Александр Солженицын – Архипелаг ГУЛАГ. Книга 2 (страница 12)

Рассказывают, что одна (ещё одна ли?) перегруженная баржа с заключёнными потонула (ещё случайно ли?).

А с Анзера некоторых заключённых вывозили по одному, секретно. Удивлялась охрана: что это за зэки такие тайные?[57]

Откройте, читатель, карту русского Севера. Морской путь с Соловков в Сибирь пролегал мимо Новой Земли. Раз в год (июнь – июль) идут туда караваны судов во главе с ледоколом, везут новых зэков и провиант лагерям на год. На Новой Земле тоже были лагеря многие годы, и самые страшные – потому что сюда попадали «без права переписки». Отсюда не вернулся никогда ни единый зэк. Что эти несчастные там добывали-строили, как жили, как умирали – этого ещё и сегодня мы не знаем.

Но когда-нибудь дождёмся же свидетельства!

Глава 3

Архипелаг даёт метастазы

Архипелаг получает экономический смысл. – Постановление Совнаркома (1928) о расширении лагерей и безплатности принудительных работ. – Соловецкий рак расползается по Северу. – Образование главных знаменитых лагерей. – Административная организация. – Лагеря по всем областям СССР. – Кому ближние, кому дальние.

Смягчение и замирание каторжных работ в последние десятилетия России. – Осмысленный труд арестантов в то время. – Ожесточение в советское время. – Нафталий Френкель, нерв ГУЛАГа. – Его долагерная и лагерная биография. – Открытие главных принципов ГУЛАГа. – Лицо.

Советская книга о Беломорканале. – Её история. – Как проходила поездка 120 писателей. – Некоторые из авторов. – Творческая установка Горького. – Точка зрения авторов. – Повторение официальных бредней. – Прославление ведущих чекистов канала. – Горький и чекисты. – На строительстве никто не умирает. – Человеческое сырьё.

Почему Сталин назначил Беломорско-Балтийский канал. – Темпы. – Объём работ. – Ни копейки валюты. – Жертвы канала, не подготовленные к тому. – Условия работы. – Пещерная техника. – Отличие от постройки пирамид. – Изобретательность инженеров. – Давление Ягоды. – Пропаганда и соцсоревнование. – Опора на блатных против социально-чуждых. – Торжество воровства. – Хаотический быт и хаотические рывки работы. – Тухта – орудие контрреволюции. – Штурм за штурмом. – Окончание канала. Прогулка вождей. Писателей.

Каким казался Беломор бывшим соловчанам. – А беженцам с Украины? – Скорость вымирания. – Сколько зэков на Архипелаге в начале 1933. – Вечер на канале по Витковскому. – Как на Беломоре сэкономили. – Увековечить убийц. – Моя прогулка близ Повенца. Разговор с охранником. – Непригодность и бездействие канала.

Что самое тяжёлое на каналах: изображать общественную жизнь. – Декларации воспитательной задачи. – Канал Москва – Волга. Соревнование и ударничество. – «У Волги нет выходных». – Политическое воспитание. – Насильственный труд как… внутренняя необходимость. – Техника Волгоканала. – Слёты ударников. – Однако и не перехваливать лагерь! – Материальные стимулы идейности. – Зачёты с применением классовых соображений. – Самозакрепление, когда деться некуда. – Оборотная сторона соревновательной шумихи. – Нелепый случай с кузнецом Парамоновым. – Работники юстиции осуждают зачёты. – Репрессии вместо льгот. – Коллективная ответственность. – Что такое лагерная бригада на самом деле. – Трудколлектив на Волгоканале. – Чистка в трудколлективе. – Песни каналоармейцев. – Что значит «чирикать».

Да не сам по себе развивался Архипелаг, а ухо в ухо со всей страной. Пока в стране была безработица – не было и погони за рабочими руками заключённых, и аресты шли не как трудовая мобилизация, а как сметанье с дороги. Но когда задумано было огромной мешалкой перемешать все сто пятьдесят тогдашних миллионов, когда отвергнут был план сверхиндустриализации и вместо него погнали сверх-сверх-сверхиндустриализацию, когда уже задуманы были и раскулачивание, и обширные общественные работы первой пятилетки, – в канун Года Великого Перешиба изменился и взгляд на Архипелаг, и всё в Архипелаге.

26 марта 1928 года Совнарком (значит – ещё под председательством Рыкова) рассматривал состояние карательной политики в стране и состояние мест заключения. О карательной политике было признано, что она недостаточна. Постановлено было[58]: к классовым врагам и классово-чуждым элементам применять суровые меры репрессии, устрожить лагерный режим. Кроме того: поставить принудработы так, чтоб заключённые не зарабатывали ничего, а государству они были бы хозяйственно выгодны. И: «считать в дальнейшем необходимым расширение ёмкости трудовых колоний». То есть попросту предложено было готовить побольше лагерей перед запланированными обильными посадками. (Эту же хозяйственную необходимость предвидел и Троцкий, только он опять предлагал свою трудармию с обязательной мобилизацией. Хрен редьки не слаще. Но из духа ли противоречия своему вечному оппоненту или чтоб решительней отрубить у людей жалобы и надежды на возврат, Сталин определил прокрутить трудармейцев через тюремную машину.) Упразднялась безработица в стране – появился экономический смысл расширения лагерей.

Если в 1923 на Соловках было заключено не более 3 тысяч человек, то к 1930 – уже около 50 тысяч, да ещё 30 тысяч в Кеми.

С 1928 года соловецкий рак стал расползаться – сперва по Карелии – на прокладку дорог, на экспортные лесоповалы. Также охотно СЛОН стал «продавать» инженеров: они безконвойно ехали работать в любое северное место, а зарплата их перечислялась в лагерь. Во всех точках Мурманской железной дороги от Лодейного Поля до Тайболы к 1929 году уже появились лагерные пункты СЛОНа. Затем движение пошло на вологодскую линию – и такое оживлённое, что понадобилось на станции Званка открыть диспетчерский пункт СЛОНа. К 1930 в Лодейном Поле окреп и стал на свои ноги Свирлаг, в Котласе образовался Котлаг. С 1931 года с центром в Медвежьегорске родился БелБалтлаг[59], которому предстояло в ближайшие два года прославить Архипелаг во веки веков и на пять материков.

А злокачественные клеточки ползли и ползли. С одной стороны их не пускало море, а с другой – финская граница, – но ничто не мешало устроить лагерь под Красной Вишерой (1929), а главное – безпрепятственны были пути на восток по русскому Северу. Очень рано потянулась дорога Сорока – Котлас («Соро́ка – построим до срока!» – дразнили соловчане С. Алымова, который, однако, дела своего держался и вышел в люди, в поэты-песенники). Доползя до Северной Двины, лагерные клеточки образовали Сев-Двинлаг. Переползя её, они безстрашно двинулись к Уралу. В 1931 году там основано было Северо-Уральское отделение СЛОНа, которое вскоре дало самостоятельные Соликамлаг и СевУраллаг. Березниковский лагерь начал строительство большого химкомбината, в своё время очень восславленное. Летом 1929 из Соловков на реку Чибью была послана экспедиция безконвойных заключённых под главенством геолога М. В. Рущинского – разведать нефть, открытую там ещё в 80-х годах XIX века. Экспедиция была успешна – и на Ухте образовался лагерь, Ухтлаг. Но он тоже не стыл на месте, а быстро метастазировался к северо-востоку, захватил Печору – и преобразовался в УхтПечлаг. Вскоре он имел Ухтинское, Печорское, Интинское и Воркутинское отделения – всё основы будущих великих самостоятельных лагерей.

И тут ещё многое пропущено.

Освоение столь обширного северного бездорожного края потребовало прокладки железной дороги: от Котласа через КняжПогост и Ропчу на Воркуту. Это вызвало потребность ещё в двух самостоятельных лагерях, уже железнодорожных: СевЖелДорлаге – на участке от Котласа до реки Печоры, и Печорлаге (не путать с промышленным УхтПечлагом) – на участке от реки Печоры до Воркуты. (Правда, дорога эта строилась долго. Её вымьский участок от Княж-Погоста до Ропчи был готов в 1938, вся же она – лишь в конце 1942.)

Так из тундренных и таёжных пучин подымались сотни средних и маленьких новых островов. На ходу, в боевом строю, создавалась и новая организация Архипелага: Лагерные Управления, лагерные отделения, лагерные пункты (ОЛПы – отдельные лагерные пункты, КОЛПы – комендантские, ГОЛПы – головные), лагерные участки (они же – «командировки» и «подкомандировки»). А в Управлениях – Отделы, а в отделениях – Части: I – Производственная, II – Учётно-Распределительная (УРЧ), III – ОперЧекистская.

(А в диссертациях в это время писалось: «вырисовываются впереди контуры воспитательных учреждений для отдельных недисциплинированных членов безклассового общества» (сборник «От тюрем…», стр. 429). В самом деле, кончаются классы – кончаются и преступники? Но как-то дух захватывает, что вот завтра – безклассовое, – и никто не будет сидеть?.. всё же отдельные недисциплинированные посидят… Безклассовое общество тоже не без тюряги.)

Так вся северная часть Архипелага рождена была Соловками. Но не ими же одними! По великому зову советской власти исправительно-трудовые лагеря и колонии вспучивались по всей необъятной нашей стране. Каждая область заводила свои ИТЛ и ИТК. Миллионы километров колючей проволоки побежали и побежали, пересекаясь, переплетаясь, мелькая весело шипами вдоль железных дорог, вдоль шоссейных дорог, вдоль городских окраин. И охлупы уродливых лагерных вышек стали вернейшей чертой нашего пейзажа и только удивительным стечением обстоятельств не попадали ни на полотна художников, ни в кадры фильмов.