Александр Стаматин – Экспат (страница 30)
— А в следующий набор вспыхнет бунт джосеров, — раздражённо проворчал Третий. — Или кордулов. Вам напомнить, что это за существа? Или ещё кое–что — что по оценкам моих аналитиков, мы имеем от трёх до шести рас, которые присутствуют в городе, но не дают о себе знать? Мы слишком долго пускали процесс на самотёк, и вот он. Результат. Пять десятков агентов вылетели в трубу во время соплячного бунта.
— Его уже называют Пыльной резнёй.
— Во времена моей молодости его бы называли плохой неделей, — вспыхнул Третий.
— Сути не меняет. Нам нужны агенты.
— А мне нужны солдаты. Нужны финансисты. Нужны операторы. Которых я не получаю.
— Всегда можно пойти на компромисс, — слегка приподняла руку Четвёртая, — поэтому Третий, не перегибай.
— Компромиссы рано или поздно идут к чёрту. Если мы сейчас не переломим ситуацию, то качество агентов начнёт падать каждый год.
— Это предсказание? — подал голос Первый.
— Это прогноз. Прогноз, опирающийся на твёрдую аналитику. У нас есть окно в пять лет. Максимум. После этого — резкая яма стратегических возможностей. Мы уже начали деградировать, и этот процесс будет усугубляться.
— Пока у нас нет ни одного оперативного провала.
— Зато куча косвенных. И они вызваны были не противодействием противника. Наши агенты слишком часто стали раскрывать себя. Слишком часто расслабляться.
— Так какое у тебя итоговое предложение? — насмешливо фыркнул Второй. — Разойтись и забыть о случившемся?
— Для начала — забыть о моих кандидатах. Сначала я им устрою восемь кругов ада, и только на девятом выпущу оставшихся.
Собрание замолчало.
— Что ж, голосуем.
— За, — лаконично сказал Шестой.
— Против, — немедленно отозвалась Пятая, стрельнув глазами в соседа.
— За. Стратегия выглядит продуманной, — спокойно произнесла Четвёртая.
— Против. Не вижу преимуществ в переусложнённом плане, — прорычал Второй, обращаясь в пустоту.
Пауза. Первый наконец повернул маску к каждому из собравшихся. Некоторые отвернулись.
— Мне кажется, что вы, коллеги, слегка забыли нашу главную цель. И оцениваете план Третьего по своим собственным критериям, а не критериям Организации.
— Главная цель на то и главная, чтобы постоянно опережать ход времени, — буркнул Второй.
— Это не значит, что она будет опережать нас бесконечно, — тихо проговорил Третий.
— Вот именно. Я голосую за план Третьего, — тихо проговорил Первый и распрямился во весь свой немаленький рост. — Отныне и до моего особого распоряжения никто не посягнёт на его кандидатов, даже под угрозой уничтожения. Так будет.
— Так будет, — по–разному ответили Мастера. И только Третий тонко усмехался себе в бороду.
В обычное время он бы не принял этих гостей. От них воняло потом, порохом и фазисом, а лиловые губы выдавали злоупотребление «карандашами». Обычно… После биржевой паники его обычная клиентура урезала бюджеты на дорогостоящие импланты, и Визидорф остался на голодном пайке. А ведь через две недели нужно было оплачивать страховку. Не какую–то там красную, нет. Зеленую, лучшего образца и одной из лучших фирм безопасности, АгниКорп, да!
Не то чтобы виноваты были только деньги. Один очень важный человек лично попросил за эту банду торчков — отказать было не с руки Визидорфу, предпочитающему иметь деловые связи, а не враждебные. Но ещё ему слишком сильно хотелось дорогого переливчатого тунца, не концентрат супа на ужин, так что стопка жетонов непонятного происхождения от непонятных людей пришлась очень даже к месту..
— Итак, молодой человек, вам нужно восстановить руку, — участливо проговорил бионик, осматривая слегка покрывшуюся коркой спекшейся крови культю. Лазерный ожог. Впрочем, весьма удачный — судя по оплавлению, работала лазерная пушка, а она могла пробить худощавое тельце клиента насквозь.
— Восстановить, — затянулся самокруткой клиент — и сделать сильнее руки,
— Усиленные кости, мышцы?
— Нееет. Кое–что пожестче, папаша.
— Я могу встроить «дерринджер» в кисть, — понимающе пробормотал Визидорф и принялся искать имплант в ящиках, но его одернули за полу халата. Тощее запястье. Бионик поднял глаза и увидел совершенно безумный взгляд.
— Усиленные кости и мышцы — звучит прекрасно, как труп джосера. Но мне ещё нужны лезвия. Две штуки.
— В одну или две руки?
— В обе. По одной. Так, чтобы могли быстро выдвигаться–задвигаться, ну ты понял. Как ящик в столе, — тощий снова затянулся.
— А вы в курсе, молодой человек, что для этого мне придется ампутировать здоровую руку? Имплант таких габаритов…
— Старик, тебе сказали — две штуки, вот и делай, а не разводи сопли! — рявкнул пришедший с тощим здоровяк, надвигая на немолодого бионика пистолет. Кинетический, подумал Визидорф, какая примитивщина.
— Осади, — одернул тощий и приподнялся на кушетке. Посмотрел слегка плывущим взглядом на бионика. Протянул: — Две. Значит, левая и правая. Плюс пакет этих твоих улучшений. Плюс боевые импланты, если место останется.
— Да, да, я понял…
— Не ссы, потом не порешаю тебя. Я должен иметь в каждом рукаве по тузу, чтоб никто не мог просто так подойти близко…
Визидорф не слушал. Едва получив подтверждающие кивки бугаев, он вколол иглу с обезболивающим и транком. Облачился в плотный халат, надел щиток на голову. Отвёл «быков» подальше («-Это ради вашей же чистоты»). Завёл пилу и принялся отрезать здоровую руку.
Кем бы ни был его клиент — он чертовски хорошо платил.
На всё остальное бионику сегодня было плевать.
Штурмовая группа примерно минуту слушала вежливые увещевания «быка». Затем — отодвинула его в сторону и вломилась в заведение. Я иду следом, подняв ствол. Стайки «фей» и их клиентов разлетались в стороны, натыкались на всё пребывающих штурмовиков и отскакивали назад. Мне они совсем не интересны — в конце концов, бордель действительно имел лицензию.
Я прохожу к барной стойке из дешевого пластика. Качаю головой бармену, что–то отчаянно задвигающему вглубь полки.
— Хочешь отправиться на депортацию?
— Ннет, мистер детектив.
— Тогда отвали к бутылкам. И не уходи из зоны видимости — я восприму это как опасность.
Побелевший юнец забивается в угол и перестаёт проявлять активность. Я перекладываю пистолет в левую руку. Держа бармена в поле зрения, вытаскиваю ящик. Сдёргиваю мокрые тряпки, прикрывающие содержимое. Присвистываю. В коробке россыпью лежат «карандаши» самых разных цветов. Я достаю один. Тыкаю под нос служаке.
— Сколько этого у вас?
— О чём вы? Мне оставили это на хранение…
— Твоё хранение тянет на расстрел на месте при сопротивлении. Сколько эмне ещё в здании?
— Немного мистер…
— Пушеры такую коробку на два месяца получают, — отрезаю я, закрывая коробку. — Суд неприятно удивит тебя степенью наказания. Разве что только ты…
— Эрнест!
Я выругиваюсь. Младший детектив Гуртак, вчерашний выпускник Академии, появился очень не вовремя. И не один — сзади корчит мины Ганс–Ове Нахт. Ветеран участка и его легенда пытается сдержать молодого идиота. Выходило пока не очень.
— Чего тебе?
— У них тут прямо джанки–склад! Всего ещё не нашли, но… — парень и не думает останавливаться. Я слежу краем глаза за подозреваемым. Тот смелеет с каждой секундой и поглядывает куда–то вбок, снова под стойку. Традиционное место для последнего аргумента бармена.
— Гуртак.