Александр Сороковик – Фантастика 2025-44 (страница 326)

Ну вот и хорошо. Значит, решение еще одной проблемы, можно сказать, найдено.

Друзья! Если нравятся книга, напишите отзыв под первым томом, кому не сложно! Чтобы больше читателей смогли для себя решить почитать её. Вот ссылка на первый том, спасибо!

Глава 16

— У тебя есть какой-то проверенный способ? — уточнил я. Несмотря на свои годы, парень, похоже, был уже опытным дельцом. Ишь ты — и вино купить из-под полы не проблема, и какой-то товар сбыть у него тоже каналы имеются! Вообще-то с такими людьми надо бы поаккуратней. Впрочем, сейчас мне это было только на руку.

— У меня здесь родственников много, — объяснил кавказец. — И друзей — почти полное село да еще соседние. Кому-нибудь обязательно пригодится. Или кто-то будет знать человека, которому пригодится. Так что это вообще не вопрос — считай, что уже завтра этой икры у тебя уже не будет. А сколько ты за нее хочешь?

А вот это вопрос. О цене я как-то подумать не успел. В принципе, на банках с икрой стояла государственная цена. Но, разумеется, с рук она практически всегда продавалась заметно дороже, чем было написано на упаковке. Я подумал и решил, что если сделать себе наценку в 30%, а сверху добавить еще 10% для возможного торга, то итоговая цифра получится вполне адекватной.

— Лады, — мы пожали друг другу руки в знак достижения договоренности. — Как только соберёшься, свисти, меня тут все знают, найдешь без труда, — кавказец явно был заинтересован в сделке не меньше меня.

На базе уже царило почти сонное настроение — как-никак было практически время отбоя. Но мы в ближайшее время ложиться спать точно не собирались: нужно было подготовить сюрприз для Григория Семёновича. Мы решили устроить общий мозговой штурм.

— Что мы ему подарить-то можем? — задумчиво сказал Шпала, когда я собрал всех московских динамовцев в нашей комнате. — У нас же нету ничего. Да и магазины сейчас все уже закрыты давно

— Дарить человеку то, что ты купишь в этих магазинах, — возразил ему Лева, — значит себя не уважать! Это же тебе не московский ГУМ. Здесь только самое простое и элементарное продается. Все равно что буханку хлеба на день рождения подарить — смешно же.

— Тогда тем более непонятно, — подхватил Колян. — Купить мы ничего не можем, и что нам остаётся?

— Говорят, лучший подарок — тот, что сделан своими руками… — неуверенно сказал Сеня.

— Ага, и что мы сейчас успеем ему своими руками сделать? — съерничал Лёва. — Бумажный самолётик свернуть? Или снежинку вырезать на окно?

— Ну почему обязательно снежинку, — возразил Сева. — Можно какой-нибудь стишок, например, сочинить…

— Тоже мне, Пушкин нашелся, — фыркнул Колян. — Чего мы ему сейчас сочиним-то? «С днем рожденья поздравляем, счастья, радости желаем»? Он такого за свою жизнь знаешь сколько наслушался? От школяров из начальных классов это бы еще слушалось нормально, а мне вот, например, самому будет неудобно такое… «дарить».

— Да, вот если бы знать заранее, — задумался Лева, — можно было бы съездить куда-нибудь в магазин…

— До ГУМа все равно не доедешь, — заметил Колян.

— Погодите, погодите, — остановил я начавшиеся было споры. — Что-то материальное сделать мы для него, конечно же, сейчас не сможем. Но мы можем создать для него как минимум атмосферу праздника.

— Это как? — не понял Шпала.

— Ну как? Накроем стол, — объяснил я, — подготовим для него разные приятные слова. Человек придет и почувствует, что мы его любим, уважаем и ценим. Это, знаешь ли, бывает ценнее, чем самый дорогой подарок из магазина.

— Это-то ты верно все говоришь, — задумчиво протянул Колян. — Да только чем ты собрался стол-то накрывать? В столовой сейчас дежурные только, порядок наводят. Да и какие там деликатесы, в столовой-то? А у нас тут по комнатам продуктов тоже не ахти. А точнее сказать, их нету совсем.

— Ну… кое-что на такой случай у меня всё-таки имеется, — подмигнул ему я и с торжествующим видом достал из сумки банку икры. По комнате пронесся восхищённый возглас.

— Вот это ни фига себе ты шикарно живёшь! — присвистнул Шпала.

— Да ты прямо буржуин какой-то! — поддакнул Колян. — Бочки варенья и корзины печенья там у тебя не завалялось случайно?

— Печенья нет, — улыбнувшись, ответил я, — но думаю, что в нашей столовой что-нибудь перекусить еще осталось. Не все же мы там подъели!

С этими словами я прихватил еще одну банку с икрой и отправился в столовую, где дежурные как раз мыли посуду. Недолгий торг — и у меня в руке оказалась целая сумка с едой: пусть это был не ресторанный ужин, но на дружеские посиделки в номере хватало вполне. Во вторую сумку мне положили несколько батонов, из которых можно было наделать кучу бутербродов с икрой. Я рассудил, что банка икры за накрытую поляну на десяток человек — вполне нормальная такса. Все-таки хорошо, что в столовых всегда готовят с большим запасом!

— Ну ты, Мишаня, даешь! — восхищенно сказал Колян, разрезая хлеб на куски и намазывая их икрой. — С тобой только голодные года пережидать. Полчаса — и ниоткуда появляются и еда, и деликатесы. Когда бы я еще икорки вдоволь поел!

— Все только не съедай, — улыбнулся я. — Не забудь, что мы поздравляем Григория Семеновича.

— Обижаешь, — улыбнулся в ответ Колян. — Что же я, совсем уже, что ли…

Возвращение Григория Семеновича было встречено громкими криками и аплодисментами. Правда, он нас все-таки немного огорошил, вернувшись заметно раньше, чем мы его ожидали — такое впечатление, будто его кто-то предупредил о нашем сюрпризе, и он решил не затягивать с возвращением. Впрочем, это было не так уж важно — все равно наши искренние поздравления и слова, сказанные от всей души, не оставили его равнодушным. Я в первый раз увидел, как наш добрый, но все-таки строгий тренер чуть заметно смахивает слезу. «Растрогался», — подумал я, и мне отчего-то сразу стало легко, как будто я нахожусь среди родных и близких мне людей. Да, в принципе, так оно и было!

— Ребята, вы это чего? — изумился Григорий Семенович, увидев наш праздничный стол. — Вы где икру-то достали, да еще в такое время и здесь?

— А это у нас Мишка все, — похвастался Сеня. — Он у нас сегодня и за повара, и за завхоза, и за начальника продовольствия в целом!

— Да нет, Сень, — поправил я. — Мы все вместе все придумали и сделали!

— Не представляете, как приятно, ребята, — не успокаивался наш тренер, угощаясь очередным бутербродом. — Честное слово, вот такие поздравления и угощения лично мне намного дороже, чем самые официальные приемы с самыми обильными банкетами!

— Для вас, Григорий Семенович, нам ничего не жалко, — ввернул Колян.

— Мы очень рады, что нашим тренером стали именно вы, — сказал Лева.

Кажется, атмосфера окончательно стала по-домашнему расслабленной, но тут Григорий Семенович вдруг посерьезнел, как будто что-то вспомнил.

— Ладно, ребята, это все, конечно, очень приятно и хорошо, но у меня к вам есть очень серьезный разговор, — сказал он, отодвигаясь от стола.

— Кажется, праздник закончился, — тихо пробурчал Лева. А я без лишних разъяснений почувствовал, о чем именно будет этот разговор…

— Я ведь не просто так вернулся сюда раньше, чем планировал, — совсем другим голосом заговорил с нами Григорий Семенович. — Я в курсе всех ваших похождений в местном клубе.

Он внимательно оглядел всех нас, притихших от ожидания «разбора полетов».

— Да, мне позвонили из милиции, — грустно подтвердил он и вдруг сорвался почти что на крик: — Да как вам всем не стыдно, а? Вы хоть немного подумали, что вы вообще творите? Я вам все объяснил, доверился вам, думал, что вы уже взрослые, умные молодые люди, что на вас можно положиться… что ваше слово чего-то стоит, в конце концов! А вы что мне тут устроили?

— Да мы ничего и не устраивали, Григорий Семенович, — начал было Шпала, — это все местные…

— Хватит все на местных валить! — раздраженно махнул рукой Григорий Семенович. — Они именно что местные, с них взятки гладки! А если и не гладки, то это их проблемы, сами между собой разберутся, как и что! А вы — гости! Приехали в чужой дом и начали тут выступать!

— Так не мы же начали, — снова попытался встрять Шпала, — это нам…

— Вот про то, кто начал, вообще мне не говори! — крикнул тренер. — Если бы вас там не оказалось — ни с того, ни с сего, хотя я вам строго-настрого запретил куда-либо выбегать — никто бы с вами ничего и не начал никогда! И заметь, о том, кто и что начал, я не слышал ни единого слова! Зато уже сегодня вечером все село только о ваших приключениях и говорит! А завтра это разнесется по соседним селам, и теперь здесь все будут считать, что московское «Динамо» — это не спортсмены и будущие чемпионы, не гордость советского спорта, а сборище малолетних уголовников! Приехали, называется, на гастроли, ужас на местных жителей наводить да с местной шпаной массовые побоища устраивать! Да это же позор на весь Северный Кавказ!

«С уголовниками, Семеныч, ты, конечно, перегнул малость», — подумал я. «А хотя… милиционер-то был тоже прав — с этого всякая уголовная карьера и начинается. Но краски он явно сгустил. Уголовники, побоища… м-да».

— Миша! — воскликнул Григорий Семенович, как будто бы услышав мои мысли. — А вот что касается тебя, у меня здесь особенное разочарование. Ну ладно они — там у многих не впервые такие художества, и теперь мы в Москве будем уже ставить вопрос ребром. Но ты-то! Ты-то куда полез, а? Ты же толковый парень, я на тебя ставку делал, я верил, что ко мне пришел новый парень — не только талантливый и умелый не по годам, но еще и серьезный и ответственный! Думал, я даже могу поручить тебе часть своих обязанностей, планировал тебя со временем чуть ли не помощником своим сделать. А ты мне что в ответ? Вместе со всеми в пьяные драки решил пуститься? Эх…