Александр Сороковик – Фантастика 2025-44 (страница 8)

– Вам нравится у нас? – спросил он совершенно просто, словно мы знакомы с ним уже очень давно.

– Да, спасибо, – улыбнулся в ответ я, – смотрю вот за поединком, интересно.

Слова давались немного тяжело, этот мёд был поистине удивительным напитком.

– Они сражаются во славу Одина, – мой собеседник смотрел на арену так, словно видел подобное уже много-много раз, – для них это не просто поединок, они не выясняют кто сильнее и не пытаются развлечь публику.

– Да, понимаю, – кивнул я, хотя ничего, естественно, не понял.

– Вряд ли, – спокойно ответил незнакомец, продолжая наблюдать за боем, – вы не верите в богов и пришли сюда просто развлечься.

Удивительно, но я напрягся от его слов совсем чуть-чуть, словно понимал, что где-то тут рядом объяснение, но пока не получается сообразить где. Для ясности ума я сделал ещё несколько глотков.

– Ну да, понимаю, – тупо повторил я, – если я вас обидел – прошу меня извинить.

– Я приму ваши извинения, если ответите мне честно на пару вопросов.

– Ладно, – я кивнул в ответ и вновь приложился к кружке. Раз уж ему так хочется поболтать, для разговора мне понадобится обновить сосуд.

В этот момент высокий боец упал, и толпа радостно приветствовала победителя. Далее на арену вновь вышел первый воин, победивший в прошлом сражении, а с ним боец из дружины Берунова. Но вместо того, чтобы занять позиции, они крепко пожали друг другу руки и принялись ждать кого-то. Секунд через десять, под одобрительные крики толпы, на арену ступил сам Олег. В отличие от других бойцов, он не производил впечатление средневекового рыцаря, хоть и был соответствующе одет и экипирован. Он двигался будто боец смешанных единоборств, странным образом оказавшийся в этой обстановке.

Словно пританцовывая, он начал двигаться по широкой дуге, держа обоих оппонентов в поле зрения. Люди понемногу расступились, давая ему больше пространства для манёвра. Парни осторожно двинулись к нему, но нападать не спешили. Вместо этого, они, наоборот, стали расходиться, пытаясь обойти Олега с двух сторон. Бывший военный не дал им этого сделать и атаковал первый. Вмиг от этого, казалось бы, расслабленного и пританцовывающего человека не осталось и следа. Он атаковал словно кобра: быстро, стремительно. Нанеся серию ударов и сведя оппонентов на одной линии, он слегка отступил, а затем резко атаковал с другого фланга.

– Что вы поменяли бы в этом мире, будь у вас такая возможность? – наконец спросил мужчина, – только ответьте честно и искренне, как обещали.

Я задумался над ответом, однако ничего толкового в голову не пришло. Что бы я поменял в своей жизни? На этот вопрос я ещё был готов ответить, а что бы я хотел поменять в мире? Даже когда в школе, в начальных классах, нам задавали похожие вопросы, то в отличие от одноклассников, желавших «чтобы не было войны», «мира во всём мире» и прочее, я пожелал новую приставку и богатый дом как в «Санта Барбаре».

– Не знаю, – честно сознался я, – думаю, что для этого мира нет какого-то универсального решения, чтобы сделать его лучше.

– Смелый ответ, – кивнул головой мой собеседник, – не каждый готов сознаться в личном эгоизме.

Борисов, в этот момент, ловко увернулся от атаки, после чего неуловимым броском скользнул за спину атакующему. Резким движением он повалил бойца назад и обозначил добивание мечом. Толпа одобрительно загудела, Олег остался со вторым противником один на один.

– Даже не станете убеждать меня в обратном?

– А зачем? – мужчина, как будто, искренне удивился. – Я думаю, что появись у вас абсолютная власть на пять минут, вы улучшили бы свою жизнь насколько смогли.

Разговор начинал напрягать меня. Кто этот человек? Почему он задаёт такие вопросы и, главное, почему я отвечаю на них? Он словно читает меня. Залпом осушив остаток мёда в кружке, я решил дерзнуть в ответ.

– А у меня тоже есть вопросы. Вот если ваши боги такие древние и крутые, почему миром правят христианство и ислам?

– А они им правят? – Спокойно переспросил незнакомец.

– Ну… – вопрос слегка поставил меня в тупик, – Эти религии давно царят на земле, большинство придерживается именно их. Вот даже ваша община: вы же лишь недавно образовались. Язычество ведь много веков как мертво.

– Ты весьма лихо делишь одних и тех же богов на наше язычество, христианство и ислам, хотя не понимаешь, что последние два есть суть одно и то же, неважно как люди их интерпретируют. И тот Бог, о котором ты мне говоришь, раньше был частью нашего пантеона, – глаза говорящего хищно блеснули, – это потом ему придумали другую легенду, но мы всё помним.

– А знаете, даже если это всё правда, то какой вам смысл молиться этим старым богам? Это, конечно, очень красиво и загадочно, но ведь выходит, что бывший соратник победил их. Они мертвы!

– И почему же ты не думаешь, что они до сих пор живут среди нас?

В этот момент толпа радостно вскричала. Олег смог одолеть второго соперника и теперь победоносно потрясал мечом над головой под бурные овации. Я вновь развернулся к своему собеседнику, однако он исчез, словно и не стоял только что рядом со мной.

Максим Викторович сидел за небольшим столом с кружкой мёда, к которому он практически не притронулся. Вместе с ним в комнате находились Лена с Антоном, которые сейчас даже не спорили ни о чём, что было редкостью в обычное время. Ныне каждый был погружен в свои мысли и ждал, когда решится вопрос. А вопрос уже назревал давно и с каждым днём он всё более явно требовал разрешения.

Наконец дверь открылась, в комнату зашли бойцы во главе с Олегом. Все возбуждённые, только что после поединков, ещё не снявшие доспехи. Сразу следом за ними вошёл Старший, как обычно, в своей тёмной мантии.

– Ну что? – переспросил Максим.

– Нет, он не готов, – Старший покачал головой, – Всё ещё слишком эгоцентричен и, в то же время, не столь амбициозен, чтобы пойти на миссию ради личной выгоды.

– Возможно, позже? – Романов хотел дать ещё один шанс молодому человеку.

– Уже поздно, – Старший отрицательно покачал головой, – Вам пора выходить сегодня ночью.

В комнате повисло напряжение. С одной стороны, все они ждали, когда же решение будет принято, с другой – сейчас оно казалось поспешным и преждевременным. А как же собраться, закончить свои дела, поставить точку в конце жизненного этапа? У Романова вообще через неделю сдача объекта в конторе. Хотя действительно, какая разница теперь?

– Если не отправитесь сейчас, следующая возможность представится не скоро, – Старший словно почувствовал волнение своих подопечных, – пора собираться. Думаю, что вы без проблем обойдётесь без ещё одного участника. В случае чего, на себя его задачу возьмёт Максим.

Романов покачал головой: уже и так слишком много задач на нём висело. Спорить, однако, не стал. Все они подняли кружки и, не чокаясь, сделали по нескольку глотков, после чего поднялись и направились в кладовую, оставив Старшего одного.

Шли молча, каждый переваривал предстоящее внутри себя. Лена выглядела неуверенной, как и сам Максим. Несмотря на разницу в возрасте и столь противоположные, во многом, характеры, они часто мыслили в одном направлении. Романов даже иногда думал о том, что относится к ней, порой, как к дочери. И действительно, приведя Лену в общину, он вложил в неё больше времени и усилий, чем в собственных детей. И сейчас они оба: и пожилой историк, руководящей своей фирмой, и молодая врач, одинаково переживали о предстоящем путешествии.

Антон, как обычно, выглядел взбудораженным. Для него всё это предприятие являлось попыткой оправдать собственные грехи, и он радовался, что больше не нужно ждать. Олег, со своей дружиной, словно шли на очередное выступление, разгорячённые после прошедших показательных боёв. Для них это предприятие было приключением.

В кладовой они открыли каждый свой шкаф и принялись переодеваться. Бойцы лишь меняли одежду, поверх которой надевали всё те же кольчуги. Остальные, помимо тканевой одёжки, достали вещи из грубой кожи, которые могли послужить дополнительной защитой. Также все те, кто не относился к группе бойцов, вооружились короткими мечами. Сумки с припасами уже стояли упакованные.

Переодевшись, вся группа вновь вышла в коридор и направилась в самый дальний его конец. Вскоре все они оказались в относительно небольшом полутёмном помещении. До их ушей доносились звуки веселья, проходящего в общем зале. Старшего не было среди них, однако его присутствие ощущалось ещё сильнее, чем когда он сидел рядом с ними.

В противоположном конце комнаты находилась вторая дверь, через которую им и предстояло пройти. Однако сейчас, стоя перед ней, Романова охватила тревога, граничившая с паникой. Вот сейчас, прямо сейчас он сделает тот шаг, после которого возврата к прежней жизни не будет. Он ощутил прикосновение к своей руке и поднял взгляд на Лену. Девушка натянуто улыбнулась.

– Всё будет хорошо, пойдём.

Он кивнул в ответ, и вся процессия направилась к двери. Максим Викторович повернул ручку, потянул её на себя и открыл дверь. «Как-то обыденно всё, будто в спальню заходишь из гостиной», – мелькнула мысль. За дверью было невероятно темно. Собравшись с духом, компания авантюристов шагнула вовнутрь.

Когда последний человек скрылся внутри, но дверь ещё не успела закрыться, от стены отделилась тень и прошмыгнула в проём вслед за группой. Лишь после этого дверь закрылась, вновь отделив то, что было за ней, от обычного мира.