Александр Снегирев – Призрачная дорога (страница 16)
Снова навёл телефон.
Опять на террасе какой-то тип.
Против света не разобрать.
Да ещё и собака рядом.
Моя собака.
Увидела меня.
Увидела и залаяла.
Я убрал телефон.
Пустая терраса, плотник копошится, собака лежит на террасе.
Я зачем-то обернулся. Посмотрел во все стороны. Никто надо мной не подшучивает? Впрочем, как?
Решился подойти к террасе.
К тому месту, где только что видел неизвестного.
Телефон тем временем уснул.
Я разбудил его четырёхзначным кодом.
Год войны с Наполеоном.
Опять посмотрел через телефон на то место.
И увидел.
Прямо перед собой.
А чего я ждал?
Подошёл плотник.
– Ты чего, малыш?
Я поднял телефон, выпавший из рук.
– Так… что-то.
Глава 11
Пора раскутывать Кисоньку.
Я снова в доме.
Печник куда-то подевался.
А чашку оставил на столе. Нет, чтоб помыть или хотя бы убрать в раковину.
Поднимаюсь по лестнице.
Лестница цвета Кисонькиных губ – коралловая.
Запылённый каменный пол отражает глянцевые блики, массивный музыкальный инструмент кокетливо мерцает из-под полиэтиленового покрывала.
Деревянные балки поддерживают далёкий потолок.
Потолок поделён на жёлтые кессоны, в каждом белый лепной цветок.
Из центрального свисает раскидистая люстра с цветными леденчатыми плафонами.
Несколько столиков-пней, словно пучок грибов, торчат на балконе перед спальнями второго этажа. Другие пни, отваренные в масле и отполированные, дублёные и ярко-жёлтые, самодовольно поблёскивают в углах обеденного зала.
Вдоль спален тянется балкон.
Стена увешана картинами.
На картинах лес, лиственно-хвойные валы.
За перилами балкона провал обеденного зала.
В провале люстра с леденчатыми плафонами.
Внизу стол с грязной чашкой печника.
Послышался скрип.
Я остановился.
Прислушался.
Снова скрипнуло, но в другой стороне.
Я тронул стену.
Деревянные брусы явно не прочь вырваться, но их крепко приколотили.
Брусы поскрипывают, но сбежать не могут.
В трубах вода. Воду гонит давление и удерживают краны. Давят со всех сторон. Вода томится сразу во всех трубах, перед всеми закрытыми кранами, как бык в загоне перед ареной.
В трубах отопления по кругу бегает тосол.
Ему некуда деться.
Тосол отчаянно пульсирует в трубах, ухает в батареях.
Поперечные балки, штыри и гвозди скрепляют брусы.
Трубы направляют жидкости.
Муфты закрепляют трубы.
Сосед караулит соседа.
Красные фонари караулят усадьбу, обочины караулят дорогу, муж – жену.
По отдельности мы бы разбежались, но нас организовали в порядок, обрекли на вечное томление и пользу.
Перед Кисонькиной дверью на полу борода.
Прямо на полу, а дверь полуоткрыта.
Когда я уходил, то плотно затворил её.
И бороды никакой не было.
Чья борода?
Печника.
Страшно входить, когда знаешь, что тебя ждёт.