Александр Сухов – Меняю колоду! (страница 38)

— Это как же так? — удивленно посмотрел на меня Богородицкий.

— Просто она всем своим пациентам перед тем, как их лечить, скармливала полынь горстями, тыквенные семечки стаканами, наговаривала заговор, и щедро делилась Силой, чтоб «значица, повывесть глистную заразу из организьму», — моя удачная пародия на скрипучий старушечий голос вызвала сдержанный смех присутствующих, включая моего экзаменатора, — у меня же, как выяснилось, мажеский дар оказался чуть более продвинутым, поэтому для избавления от глистов в алхимических или каких иных лекарственных средствах не нуждаюсь.

Тем временем диагностический конструкт зафиксировал резкое уменьшение глистов в кошачьем организме. Наконец последняя багрово-красная точка померкла, что однозначно свидетельствовало о полном избавлении кота Бориса от паразита, именуемого токсоплазма гондии. Наградой мне стали хлопки ученых мужей, внимательно следивших за процессом. Хе-хе! Вот какой я смекалистый, отвлек ученый люд от скучной экзаменационной рутины, и, что уж там говорить, развлек, так развлек. Цирк, да и только. Я прекрасно понимаю, что излечение больных «сырой», иными словами, неструктурированной маной способ весьма затратный, с точки зрения энергетики, все равно, попробуй профессор теперь от меня отделаться записью «хор.» в зачетке, только «отл.», на меньшее я не согласен.

— Ну что же, молодой человек. Оценку «отлично» вы заслужили, даже с лихвой, — расписываясь в зачетке, сказал грандмагистр Богородицкий, после чего торжественно вручил мне со словами: — Жду вас непременно на возглавляемом мной факультете Целительства. Вы же наверняка собираетесь со временем стать светилом медицины. — Вот тут-то я дал промашку, как вскоре оказалось, повлиявшую на мою ближайшую судьбу. Вместо того, чтобы категорически отказаться, я начал мямлить, дескать, еще не определился с выбором профессии, думаю, куда пойти. — А что там думать! — Антон Макарьевич хлопнул ладонью по столу. Сейчас же пойду к ректору и потребую, чтобы вас, Владимир, вне конкурса определили в целители. Ладно, не тотчас же, по окончании экзамена, пренепременно.

Блин, какой к ипеням собачьим конкурс? На Целительский охотно лишь девчонки идут, парни намного реже или когда Родина призовет, то есть, в добровольно-принудительном порядке, если силы чародейского дара не хватило поступить на «что-то более путное». Ладно, пускай себе идет к Блинову, все равно выбор за мной и состоится в самом начале следующего учебного года. К тому времени Антон Макарьевич забудет о существовании студента Зубова, ну я надеюсь, что именно так и произойдет.

Получив в руки вожделенную зачетку, сердечно поблагодарил экзаменатора и покинул аудиторию, не забыв прихватить так и не пробудившегося ото сна котяру. Выйдя в коридор, вернул животное на прежнее место. Кратко поведал присутствующим студентам о том, как удивил и порадовал уважаемого декана факультета Целительства. Затем заглянул в учебную часть, чтобы информировать Ларису Юрьевну Полежаеву об очередном своем успехе. Инспектора навестил вовсе не ради банального хвастовства, а для получения дальнейших инструкций теперь уже студента второго курса МУМ. Также, попутно проверил причастность дамы к памятному похищению. К своей великой радости убедился в полной непричастности женщины. Значит, кто-то на КПП информировал моих недоброжелателей. Ладно, со временем непременно выясню, и понос до крови и выпадения прямой кишки обеспечу тому гондону штопанному.

Получил от Полежаевой пару листов с машинописным текстом с подробнвми инструкциями на ближайшее будущее, взамен оставил свой студбилет для официального подтверждения студента Зубова Владимира Прохоровича о переводе на второй курс. Запись в графе «факультет» появится по окончании учебной практики и летних каникул, а в графе «специализация» только на третьем курсе.

Изучение инструкций отложил на потом. Отправился в общежитие и первым делом поменял на погонах и шевронах латинскую единичку на двоечку. Ну да, я человек, и как всякий человек слаб и немощен, когда дело касается регалий. Заодно потроллить сокурсников приятно, мол смотрите, завидуйте, я… Впрочем, Маяковский по боку, никогда не любил этого агитатора горлана-главаря, из-за того, что безнаказанные в своей дремучей совковости преподаватели школы-детдома заставляли бедных детишек учить дебильные стихи про революцию, советский паспорт и прочую ахинею, более того, требовали декларировать их со сцены по всяким праздникам, даже на Новый Год.

Посмотрел на себя в зеркало. Класс! Красаучег! Не какой-нибудь первогодок-замухрышка, целый второкурсник.

Не поленился, прогулялся до пребывающих в предэкзаменационном треморе друзей. Мой сияющий вид особливо двоечка на погонах и прочих нашивках вызвали неожиданную реакцию подруг. На меня зашипели и попросили не мешать готовиться к сдаче экзамена. Лишь верный Жом, искренне пожал руку и поздравил с переходом на второй курс.

Поскольку в самое ближайшее время друзья в экзаменационную аудиторию входить не собирались, я покинул здание факультета Целительства и отправился в город, прикупить чего-нибудь для праздничного вечернего застолья, посвященному окончанию первого курса.

Погулял, подышал воздухом столицы, прошелся по самым дорогим магазинам, накупил самых лучших вин, экзотических фруктов и заграничных деликатесов, о существовании которых не подозревал ни в той ни в этой жизни.

Но стоило мне лишь вернуться в общежитие, вот тут-то меня и повязали. Поначалу вроде бы ничего такого особенного не предполагалось, всего лишь посыльный велел немедленно предстать пред очи Его Высокопревосходительства ректора МУМ. А вот уже там меня поджидал сюрприз, да еще какой…

— Как нет кадров?! — голос Константина Константиновича был грозен. — Виталий Иванович, ты меня разочаровываешь!

— Но Ваше Высокопревосходительство, — весь вид майора Прошина выражал абсолютную уверенность в собственной невиновности, и голос у него ничуть не дрожал, — старшекурсники в разгоне по производственным практикам, преподавательский состав, в основном, с первокурсниками в полях. При мне в наличии минимум миниморум студентов и преподавателей для более или менее успешной работы приемной комиссии. Ваше распоряжение, брать едва ли не всех подряд…

— Ты мне не дерзи, Виталий! — взгляд Блинова не выражал ничего хорошего для адъютанта. — Ты еще скажи, что я во всем этом бардаке виноват! — Однако ректор как вспыхнул, столь же быстро и перегорел. Бессильно плюхнувшись в кресло, он продолжил уже в более миролюбивом тоне: — Хотя, да, именно я, поскольку дал себя уговорить Его Императорскому Величеству… а денег в полной мере на то, чтобы пополнить кадры и обновить учебную базу так и не дождался.

— Да не переживайте вы так, Константин Константинович. Через два месяца ожидается пополнение из числа стажеров на курсах повышения квалификации. Обойдутся на той злосчастной заставе это время как-нибудь и без штатного мага.

— Ага, а то, что мне из Вознесенска Черноморского генерал-губернатор уже три раза названивал с требованием обеспечить погранзаставу магическим прикрытием ерунда? Между прочим, Петр Евсеевич целиком и полностью прав. Без мажеского пригляда там дыра. Оно и без этого тамошние края славятся невероятным количеством контрабандистов. Впрочем эти субчики еще полбеды, дыра на границе чревата проникновением диверсионных групп с сопредельной территории. Если завтра в Ахтиаре взлетит на воздух какой эсминец или, упаси Господь, броненосец, а потом выяснится, что Мажеский корпус не обеспечил своевременную замену выбывшего из строя капитана… Как его там?

— Коловратова, Ваше Высокопревосходительство.

— Во-во, Виталий. Думские спят и видят, как подмять под себя руководство Мажеским корпусом. Посему будут использовать любой предлог, чтобы убедить царя-батюшку убрать не желающего плясать под их дудку командующего, а заодно с ректорской должности сместить, чтобы денежек государственных не нам, а им перепадало. Все никак не насытятся кровососы проклятые! Короче, кровь из носа, но найди замену штатному магу заставы, хотя бы на оставшиеся до выпуска два месяца. В противном случае…

Закончить начатую мысль Блинову не позволила широко распахнувшаяся дверь. В кабинет ректора будто вихрь ворвался декан факультета Целительства Богородицкий Антон Макарьевич. Взъерошенный грандмагистр от медицины буквально с порога огорошил присутствующих необычным заявлением:

— Константин Константинович, прошу, нет требую, немедленно зачислить студента Зубова на мой факультет!

На что ректор скривился как от зубной боли. Достал его этот сварливый старикан своими хотелками. Чаще всего денег на дополнительные исследования требует и все это со скандалом едва ли не дебошем. Теперь Зубова ему подавай. Ага, фамилия на слуху, хвалят его преподаватели, дескать, весьма прилежен в учебе, жаль параметры средоточия не дотягивают до необходимого минимума, ему бы прямая дорога в стихийники.

— Не понял, Антон Макарьевич, вы что наконец-то изменили своему принципу выше четверки студенту не ставить?

— Вы заблуждаетесь, господин Блинов, я вовсе никакой не самодур и любому студенту всегда рад поставить в зачетную книжку оценку «отлично», если тот, разумеется, достоин.