Александр Стаматин – Экспат (страница 54)

— Вот поэтому, — ткнул в собеседника мундштуком Эрнест, — о его предположительном, подчеркну, существовании, знает человек пять, из которых три находятся за этим столиком.

Некоторое время собеседники переваривали смысл фразы. Приходилось до конца мыслительных процессов слушать вспышки эмоций Марва. Ровно до тех пор, пока не начали говорить одновременно.

— Я лично считаю, что тут не обошлось без какой–то крупной и надежной крыши. Сам посуди, даже в «желтых» районах мы знаем о существовании подпольных оружейных мастерских. А химикаты проследить легче…

— А почему бы тебе не спросить одного юриста? Где–то бы большая компания так или иначе всплыла, нет?

— Стоп, ребята, — поднял ладонь Эрнест. Он очень не любил одновременно обрушивающиеся потоки информации.

— О, вы зря не верите в юристов, — встрял мсье Гаспар, отмахнувшись от мистера Марвина Микки. — Я правда больше по гражданской, а не уголовной практике, не обессудьте. Но если попадетесь — лучше звоните мне. Для вас, господа, консультация бесплатна. Слово юриста синей квалификации что–то ещё стоит в этом городе?

Хохот.

— Вы знаете, Жак, мой товарищ в чём–то прав, — решился Эрнест. — Мне нужно, чтобы вы воспользовались служебным положением.

— Насчёт подкупа власть имущих поговорим ещё через… три рюмки, — отрезал мсье Гаспар, жестом подзывая смазливую официантку. Вместо неё с соседнего столика припорхнула троица молоденьких девушек. С их ракурса было видно округлое лицо юриста, квадратное — Марва и слегка потрёпанное войной — Эрнеста. Уж что–то одно явно могло привлечь внимание.

Кроме того, как обратил внимание А. Н., хлестала их группка водку по двадцать жетонов за бутылку — дороже иного виски из метрополии. Словом, столик производил впечатление благопристойное. А что дамы не видели обрюзгшее лицо Ганса и словно вылепленную из желтой глины трикстерскую маску рожи Ленни — их проблемы. Внимательность — важный навык для жизни в Городе.

Слово за словом, и троица легкомысленных девочек устроилась меж заметно затихшими представителями разных веток власти. Одним говорить о делах в присутствии дам, пусть даже и накидывающих себе публично лет пять сверху реального возраста, мешала профессиональная этика. А вот другим — врожденная скромность.

И именно скромность, как потом себе твердил мучавшийся от треска в голове Эрнест, стала причиной следующих событий.

Дело в том, что (восстанавливая ход дела) троица девушек оказывала знаки внимания изначально совсем другой компании. И вернувшись со свежего воздуха, где лишние ушки не мешали обсуждать серьёзные дела, они обнаружили пустой и даже остывший без женских попок диван. А так же запинающихся чертей, глушащих водку за двадцать урдалебских жетонов бутылка. С их, считай, законной добычей.

Дальше — просто, гормоны, адреналин от неудачной сделки, сперма в мозжечок. Попытка опустить тяжелую руку на плечо самого мелкого и невзрачного из компании. Ленни. У которого трупов на душе лежало с кладбище небольшого посёлка. Неудивительно, что попытка оказалась не очень удачной и закончилась рассечением от разрешенного Хартией короткого клинка.

Затем — попытка придушить другого ближайшего «невзрачного», мистера Гаспара. Тот продемонстрировал явный опыт грязных уличных драк и не тратил время на размышления о бренности и нарушениях законодательства. Он просто ткнул пальцами нападающему в глаз. А от удушающего захвата его спас незамеченный, как обычно, Эрнест.

Кастет в одну руку, беглый удар по скуле. Уклониться от второго нападающего, вложить левую кисть во второе литое изделие. Тычок левой, услышать вопль боли, запутаться в падающей даме, успеть уклониться. Кросс правой, доработать левой, понять, что удар пришелся вскользь. Получить мощный прямой удар в челюсть, закачаться и упасть на грязно ругающегося мсье Гаспара. Решительно встать, нанести удар наотмашь и услышать знакомый мат. Слишком знакомый.

Мистер Марв очень редко вступал в драки. Мало кто был готов драться на равных с почти двухметровым штурмовиком. Особенно — завидев следы жвал кордула на подбородке. Но вступившие в драку молодцы следовали за зовом члена, а не головы. Поэтому–то они и обратили внимание на ближних, а не дальних пропойц. И именно поэтому Ганс сейчас хлестким ударом нейрошокера окапи вызвал вопли чистейшего, животного ужаса у подоспевшего громилы, в то время как Марв продолжал махать кулаками, напоминающими древние пневмомолоты. А Эрнест…

Воспользоваться отвлечением соперника, взять его за грудки и врезать лбом по голове. Услышать хруст и что–то горячее, льющееся по лбу. Отпустить падающего соперника, понять, что помощь не требуется. Апперкот по медленно поднимающемуся «быку», не дожидаясь падения, доработать левой. Смазать удар, смазать ещё один. Перевернуть упавшего противника, нанести серию размашистых ударов. Остановиться после пощёчины.

Тяжелой, мужской пощёчины, а не хлёсткой женской. Свои.

— Ты увлёкся, Эрнест, — буркнул вышедший из–за спины Ганс. Он всё ещё не деактивировал нейрошокер, и разрядную часть длинного и тонкого оружия окутывало фиолетовое свечение.

А. Н. сделал несколько глубоких вдох–выдохов, чувствуя только отдаленное гуляние винных паров в голове. Оглянуться. Месье Гаспар трепал языком и откровенно заговаривал управляющего. Девицы сбились в кучку и откровенно уличали момент, чтобы смыться. Марв поочередно брал отключившихся нападавших и сажал на дальний диванчик. Второго, не до конца отключившегося и оттого вяло сопротивляющегося, ткнул головой о бетонную колонну и понёс дальше.

Посмотреть на руки. Разрешенное оружие покрыто хорошим слоем крови. Посмотреть на противника. Куча ссадин и рассечений, сломан нос и пару зубов, но жить будет. Эрнест встал с его груди и Марв аккуратно, чтобы не запачкаться, утащил его к остальным. Ленни, успевший вернуться за столик, усмехался непонятно чему, и рассказывал какие–то присказки робким девушкам. Он уже успел налить и опрокинуть. Эрнест проморщился и наконец снял кастеты. Ганс подал ему салфетку.

— Ты увлёкся, — повторил он. А. Н. кивнул, но ничего не ответил. — И уже далеко не в первый раз.

— И не последний, — попытался отрезать Эрнест.

— Лучше бы был последний. К мозгоправу не ходил? Гипнотерапия в последнее время творит чудеса.

— Им только дай залезть в мозги, как там и останутся, — сбивчиво ответил А. Н.

— Дело твоё, — коротко бросил Ганс и дождался подошедшего месье очень спокойного Гаспара. — Нам выметаться, как понимаю?

— О, что вы. Уснувших мсье вынесут минут через десять вышибалы. Управляющий убедился, что мы действовали в рамках городских законов и не сокрушили обстановку.

— У Ганса нейрошокер, — напомнил Эрнест, подняв бровь.

— Месье Бакстер согласился закрыть на это глаза, — кротко улыбнулся юрист.

— Во сколько обошлось? — сумрачно отреагировал Ганс, уже идущий к столику.

Мужчины расселись.

— Ни во сколько. Год назад я сильно срезал его алименты. А в моей профессии благодарность — не последнее слово.

— Тогда прими мою лично, — хохотнул упавший на диван Марв. — Давно так славно не разминался.

— О, не стоит. Месье Бакстер был одной из причин, по которым я настаивал на этом заведении. Правда, я больше рассчитывал на скидку, но теперь не уверен, что получу её.

Страшная вещь всё–таки — осмотрительность.

Разговор мало–помалу раздробился. Ленни и Марв вовсю обрабатывали девиц. Два детектива всё так же продолжили обсуждать дела. Мсье Гаспар разрывался между нимфеткой и интересным разговором.

— Я вот чего не понимаю, — пробормотал Эрнест, сцапав с принесенной тарелки некую остро пахнущую и тонко нарезанную копчёность. Во сколько она обойдётся карману, он старался не думать. — Как этот неведомый картель узнавал про осведомителей? Это был уже третий, кто готов был выдать не сплетни, а точные имена.

— Ты регистрировал его в базе данных? — флегматично спросил Нахт, так же отдав должное мясу.

— Я, может, не особо опытный, но не дурак, — фыркнул Эрнест. Одного из его первых осведомителей убили именно из–за протечки. И А. Н. знал точно, кто продавал данные. Но УСБ до сих пор разрабатывала крысу, вместо того чтобы утопить в реке.

— А как платишь тогда?

— Есть свои методы, — туманно объяснил Эрнест и отвлёкся на женский хохот. Который прекратился от одного поднятого тяжелого взгляда. Дамы побаивались его. Ну и чёрт с ними, подумал А. Н. и потребовал: — Марв, не спать!

Опять — водка на стол и в рюмки, опрокинуть, схватить закуску. Однако девушки на наполненные рюмки смотрели довольно нерешительно. Наконец, одна решилась:

— Жаак, — томно протянула ближайшая к Эрнесту малолетка, обвивая руками пиджак юриста. Ты не возьмешь нам с девочками по коктейлю?

— Возьму, возьму, — отмахнулся француз, — выберете пока какой.

Когда вся женская стайка начала спорить и переругиваться, отрицая любую помощь Ленни и Марва, Гаспар повернулся к спутникам.

— Две рюмки уже прошли.

— Вы говорили про третью, месье Гаспар.

— А ты начни мне объяснять, прежде чем убеждать.

Эрнест колебался недолго. Француз был одним из первых знакомых Эрнеста в Городе, и хотя никогда не прикрывал по–настоящему — всегда помогал дельным советом. В конце концов, именно Гаспар придумал хитрую, многоступенчатую схему оплаты услуг осведомителей. И как успел проверить детектив, протечки информации наружу пока не случалось.