Александр Соболев – Сборник рассказов. Попытка #24 (страница 7)
Непонятным оставался вопрос «Зачем?» Зачем Матвей это утроил? Хотел вернуть Марину? – Вряд ли. Или доказать, что он лучше Алексея? – Не получилось. Хотел самоутвердиться? – получилось наоборот. Разве можно добиться расположения и уважения обманом? – Нет. Разве получится выстроить отношения на хитрости и подлоге? – Еще раз нет.
И самый главный вопрос, который крутился в голове без ответа:
– Куда она смотрела почти три года? Неужели можно полюбить столь подлого и ничтожного человека?
Марина нашла глазами сидящего через столик Матвея. Придерживая у подбородка носовой платок, тот тоже писал показания. Часто прерывался, морщил лоб и спрашивал у соседей: как правильно писать слово «разъяренный» или «разъеренный».
Она увидела на месте Матвея совершенно чужого человека. Неинтересного, подлого, ничтожного. Как с другой планеты.
– Разве так бывает? – спросила Марина.
– Наверное, – тут же сама ответила.
Примерно через час Марину отпустили. Она сразу позвонила Алексею, но тот не взял трубку. Аппарат абонента выключен. Попыталась найти справочную московской полиции и найти отделение, куда отвезли задержанного жениха. Нашла. Набрала номер. Но вдруг поняла, что не знает фамилию Алексея.
– Приемная отделения полиции слушает…
– Я ищу человека, – запинаясь, начала Марина, – его забрали сегодня час назад.
– Фамилия.
– Я не знаю.
– Серьезно?
– Да.
– Девушка, не надо баловаться. Узнаете фамилию, тогда звоните.
– Пим-пим-пим…
Глупо получилось. Ничего не скажешь. Влюбилась. Готова выйти замуж. О будущем муже знает лишь, что тот бывший десантник и инженер по пластиковым окнам. Фамилии и адреса не знает. Что же делать? В любой непонятно ситуации лучше расслабиться.
Марина села в метро и со спокойной душой поехала домой, потому что от нее ничего не зависело. Как только Алексей выпутается, он обязательно позвонит. По-другому не может быть.
Будущая невеста даже немного поспала по пути домой. Напряжение последних часов отступило…
– Я не знаю, – ответил я фельдшеру, – мы не знакомы. Я мимо проходил. Там машина в кювете…
Я вспомнил, что к месту аварии сейчас приедет полиция. Надо срочно вернуться туда. В машине наверняка лежат документы на автомобиль и водительское удостоверение девушки. Кинулся на улицу. Таксист еще не уехал. Стоял и курил у капота. Я объяснил, что нам необходимо вернуться назад за паспортом.
Мужик-водила попался толковый и немногословный. Кивнул на машину:
– Садись. Поехали, коли надо.
Нарядно мигающие сине-красными маячками полицейские автомобили мы увидели издалека. Подъехали. Я подошел, и объяснил ситуацию. Говорю:
– Мне надо в машину. Там документы на девушку…
– Стоп, братишка. Успеется. Давай оформим протокол. Там будет видно.
Мне предложили удобное пассажирское сидение в полицейском Форде Фокус. Составили протокол. Я прочитал текст и подписал, как положено.
– Не надо тебе в автомобиль, – сообщил офицер полиции.
– Почему? – спрашиваю.
– Это теперь вещьдок. Езжай домой…
Полицейские были не по-отечески вежливы и потому убедительны. Даже подбросили до дома.
– Отдыхай, – говорят, – мы с вами свяжемся в случае необходимости.
– Но там девушка, ей нужны документы! – робко возразил я.
– Разберемся, гражданин, – спокойно ответил капитан полиции.
– Я хотел бы помочь…
– Вы уже помогли. Органы внутренних дел благодарят вас за содействие и активную жизненную позицию.
Так и сказали: «За активную жизненную позицию».
– Но я…
– До свидания. Мы вам позвоним. Ждите.
Белый Форд с синими полосками на боках обдал меня выхлопными газами и, скрипя морозным снегом, скрылся за поворотом.
Я немного постоял. Поглядел на забор. Действительно, от меня теперь ничего не зависит. Ситуация в руках докторов и следователей. Причину аварии найдут, виноватых накажут, жизнь спасут, на ноги поставят, восстанавливающую физиотерапию пропишут. Если возникнут вопросы, свяжутся. Найдут, при необходимости, даже из-под земли. Но так далеко от госорганов я прятаться не собирался.
– Хорошо, – я поглядел на небеса, – пойду расскажу о необычной прогулке жене.
Напряжение последних часов отступило. Но окончательно не пропало. Крохотная заноза затаилась где-то в груди. Хотелось поговорить с Алексеем и посмотреть в глаза любимого. Надо срочно и окончательно удостовериться, что для обид и сомнений нет причин. Марина еще раз набрала номер. Абонент не доступен.
Легла, но не спалось. Включила телевизор, но картинка не цепляла. Взяла книгу, но слова не складывались в сюжет. Появилось смутное ощущение, что сегодняшний день еще не закончился. Что-то должно произойти. Спать еще рано.
Марина заварила кофе, чего никогда не делала на ночь. Присела у кухонного окна, выключила свет. Решила ждать. В суетной жизни редко возникало желание рассматривать причудливые узоры из фонарей, проводов и ветвей деревьев. Теперь можно. В таинственном переплетении линий угадывались лица людей и силуэты драконов, всадники на конях и башни с одинокими принцессами на вершине, острые заснеженные горы и крутые водопады.
В полдвенадцатого раздался звонок с номера Алексея:
– Привет, – схватила телефон Марина.
– Доброй ночи, – ответил Алексей.
По звуку Лешиного голоса, поняла – что-то произошло. Алексей не звонил, чтобы порадовать Марину освобождением из-под стражи.
– Что случилось? – девушка сжала кулаки.
– Мне нужна твоя помощь. Я бы съездил сам, но меня не отпускают. Твой Матвей накатал на меня профессионально подготовленную жалобу: там и национальная ненависть, и религиозные чувства. Паренек, похоже, готовился. В общем, меня сегодня не отпускают. Подержат пару дней, а может и больше. Будет, вероятно, суд.
– Я найду толкового адвоката, – предложила девушка, – я тебе помогу. Мы победим.
– Конечно, победим. Сейчас не об этом.
– Тогда в чем дело?
– У меня мать живет в деревне Новониколаево Рузского района. У нее приступ. Почки. Долго объяснять. Надо срочно купить лекарство и сделать укол. Я бы попросил своих парней, но их тоже задержали, как соучастников. Выручай, мне больше не к кому обратиться.
– Пускай, вызовет скорую, – предложила Марина, – я буду долго ехать.
– Она старая женщина. Боится незнакомых врачей. Был случай, что сделали неправильный укол, чуть не померла.
– А меня твоя мама не испугается?
– Я показывал твою фотку. Ты ей понравилась. Выручай!
– Хорошо, повтори адрес.
Алексей повторил. Продиктовал название лекарств.
– Я тебя искала, – напоследок сказала Марина, – но я не знаю твоей фамилии. Как тебя зовут? Мне сказали, чтобы я не хулиганила.
– Да. Извини. Моя фамилия Петров. Так просто: Алексей Николаевич Петров. 32 года.
– А меня Марина Витальевна Кукушкина.
– Вот и познакомились.