Александр Сухов – ТехникСан 2. На ковре-звездолете (страница 9)

Ладно, пусть стоит. Если кому-то взбредет в тупую башку повредить обелиск, пусть это случится, когда меня на этой планете уже не будет. Кстати, по возвращении в лагерь следует непременно поставить Экселенце в известность о существовании стелы и предупредить о непредсказуемых последствиях в случае попытки её разрушения. Впрочем, как псионически одаренный, дзо Тсорг и сам должен всё понимать не хуже какого-то без году неделя псионика. Эта самокритика, кто не понял, в мой собственный адрес.

На первый раз мне хватило двух часов сна — уж очень хочется побыстрее закончить и выбраться на свежий воздух. Я хоть и не страдаю клаустрофобией, вне подземных коридоров чувствую себя более комфортно. Спал хоть и недолго, но вполне выспался. Вопреки моим опасениям, никакой зверь не посетил пещеру. Насколько мне известно, несколько видов рукокрылых иже с ними грызунов на Фараксе проживает, однако после тотальной и неоднократной зачистки мобильными огнеметными системами и основательной протравки ядовитой химией в подземном комплексе даже воспоминаний не осталось ни о летучих мышах, ни от крысах, даже насекомых практически всех извели. И хорошо, что уничтожили, без всего этого как-то спокойнее.

В течении двух последующих суток я вкалывал как вербованный старатель во время сезона добычи на золотых сибирских приисках.

Не стану во всех подробностях расписывать процесс. Впрочем, там и описывать особо нечего. Сгреб бульдозером мусор в кучу, загрузил экскаваторным ковшом в кузов и по спиральному пандусу наверх. Далее прямиком в соседнюю пещеру выгрузить грунт и вернуться за очередной порцией.

С абсолютной определенностью могу утверждать, что монотонный труд вовсе не отупляет человека. Наоборот, пока конечности практически без участия сознания совершают нужные движения, появляется возможность хорошенько поразмышлять на всякие интересные темы, о которых не задумываешься, когда твоя голова занята чем-то требующим определенной концентрации.

Размышлял я, в основном, о том корабле, который смогу приобрести на заработанные на Фараксе деньги. А еще о том, сколько этих самых денежных средств окажется на моем банковском счёте.

Я заранее подсчитал количество артефактов, находящихся в этой пещере, поскольку, как уже упоминалось, имею способность проникать взглядом сквозь земную толщу. В общей сложности таковых оказалось немногим более двух тысяч. Так вот, если за каждый из них наниматель готов выплачивать по полмиллиона, считай, у меня в кармане окажется целый миллиард.

Так что помимо отлично оборудованного корабля в моем распоряжении окажется крупная денежная сумма, как задел для будущего расчета с хранителями Шантао. По большому счету, я на этих жлобов уже не очень сильно сержусь. Все-таки экспедиция на Землю обошлась им в нехилые денежные вложения. А с неба, как известно, только птичье говно падает на нерасторопного путника.

Жаль, не владею каким-нибудь чародейским приемом и не могу заставить добычу самостоятельно выбраться на поверхность. Освоить бы телекинез, или телепортацию, сейчас сидел бы в удобном шезлонге и выуживал из-под земли один артефакт за другим, как гоголевский колдун Пацюк свои вареники из миски.

Но, как гласит русская поговорка, глаза страшатся, а руки делают. По окончании четвертых суток трудовой вахты мне оставалось пройти всего метровый слой грунта на сильно сократившемся по площади участке.

Вопреки опасениям, слежавшийся за тысячелетия мусор оказался не таким уж и твердым по всей глубине раскопа. Он вполне поддавался острым зубьям отвального щита, изготовленных из сверхпрочного сплава титана, вольфрама и ванадия. Лишь изредка приходилось применять пневматический молот. С погрузкой породы в кузов также проблем не было. Работаю и сам себя нахваливаю за то, что смог создать столь универсальную машину. А чего бы не похвалить, коль никто не хвалит.

Периодически отправлялся к основной группе копателей. Забирал у них заказанные ГСМ. Несмотря на высокую точность изготовления деталей, незначительная утечка смазочных жидкостей, а также их выгорание в процессе работы имеют место. Тут главное не доводить их расход до критического состояния и вовремя шприцевать узлы солидолом и заливать жидкое масло в специальные емкости.

Несколько раз меня посещала подруга. Посмотрит на меня, покачает жалея своей красивой головенкой, покормит прихваченной из базового лагеря вкуснятиной и спешит обратно на пост. Речи ни о каком сексе не заводили, поскольку мне этого самого секаса (в переносном, разумеется, смысле) и без Хумарры было предостаточно.

Последний метр грунта я удалял, с избыточными предосторожностями. Оно хоть общеизвестно, что артефакты фараксанцев практически невозможно расколотить целенаправленно даже с помощью молотка. Однако молоток молотку рознь. Вдруг ненароком зацеплю острым зубом отвального щита или шарахну сверхпрочным жалом пневмоотбойника. Кто в этом случае даст гарантию, что артефакт уцелеет. Если просто сломается, будет полбеды. А вдруг активируется какой псионический конструкт, вшитый в пирамидку или бублик, да с непредсказуемыми последствиями и разнесет здесь всё у чертовой бабушке. Так что соблюдать пусть даже избыточную осторожность не помешает.

Наконец раскоп был очищен от основной массы грунта. Оставался слой около двадцати сантиметров. Вывел трактор из получившейся ямы и, вооружившись киркой и лопатой, приступил непосредственно к добыче артефактов, разбросанных во множестве вокруг стелы.

Перед тем, как приступить к «разграблению гробницы», я все-таки подошел к обелиску и, превозмогая практически ощутимое давление энергопотоков, осмотрел одну из его граней, где должна находиться ниша с загадочным кристаллом из моего чудесного видения.

Углубление долго искать не пришлось. Вот оно размером с футбольный мяч. Пошарил внутри рукой, но никакого кристалла там не оказалось.

Интересно, куда он мог деться? Не твари же местные его утащили. Ладно, пропал, и пропал. Рассчитывал стрясти за него с босса неплохие денежки. Выходит, не судьба.

Остаток четвертого дня и часть следующего я старательно выковыривал из земли объекты искусственного происхождения разнообразной формы и размеров. Добычу складывал в специальные экранирующие пси-излучение контейнеры, изготовленные роботами-помощниками. Насколько мне известно, среди научных работников практически каждый обладает в той или иной степени экстрасенсорным даром, а значит, почувствовать с близкого расстояния столь внушительное количество под завязку наполненных энергией артефактов вполне способен. А мне оно надо?

Закончил лишь к обеду пятых суток. Упаковав последний артефакт, оказавшийся основательно сплющенной с двух сторон сферой, недоуменно огляделся. Неужели это конец моим воистину сизифовым мучениям? Даже не верится.

Лишь после того, как мой внутренний «интравизор» не обнаружил в пещере ни одного предмета, изготовленного четырехрукими фараксанскими искусниками, облегченно вздохнул.

Пересчитал контейнеры. Получилось сорок три штуки. В каждом около полусотни образцов. Всего две тысячи шестьдесят три артефакта.

Не удержался от восторженного возгласа:

— Едрит её за ногу! Миллиард тридцать один миллион пятьсот тысяч честно заработанных тугриков Содружества! Очешуеть!

А может, ну её эту программу «Демилитаризация»? В космосе холодрыга, пустота, еще и всякие опасные для жизни объекты боевого назначения, к каждому из которых требуется искать индивидуальный подход, чтобы какой-нибудь тактический Искин, следуя заложенной программе, не шарахнул по тебе из мощной пухи, или не натравил на тебя рой боевых дронов. То ли дело в уютном подземелье. Похожу присмотрюсь, может, еще в какой пещере стела обнаружится, а вокруг нее кучи артефактов.

В принципе, можно и без обелисков обойтись, лишь бы всяких бубликов, шайб, пирамидок и всего прочего было много. Чем больше, тем лучше.

Прислушался к «внутреннему голосу», и что-то мне подсказало, что обнаружить еще одну столь же удачную находку в этих подземельях мне не светит. Похожу, конечно, осмотрюсь, пока археологи заняты поисками, а вдруг, да подфартит. Но не сегодня, разумеется.

Контейнеры с артефактами загрузил в кузов «Крота». Сверху от посторонних глаз присыпал грунтом. Обошел землеройный агрегат со всех сторон, внимательно осмотрел. Нормуль, нигде не «протекает». Такое впечатление, будто в кузове на самом деле обычная земля.

Оно, конечно, дураков среди участников экспедиции нет, что-то да заподозрят. Однако, подозрений к «делу» не пришьешь. А насчет того, чтобы обезопасить «мою прелесть» я позаботился.

Во-первых, чтобы открыть замки кофров нужны определенные технические знания и умения, коими кроме меня здесь никто не обладает.

А во-вторых, всякого, кто попытается протянуть шаловливые ручонки к контейнерам ожидает веселенький сюрприз в виде нехилой пороховой петарды. Конечности, возможно, и уцелеют, а вот рожу нехило подпалит, так что придется сердечному обращаться за медицинской помощью к вечно недовольному змеелюду.

А чтобы ко мне не было претензий, поверх мусора воткнул штырь с табличкой, не которой написал: «Внимание! Взрывоопасно!». Пусть ломают головы, что там находится, а кто хочет остаться без рук, пускай попробует покопаться. Киборгам взрыв ущерба не принесет, но моё внимание непременно привлечет. А там уж я в полном праве любыми средствами защищать свою добычу. Из базового курса «Тактика» мне известно, что плазменная граната неплохо справляется с прочными телами механоидов, бронебойная пуля также легко прошивает капсулу, в которой находится их мозг. Тут даже энергетическое поле окружающее их тела не поможет.