Александр Спиридович – Партия эсеров и ее предшественники. История движения социалистов-революционеров. Борьба с террором в России в начале ХХ века (страница 83)
Партия должна усиленно бороться через своих представителей с лозунгами культурников и кадетов – „Берегите университет“. Политика умеренности и аккуратности, политика лояльности должна встретить решительный отпор со стороны социалистов-революционеров.
Демонстрации, явочные сходки, забастовки уже вызывают к жизни общестуденческие организации, и они должны быть нами использованы в целях влияния на студенческие массы. Прекратившие свое существование эсеровские студенческие фракции ходом вещей снова восстанавливаются и должны будут впитать в себя наиболее активный элемент. Пока нет широкого пролетарского и крестьянского движения, на товарищах студентах социалистах-революционерах лежит славная, достойная миссия, организовывая и направляя студенческое движение, будировать страну, создавать яркий центр внимания; а проснувшееся революционное студенчество выделит из себя творческие живые силы для революционной народной работы»[89].
Но из призывов социалистов-революционеров пользы для партии не получилось. Студенческие волнения прекратились сами по себе. Революционного подъема не последовало.
В 1911 году организации социалистов-революционеров были обнаружены: в Петербурге – Военно-революционная организация, петербургская группа, партийные кружки в профессиональных союзах, автономная группа, – а также в Харькове, Москве, Нарве, Архангельске и Боровичах Новгородской губернии. Все они были разбиты арестами, причем в Петербурге и Харькове взяты типографии. Заявили о своем существовании изданием прокламаций также группы бакинская, могилевская, омская, киевская и воронежская (судя по заметке, помещенной в № 42 «Знамени труда», в конце 1911 года группы социалистов-революционеров существовали будто бы также в Одессе, некоторых городах Волынской, Орловской, Владимирской, Подольской, Кубанской, Херсонской, Иркутской, Томской губерний и в Прибалтийском крае).
В том году были произведены два последних партийных террористических акта, после которых террор лишь усиленно пропагандировался на страницах партийных органов, но в жизнь не проводился. В Вологде 15 апреля было произведено покушение на жизнь тюремного инспектора Ефимова, по поводу которого Центральный комитет выпустил извещение, что покушение совершено летучим боевым отрядом партии. Оно явилось местью за применение к арестантам Вологодской каторжной тюрьмы телесного наказания.
По подобным же мотивам 18 августа бывший студент Киевского политехнического института Лагунов, сосланный в Сибирь на поселение, явившись под видом просителя «инженера-механика Павлова» на квартиру начальника Зерентуйской тюрьмы Высоцкого, стрелял в последнего и тяжело ранил его. Покушение это, по заявлению Центрального комитета, было организовано Сибирским летучим боевым отрядом партии и описано в передовой статье № 39 «Знамени труда» за 1912 год, которая заканчивается следующими строками: «Товарищ выполнил то, чего требовали честь партии и долг революционера. Случайная неполная удача акта имеет мало значения. Для нас важна та моральная сила, то спокойное, обдуманное самопожертвование, пример которого явил нам Б. И. Лагунов. Партия сохранит его в своей благодарной памяти»[90].
В октябре, ввиду появившихся во многих русских газетах известий о причастности партии социалистов-революционеров к делу убийства председателя Совета министров Столыпина, Центральный комитет партии в № 38 «Знамени труда» заявил, что ни он, ни местные партийные организации в этом деле не принимали никакого участия (Богров, убивший председателя Совета министров Столыпина, на допросах признал себя анархистом. Ранее он в течение нескольких лет состоял членом партии социалистов-революционеров).
В 1912 году были обнаружены и расстроены организации: Петербургская рабочая группа, крестьянские братства в селах Ивановка и Кочетовка Воронежской губернии, Северо-волжская организация в Ярославле, Нарвская автономная группа, Ярославская крестьянская [группа], организации в Омске, Киеве, Одессе, Баку и группа лиц, скрывавшихся в Финляндии. Появлялись прокламации также от имени Московской, Минской и Юрьевской организаций.
Прошедшая в том году предвыборная в Четвертую Государственную думу кампания почти не затронула остатков партии. Еще в конце 1911 года Центральный комитет, желая выяснить отношение своих организаций к Думе, объявил партийную анкету по вопросу об участии в выборах в Думу, и хотя по печальному состоянию организации анкета не могла получиться полной и исчерпывающей, все-таки большинство опрошенных высказалось против участия в выборах, но за использование их «для указания путей революционной борьбы, для развития перспектив прямого политического действия, для организации масс, для этого действия и для этой борьбы»[91].
Ввиду такого преобладавшего мнения в наступивших выборах социалисты-революционеры не участвовали, но развить предлагавшуюся агитационную кампанию они не смогли, так как не имели на то ни сил, ни средств.
Зимою того же года социалисты-революционеры подняли было голос во время студенческих волнений и по поводу известных ленских событий, но безуспешно, все ограничилось лишь выпуском в столицах нескольких прокламаций.
1913 год, год юбилея царствующего Дома Романовых, Центральный комитет хотел омрачить устройством демонстрации и других противоправительственных проявлений, с каковой целью издал несколько брошюр противодинастического характера, отпечатал прокламации и начал соответствующую пропаганду. Но местные организации, заявившие о своем существовании лишь изданием прокламаций в Петербурге, Москве, Чернигове, Баку, на Урале, в Киеве, в Забайкалье, были столь слабы, что ничего сделать не могли, и партийные начинания в этом направлении рушились.
Перед 4 апреля в Петербурге социалисты-революционеры начали агитацию за устройство в тот день демонстрации на Невском проспекте в память ленских событий. Были выпущены прокламации от Коллектива петербургских групп социалистов-революционеров, но демонстрация не состоялась. Также неудачна была агитация и за демонстрацию 1 мая.
В мае, около Выборга, состоялось собрание представителей от петербургских групп социалистов-революционеров с несколькими приглашенными от иногородних организаций, которое было названо Учредительной конференцией. После обсуждения современного положения России и средств борьбы с правительством конференция признала, «что лозунги, программа и тактика партии социалистов-революционеров со времени ее основания отвечали требованиям и настроению трудового народа, что они отвечают им и ныне и что потому ни одно из программных требований партии не будет оставлено до тех пор, пока жив сам трудовой народ, и что непоколебимой останется и революционная тактика партии».
Конференция выработала обращение «К трудовому народу и ко всем гражданам от Учредительной петербургской конференции».
Это обращение было приветствовано «Знаменем труда» как хорошая попытка возобновить партийную работу, и оно является последним программным заявлением общепартийного характера. Конференция выбрала затем Петербургский комитет, на который и возложила руководство возобновляемой революционной работой, но члены выборного комитета вскоре были порознь арестованы, и налаживавшееся дело расстроилось.
К началу 1914 года партийных организаций в России, в строгом смысле слова, не было. Были лишь разбросанные по разным городам социалисты-революционеры, мечтавшие о таких организациях и о партийной работе. За границей же оставалась эмиграция; разделенный на фракции, существовал Центральный комитет с его комиссиями и литературные органы. Была программа партии, устав и руководящие резолюции.
Иными словами, сохранились партийные кадры, готовые начать, когда понадобится, революционную деятельность по выработанному, вполне определенному плану.
Крестьянство, пролетариат и военная среда – вот куда направят свои усилия партийные работники, стараясь привлечь их на свою сторону для борьбы с правительством.
Террор, и особенно центральный, – вот главное средство борьбы, к которому обратится партия социалистов-революционеров, лишь только наступит время, благоприятное для ее работы.
Приложения
Приложение 1
Программа исполнительного комитета
[ «Народной воли»][92]
«А
По основным своим убеждениям мы – социалисты и народники. Мы убеждены, что только на социалистических началах человечество может воплотить в своей жизни свободу, равенство, братство, обеспечить общее материальное благосостояние и полное всестороннее развитие личности, а стало быть, и прогресс. Мы убеждены, что только народная воля может санкционировать общественные формы, что развитие народа прочно только тогда, когда оно идет самостоятельно и свободно, когда каждая идея, имеющая воплотиться в жизнь, проходит предварительно через сознание и волю народа. Народное благо и народная воля – два наши священнейших и неразрывно связанных принципа.
Б
1) Вглядываясь в обстановку, среди которой приходится жить и действовать народу, мы видим, что народ находится в состоянии полного рабства – экономического и политического. Как рабочий – он трудится исключительно для прокормления и содержания паразитных слоев; как гражданин – он лишен всяких прав; вся русская действительность не только не соответствует его воле, но он даже не смеет ее высказать и сформулировать; он не имеет даже возможности думать о том, что для него хорошо и что дурно, и самая мысль о какой-то воле народа считается преступлением против существующего порядка. Опутанный со всех сторон, народ доводится до физического вырождения, до отупелости, забитости, нищенства – до рабства во всех отношениях.