Александр Соколов – Становление. Пермска волость. (страница 27)

Загрузив мишени, остатки пушек на сани, поехали в Усадьбу. Три километра преодолели за полчаса. Свернули с Ольховки на русло ручья, но встречать нас никто не вышел.

- Внимание. В Усадьбе что-то случилось. Рассредоточиться. Приготовиться к бою, - отдаю команды тихим, но твердым голосом.

Николай и Иван, спрыгивают с саней и скрываются за деревьями по обоим берегам ручья. Я в прицел осматриваю Усадьбу. На смотровой вышке дозорный, который смотрит в сторону Маслёной горы. Перевожу прицел на смотровую вышку, расположенную на Маслёной горе. Наблюдатель «семафорит» в Усадьбу:

- Три санные упряжки свернули Усадьбе. Владимир жив.

Перевожу взгляд на наблюдателя в Усадьбе, узнаю в нем сарматского пацана Напа, который пулей спускается с вышки и бежит в здание усадьбы, откуда через минуты выбегает Эвика и бежит в нашу сторону. А за ней гурьбой выскакивают ребятишки, застегивая на ходу овчинные тулупчики. Последней выходит Лада, которая пытается успокоить детей, хоть как-то их организовать, ей удается построить ребятишек в колонну по три, и они также направляются в нашу сторону.

Командую Николаю и Ивану:

- Отбой тревоги!

Мы рассаживаемся по саням и правим по льду ручья в Усадьбу.

Быстро анализирую произошедшее:

«Положение хуже некуда. Все старшие ребятишки и самые боеспособные либо на смене в Кунгуре, либо у Форпоста. Олега и Ивана я забрал с собой. На хозяйстве остались Эвика и Лада. А тут нестандартная ситуация, сильнейшие взрывы, испуганная живность. У Эвики и Лады сработал материнский инстинкт по защите ребятишек – заслонить их собой, поэтому всех ребят и собрали в одном месте в холле усадьбы, а не отдали команду по обороне Усадьбы согласно штатного расписания. А ребятишки послушались Эвику и Ладу. Расслабились. Только наблюдатели оказались на высоте».

На полпути к саням подбегает Эвика, хватает лошадь под уздцы, останавливая сани и смотрит на меня взглядом полным тревоги:

- Володя, ты живой! – переводит взгляд с меня и пристально всматривается в Николая и Ивана. – И вы ребята живы! Мы слышали два оглушающих взрыва, подобных сильнейшим громовым раскатам. В усадьбе даже часть стекол в окнах разбилось. Ребятишки испугались. Вся живность перепугалась, лошади, чуть из конюшни не вырвались. Что случилось?

- Эвика, с нами все хорошо, - а дальше продолжаю для всех, уже подошедших ребятишек. – Я, Николай и Иван проводили испытания нового оружия – пушек.

Беглым взглядом осматриваю ребятишек. Вооружены только Эвика и Лада, на которых надеты разгрузки с метательными ножами и гранатами, за спинами приторочены арбалеты. У остальных ребятишек оружия нет.

Нужно приводить всех в чувство, командую:

- По десяткам становись! – когда все ребятишки построились, а за моей спиной встали Николай, Иван, Эвика и Лада, продолжаю:

- Разве передо мной стоит в строю гордое племя Руссов. Нет! Я вижу только трусливых зайцев! – по строю пробежался тихий шепоток, кто-то пытается возразить. – Разве я не прав. Я не вижу ни одного члена племени с арбалетом, с пращей, либо с луком. Не вижу ни одной гранаты. Вы и есть трусливые зайцы!..

Делаю паузу и продолжаю:

- Что вы должны делать при объявлении тревоги или непредвиденной ситуации? Кто ответит? - поднимается лес рук. – Александр, слушаю тебя.

- При объявлении тревоги или непредвиденной опасной ситуации, все должны вооружиться и занять свои места согласно штатного расписания по обороне Усадьбы, - громко на одном дыхании выпаливает Александр.

- Так почему же этого сделано не было?

- Было страшно, - из строя раздается пара десятков тихих голосов.

- Всем смотреть на наблюдательную вышку. Вы там видите дежурного наблюдателя Напа. Вы думаете ему не было страшно? Было, но он в отличие от вас не побежал прятаться, а остался на своём посту. То, что вам было страшно, это нормально. Бесстрашных людей не бывает, я тоже иногда боюсь. А вот трусят только зайцы. Так вы зайцы?

В ответ нестройный хор голосов:

- Нет.

- А какой наш девиз?

- Один за всех! Все за одного! – хор голосов стал стройнее.

- Так почему же Нап был за всех, а за него всех не было?

А в ответ тишина. Ребята смотрят себе под ноги, никто не решается посмотреть ни на меня, ни на стоящих рядом ребят.

«Пора заканчивать с самобичеванием и возвращаться к позитиву», - прикидываю в уме, а в слух продолжаю:

- Надеюсь вы всё поняли?

- Да.

- Да.

- Да, - раздается не больше десятка несмелых голосов.

- Я не слышу! – повышаю тембр голоса, а ребята поднимают голову и смотрят на меня, хотя еще и не совсем уверенно, раздается хор голосов:

- Да…

- Не слышу!!!

- Да!!!, - громогласно восклицает хор голосов.

- Больше никто не назовет вас трусливыми зайцами?!

- Нееет!!! – ревет строй ребятишек.

- Один за всех!!!

- И все за одного!!! – зычно громыхает строй.

«Вот и приободрились», - удовлетворенно хмыкаю про себя, и в слух продолжаю:

- Первая десятка одевает рабочие перчатки, берет веники и совки, убирает разбитые стекла. Вторая и третья десятки под руководством Николая и Ивана, вставляют в окна новые стекла. Остальные продолжают заниматься текущими делами… Разойдись!

Глава 17

Сам же отправляюсь осматривать масштаб повреждений, которых оказалось не так и много. За исключением десятка разбитых оконных стекол, повреждений практически не было. Грохот выстрелов нагнал больше страха на ребятишек и живность, чем причинил материальный ущерб.

Разбор полетов с Эвикой и Ладой устраивать не стал. В случившемся, кроме себя, винить некого. Эвика и Лада состоявшиеся воины, очень хорошо владеют луком, арбалетом, метательными ножами, кроме того отличные управленцы в сфере мирной жизни, но они никогда не руководили обороной и опыта такого даже в тренировках у них не было, да этого раньше и не требовалось.

Расслабился-то я, а ни кто-либо другой. Посчитал, что, уезжая с Николаем и Иваном недалеко, всего на три километра, не подумал о возможных последствиях испытаний пушек. Выстрел из пушки слышен на расстоянии километров восьми, а зимой ещё дальше. Пороховой заряд весом восемь килограмм намного усилил грохот выстрела, даже у меня в трехстах метрах от пушки, уши заложило. А то, что мы поехали на испытание и возможных взрывах, ни Ладу, ни Эвику, я не предупредил. Вот и получилась нештатная ситуация.

После ужина у меня в мезонине собрались Эвика, Лада, Николай и Иван. Эвика и Лада сидят на краешке стульев с понурым выражением лица, глаз на меня не поднимают. Делаю вид, что их состояния не замечаю и как ни в чём не бывало перехожу к текущим вопросам:

- Николай, тебе нужно срочно сделать два четырехметровых столба, вернее идола, с изображением языков пламени, поднимающихся от пояса, плеч и головы вверх. Нужно их срочно установить по левому берегу реки Барда перед бродом. Таким образом обозначим восточную границу нашего королевства, - говорю и одновременно рисую эскиз пограничного знака.

- Два знака я за день вырежу, - рассматривая эскиз, заявляет Николай.

- Таких знаков нужно побольше сделать и поставить по всей границе, а языки пламени я покрашу в красный цвет и покрою лаком, - рассмотрев рисунок, предлагает Иван.

- Нужно лицо более злым вырезать, - включается в обсуждение Эвика. – Чтобы знали, тут всех ждет смерть.

- Можно и злым вырезать, - соглашается Николай.

- Хорошо, пусть будет злым. К лету еще четыре знака понадобиться, установим по берегам Сылвы, два ниже по течению Кунгура и два выше по течению будущей крепостицы на острове, - соглашаюсь с ребятами, а далее продолжаю:

- Если летом придет степное племя, то может так случится, что косули от нас уйдут, надо заранее подумать, чем заменить в нашем питании их мясо.

- Практически все овцы и козы беременны, приплод ожидается через два-три месяца. Да и у коров неплохой отел ожидается. Мясо косуль можно заменить ягнятиной, немного козлятиной и говядиной, - оживает Лада. – А если весной перевести всю отару овец к Форпосту, то можно прикупить еще пять-шесть коров.

- Через два дня, по готовности двух пограничных знаков, отправляюсь к броду, где его установлю, заодно в Форпосте посмотрю, возможно ли туда перевести отару овец, а по возвращению отправляюсь с новой сменой в Кунгур.

Замечаю, что Эвика и Лада решились выступить с покаянной речью, останавливаю их:

- Эвика, Лада, то что вы вооружились, это хорошо, но вы совершили две ошибки. О первой вы уже слышали, что не вооружились остальные ребятишки, а вторая - если вы посчитали, что опасность слишком велика, то вы на санях должны были с ребятишками покинуть Усадьбу и направиться к Форпосту.

Девочки, переглянувшись между собой, смотрят на меня и по их взглядам я понимаю, что вопрос об отходе из Усадьбы ими вообще не рассматривался и только сейчас они начинают осознавать произошедшее и возможные трагические последствия, в случае действительного нападения на Усадьбу.

Сделав паузу, продолжаю:

- Я знаю, что вы всё поняли! Ошибки бывают у всех! Я в вас уверен! Как говорится за одного битого двух не битых дают.

Девчонки приободрились, в ранее потухших глазах, зажглись огоньки.

«Вот и славно, пора заканчивать», - замечаю про себя, а в слух: