Александр Соколюк – Предатель (страница 1)
Александр Соколюк
Предатель
– Твари! – Брукс пнул отрубленную руку повстанца. Кость глухо стукнулась о скалу, добавляя к неестественной какофонии звуков ещё один.
Лицо Брукса под шлемом было искажено яростью. Он глубоко вздохнул, поправил воротник своего кителя с пристегнутыми к нему лейтенантскими погонами, затем, повернувшись к строю стоящих смирно солдат, во все горло закричал:
– Вы все сегодня сдохнете!
– Да, сэр! – моментально загремел хор голосов.
Он медленно передвигался вдоль строя уцелевших солдат, всматриваясь каждому в глаза, выискивая слабину.
Ни один подбородок не опустился, ни один мускул не дрогнул. Они стояли, впиваясь взглядом в лейтенанта, готовые отдать жизнь ради исполнения воли Федерации.
– Но не раньше выполнения миссии!
– Так точно!
– Мы должны спасти задницу очередного богатого засранца и эвакуировать отсюда!
Ветра на Марсе не такие, как на Земле. Суровее. Злее. Всё вокруг пропитано ненавистью и отчуждением.
Едва уцелевший отряд спецдесанта самоотверженно прорывается сквозь огонь и смерть, хотя ещё полчаса назад все они перекидывались шутками в транспортном челноке, подлетавшем к красной планете.
Один за одним тогда доставали из подсумков сигары, подаренные лейтенантом за день до операции.
Люк достал сигару вслед за остальными, затянулся и с булькающим грохотом закашлялся, то зеленея, то бледнея на глазах. Комната тут же наполнилась звонким смехом.
– Тобольский! – Сержант Чагатай подошел к Люку и, заливаясь хохотом, похлопал его по спине. – Не затягивайся ты! Набрал в рот дыма, посмаковал и выдохнул.
От кашля на глаза навернулись маленькие капельки слез, что сразу же заметили все окружающие.
– Да не реви ты, а то на штурм в юбке пойдешь! – Сержант театрально выпучил глаза, открыл рот, обнажив кривой ряд желтых зубов.
Его смех заглушили внезапно сработавшие сирены.
Взрыв прозвучал в районе кормы, словно удар кувалдой по позвоночнику челнока. Свет погас, сменившись багровым морганием аварийных ламп. Тело рвануло вперед, ремни впились в плечи. Помещение заволокло дымом от вспыхнувшей изоляции.
– Удержива-а-ай! – чей-то вопль потонул в скрежете рвущегося корпуса.
Пол ушел из-под ног. Люк ударился шлемом о потолок. В глазах вспыхнули зеленые искры.
Справа, громко ударившись, тело одного из солдат шлепнулось на панель приборов с мокрым звуком. Кровь и мозги заляпали экран. Слева: солдат без шлема. Голова неестественно запрокинута. Шея сломана о балку, вырванную перегрузкой.
Тишина окутала Люка, перебиваемая лишь звоном в ушах. Затем, уже через секунду, слух вернулся, обрушившись на него, словно торнадо.
– Горим! – чей-то хриплый вопль из темноты.
– Выходим! На выход, черти! – ревел Брукс, вытаскивая пистолет и срывая с себя ремни. Его лицо в алом свете аварийки казалось обтянутым кожей черепом.
Дверь заклинило намертво. Марсианский ветер уже свистел в образовавшемся проёме, словно дикий зверь, рвущийся на свободу. Повстанцы, вооружённые чем попало, вели огонь по корпусу нашего корабля. Судя по звуку, их оружие было не слишком мощным, но боеприпасов у них хватало, чтобы превратить наше пребывание здесь в сущий ад.
– Смитти, не тормози, открывай дверь! – рявкнул лейтенант, отступая в сторону от заблокированного выхода. Его голос дрожал от напряжения, но в глазах горел решительный огонь.
Смитти, ещё пару часов назад инвалид на коляске, а теперь облачённый в массивный металлический экзоскелет класса "Титан", возвышался над остальными.
Люка всегда терзал один вопрос, который он не решался задать рядовому Смитти: "Почему он не установит себе бионические протезы вместо допотопного инвалидного кресла?".
Громоздкий доспех делал его на целый метр выше и значительно шире в плечах. С каждым шагом титана корпус корабля сотрясался, как лодка в бурю. Смитти подошёл к двери и парой уверенных ударов ноги заставил её вылететь наружу на несколько метров от челнока.
Люк ворвался в град летящих пуль следом за остальными. Холод просачивался сквозь броню как нож, обжигая кожу ледяными иглами ветра. Он бросился за валун, укрываясь от выстрелов. Гравитация подкидывала каждый шаг, будто идёшь по батуту, натянутому над бездной. Лёгкость обманчива, мышцы предавали – прыжок едва не отправил его в свободный полёт над ржавой пропастью.
Внезапно из-за валуна выпрыгнул один из повстанцев, пролетев прямо над головой Люка в толпу солдат, размахивая длинной саблей или чем-то похожим на неё. Сержант отбил атаку холодного оружия повстанца корпусом своего автомата, затем начал наносить по врагу удары, наполненные яростью.
"Марсиане – потомки людей…" – Люк замер, не имея сил пошевелиться, глядя на картину кулачного боя между сержантом и повстанцем. "Зачем тогда мы воюем с ними? Почему нельзя договориться?"
Драку резко оборвал лейтенант, всадив несколько выстрелов в затылок повстанцу, медленно разбрызгивая кровь по сержанту в низкой гравитации.
Первая ракета ударила в скалу над головой. Не просто обвал, настоящий камнепад. Умный, направленный. Глыбы размером с танк покатились вниз, как игральные кости. Прыжок в сторону и кувырок спас Люку жизнь, но не его сослуживцу, с которым он был в "двойке".
– Джексон, держ… – успел лишь крикнуть Люк, и экзоскелет хрустнул, как скорлупа. Там, где упал валун, теперь только груда металла и розовой пены.
"Какого черта мы вообще тут делаем?.." – Люк настолько сильно зажмурил глаза, пытаясь стереть из памяти увиденное, что перед глазами поплыли синие пятна.
– Гребаные Колленберги… – пробормотал Брукс, выглядывая из-за укрытия, его лицо было искажено ненавистью. – Сколько ещё бед они заставят нас пережить?
Красные скалы резали небо зубьями. Пули цокали по камням, высекая снопы искр. Свист. Визг рикошетов. Глухие удары о броню.
Воздух дрожал.
Люк прижался всем телом к земле, проползая под непрекращающимся шквалом свистящих пуль над головой. Холод камня проникал сквозь броню и термобелье прямо до кости.
Он высунул ствол. Короткая очередь. Где-то впереди резкий вскрик, затем затих. Пыль оседала на визоре, застилала красной пеленой.
– На десять часов! Окно! – орал Брукс, паля из импульсной винтовки.
В небольшом строении вдалеке сидел снайпер, делая редкие, но точные выстрелы.
Стена скалы взрывалась плазмой. Осколки камня били по шлему Люка, словно град. Оттуда, из темной расщелины, бил гранатомет. Медленные, тяжелые снаряды. Гравитация коварно меняла их траекторию.
– Смитти! Левее! Дави их! – ревел сержант.
Смитти в экзоскелете грохотал, как танк. Его тяжелый пулемет строчил непрерывно. Скалы крошились под огнем.
Один выстрел гранатомета – совсем рядом! Взрывная волна швырнула Люка вперед, впечатав силой в скалу. От удара о камни воздух стремительно покинул легкие Люка, а звон в ушах заставил его согнуться пополам. Спустя долю секунд ему все же удалось вздохнуть – пыль резала горло смесью ржавчины и гари.
Люк поднялся, стреляя наугад, в клубящуюся красноватую мглу бессмысленной мясорубки.
Повстанцы дрались отчаянно, фанатично. Их снайперы били метко, но слабо. Пули пятидесятого калибра царапали броню, не пробивая. Звенящий укус по нагруднику. Гранатометы – громоздкие, самодельные. Пшик выстрела, потом долгий и предсказуемый свист падающей болванки. Но все же повстанцев было много. Они знали местность. Исчезали в тенях, появлялись в неожиданных местах. Как призраки в свинцовой сетке.
– Лютый! Прикрой фланг! – кто-то крикнул.
До основания выгоревший остов марсианского ровера послужил отличным укрытием от нескончаемого шквала пуль.
Люк лежал неподвижно, выслеживая противника в прицел своей винтовки, как вдруг его по плечу кто-то неожиданно хлопнул.
– Рядовой! Срочно свяжись с третьим отделением. Доложи о потерях. Пусть готовятся к эвакуации раненых.
Люк огляделся по сторонам, сосчитав потери своей группы, затем снял со спины рюкзак с рацией и растянул длинную антенну.
– Двадцатый, двадцатый! Я восьмой. У нас шесть убитых. Шестеро – двести, повторяю…
В этот момент раздался крик одного из рядовых:
– Лютый ранен!
– Двадцатый! Я восьмой. Лютый – триста… Черт… В ту же секунду, осознав свою ошибку, попытался исправить ситуацию. – Пятый – триста!
Удар прикладом лейтенантского автомата прямо в челюсть не заставил себя долго ждать. Не глухой стук, а резкий, костяной щелчок, громче выстрела.
Мир взорвался белой вспышкой боли. Звон в ушах превратился в оглушительный гул океанского шторма. Люка выкинуло из-за укрытия, отбросив назад. Он ударился спиной о скалу, воздух вырвался из легких со стоном. Шлем треснул где-то сбоку, визор затянуло паутиной. Во рту – теплый, солоновато-медный привкус крови.
Брукс стоял над Люком, тенью ярости, автомат все ещё в руке, приклад которого теперь был влажным от крови.
– Поднять его! – рявкнул Брукс, обращаясь не к конкретному человеку, а в пространство. – В следующий раз пристрелю на месте!
Кто-то схватил Люка под мышки, грубо поставив на ноги. Мир качнулся, земля ушла из-под ног – то ли от низкой гравитации, то ли от сотрясения. Боль пронзила череп, заставив снова зажмуриться. Сквозь красную пелену перед глазами и трещины на визоре он увидел, как сержант и ещё один солдат волокут к укрытию стонущего Лютого, а сам лейтенант держит рацию, судя по всему, лично докладывая о потерях.