кожа гладкая чистая без единой морщинки, фигурка приятный на взгляд самого придирчивого ценителя женской красоты кувшинчик, а бюст размера эдак пятого-шестого и вовсе загляденье. Вне всяких сомнений, дама пользуется услугами мага-целителя, что не удивительно при доходах её мужа Татарского Николая Устиновича, разбогатевшего на поставках в Китай и Европу местной сельхозпродукции, а также мяса добытых в Пустошах животных. Впрочем, очаровывать даму «за тридцать» (я считаю, что все-таки нехило так за сорок), хоть и молодящуюся, не собираюсь. И вообще, в отношениях с такими стервозными бабами, владеющими, ко всем прочим своим достоинствам, дедуктивными навыками, следует соблюдать определенную дистанцию.