Александр Сорокин – Системный Творец II (страница 27)

«Тактику придется продумывать до мелочей. — подумал я».

Мои размышления прервал Орн, щелкнув тяжелым замком на двери мастерской.

— Ну вот и всё, Макс. Знаешь, первый день открытия мастерской оказался чертовски хорош. — старик повернулся ко мне, и в его глазах я увидел не только усталость, но и давно забытую уверенность в завтрашнем дне. — Завтра начнем по-настоящему. Принесу несколько хороших чурбаков, будешь осваивать…

Орн не договорил, из сгущающихся сумерек к нам быстрым, четким шагом направилась темная фигура. Это был солдат в походной экипировке городской стражи. Его лицо было серьезным, а рука лежала на рукояти меча.

— Макс? — голос мужчины был жестким, без эмоций. — Капитан Горст приказал доставить тебя к нему. Немедленно.

Воздух моментально сгустился. Радостное умиротворение вечера испарилось, словно его и не было. Орн нахмурился, его взгляд стал настороженным.

— Сейчас? Уже ночь на носу. В чем дело?

— Мне не сообщали. — солдат оставался непоколебим. — Приказ капитана.

Я обменялся взглядом с Орном. В глазах старика читалась та же тревога, что кольнула и меня.

Срочный вызов к Горсту посреди вечера, особенно после недавнего разговора с Каэлом, выглядел тревожно.

— Хорошо. — кивнул я солдату, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, и повернулся к Орну. — Не жди меня, ложись спать.

— Ты уверен? — прошептал он, хватая меня за локоть.

— Да. Наверное, капитан хочет поговорить про завтрашнюю тренировку. — соврал я, стараясь его успокоить, хотя внутри всё сжалось в холодный комок.

Солдат уже развернулся и ждал, всем своим видом показывая, что время истекло. Я кивнул Орну еще раз и шагнул в наступающую ночь, следуя за безмолвной тенью стражника.

Улицы были пустынны и темны. Лишь бледный свет восходящей луны освещал наш путь, отбрасывая на него резкие черные тени. Шаги солдата отбивали четкий, безжалостный ритм, словно отсчитывая секунды до чего-то неминуемого.

Мое «Боевое Чутье» молчало. Прямой угрозы не было, но по спине бежали противные, холодные мурашки.

Мы приближались к казармам у северной башни. Окна ее горели ярким, желтым светом — единственным проблеском жизни в этом спящем, безжизненном городе.

Мы вошли в казармы, и вскоре солдат остановился у двери капитанского кабинета, молча указав на нее рукой. Его дело было сделано.

Я сделал глубокий вдох, собираясь с духом, и толкнул тяжелую дубовую дверь.

Глава 14

Капитан был очень уставший.

Это читалось во всём: в том, как его могучая спина, обычно прямая, словно стальной прут, теперь чуть ссутулилась под невидимым грузом; в том, как пальцы с грубыми ногтями медленно и методично потирали виски, будто пытаясь разогнать тупую, навязчивую боль; в том, как его взгляд, обычно острый и всевидящий, сейчас был устремлён в пустоту над моей головой, утратив прежнюю фокусировку.

Стоило мне войти и затворить за собой дверь, как он медленно, с некоторым усилием, взглянул на меня. Глаза были воспалены, под ними залегли темные, почти синие тени.

— Садись. — его голос прозвучал хрипло, без привычного металлического звона. Он кивнул на простой деревянный табурет напротив своего массивного стола, заваленного свитками и картами.

Я молча повиновался и уселся на жёсткую поверхность. Приглушённые звуки из казарм едва доносились сквозь толстые стены: чьи-то шаги, отдалённые команды, лязг оружия. В капитанской цитадели царила тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине и тяжёлым дыханием Горста.

Он помолчал, собираясь с мыслями. Его взгляд наконец сфокусировался на мне, стал тяжёлым и оценивающим.

— Тобой сильно интересовался командир отряда «Коготь», Аррас. — начал он без предисловий, отчётливо произнося каждое слово. — Он опасный человек, Макс. К счастью, его группа уже покинула город. Но когда они вернутся, тебе стоит остерегаться его. Никто не знает, что взбредёт ему в голову.

Капитан сделал паузу, давая мне осознать вес сказанного.

— Противостоять его отряду не сможет даже городской гарнизон в полном составе. Это не солдаты, парень, они… нечто иное — инструмент Империи высшей закалки. — в его голосе прозвучало нечто, отдалённо напоминающее уважение, смешанное с глухой, животной неприязнью. — Но так как ты сейчас мой ученик, я счёл нужным тебя предупредить: держись от него подальше, не давай повода, не выделяйся.

Я кивнул, в горле внезапно пересохло. Предупреждение прозвучало более чем серьезно.

— Вторая причина, по которой я тебя вызвал, — Горст откинулся на спинку кресла, жалобно скрипнувшего под его весом, — ситуация с провизией плачевная. Все поля вокруг выжжены, амбары полупусты. Баронесса перед своим «торжественным отбытием» прихватила с собой не только лучших бойцов, но и изрядно опустошила городскую казну. Того, что осталось, едва ли хватит на закупку скудного пайка, а впереди зима.

Он тяжело вздохнул и провел рукой по лицу, словно смахивая невидимую паутину усталости.

— Поэтому через несколько дней будет отправлен отряд в соседний город, что стоит подальше от границы. Туда еще ходят караваны. Нужно закупить зерно, муку, солонину… В общем все, что удастся выторговать. Ты поедешь с этим отрядом.

Это прозвучало как приказ, не терпящий возражений. Я снова кивнул, мысленно пытаясь оценить новость. Поездка? В другой город? Неожиданно.

— Все подробности узнаешь позже, когда будет назначен глава сборной группы. — продолжил капитан. — Наши тренировки на время прекратятся. По крайней мере, до тех пор, пока я не разгребу все это… — он мотнул рукой, охватывая стол с бумагами и пространство за пределами кабинета, подразумевая весь город и его проблемы. — Но Каэл продолжит с тобой заниматься. Не даст тебе закиснуть. На этом все. Можешь идти.

Он снова опустил взгляд на карту, лежавшую на столе. Лицо капитана озарилось отблеском пламени из камина, и в его чертах я вновь увидел эту неподъёмную усталость. Разговор был окончен. Я поднялся с табурета, коротко кивнул и вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.

Слова капитана крепко засели в голове, словно заноза. Они жгли, тревожили и не давали собраться с мыслями.

Выйдя из казарм на пронизывающий ночной воздух, я замер и глубоко вдохнул. Холод обжёг лёгкие, но сознание не прояснилось. «Сильно интересуется…». Одной этой фразы было достаточно. Я и сам заметил странный, нездоровый интерес в ледяных глазах Арраса. И Серы, которая несколько раз будто невзначай оказывалась рядом, чей оценивающий взгляд, полный хищного любопытства, пронизывал меня насквозь.

И этот заказ у Орна… Эта странная шкатулка…

Мысли лихорадочно метались, выстраивая и тут же опровергая пугающие теории. Допустим, им было известно, что старик когда-то учился у мастера, обладавшего классом «Системный Творец». Однако я доподлинно не знал, проходил ли учитель Орна ту самую инициацию, поэтому, возможно, и его учитель не был полноправным. Может, он был самоучкой? Сейчас это не имело значения.

Важно было то, что даже если это так… они должны были точно знать, что Орн не обладал этим классом! Он всего лишь хранитель знаний, ремесленник, владеющий необходимым минимумом, чтобы считаться причастным к этому искусству, и не более.

Так зачем им было обращаться к нему? Я сильно сомневался, что у них действительно возникла внезапная потребность в столь специфическом артефакте. Могло ли это быть… проверкой? Изощренной, многоходовой ловушкой? Проверкой не Орна, а… меня?

Чтобы понять, кто и как будет выполнять этот заказ? Как я понял из рассказов Орна и собственных наблюдений, в их отряде было двое, кого Аррас называл «тенями» — Лис и Ворон. Следопыты, шпионы, убийцы… Я не знал их истинных задач, но название говорило само за себя.

Неужели они следили? Неотступно наблюдали за каждым нашим шагом в мастерской, за каждым движением резца, за каждой каплей смолы, пытаясь уловить малейший признак того, что работу выполнял старик, а не я?

От одной этой мысли по коже побежали ледяные мурашки, и живот свело от неприятного, тошнотворного холодка. Руки сами сжались в кулаки.

Но я тут же мысленно выдохнул. Одно меня радовало и хоть как-то успокаивало. Я был до паранойи осторожен. Даже наедине с Орном, которому доверял, я скрывал истинную мощь своего навыка, имитируя его методы и подражая медленным, медитативным движениям. Я был уверен, что полностью соблюдал конспирацию. Только упорный труд и старательность способного ученика.

По крайней мере, я на это надеялся. В этом мире, полном чудес и опасностей, нельзя было быть уверенным ни в чем.

Вернувшись домой, я застал Орна не спящим. Он сидел за грубо сколоченным столом, уставившись в пустоту. В свете единственной масляной лампы его лицо казалось ещё более морщинистым и уставшим, чем обычно. Старик вздрогнул, когда я вошёл, и его взгляд тут же устремился на меня, полный немого вопроса.

— Все хорошо, Орн. — поспешил я его успокоить. — Капитан просто кое о чем меня предупредил и сказал, что вскоре мне придется ненадолго покинуть город.

Старик насторожился, его брови поползли вверх.

— Покинуть? Куда?

— Он собирает отряд в соседний город, за провизией. Я буду в хорошей компании. — я постарался, чтобы мой голос звучал уверенно и обнадеживающе. Хотя, по правде говоря, понятия не имел, кто еще поедет кроме меня. — Так что волноваться не о чем.