Александр Смольников – Че Гевара. Революция длиною в жизнь. Часть 1 (страница 2)
Для самого Линча, как он не раз признавался в будущем, эта встреча была «счастливым случаем», «главной удачей в жизни», так как семья девушки имела «целую кучу денег». Что касается Селии, то юная, пылкая, романтичная аргентинка, выросшая в закрытой школе при католическом монастыре, влюбилась в Эрнесто Гевару Линча с первого взгляда. Сам Эрнесто обратил внимание сразу на её величественную осанку, это первое, что бросилось в глаза!
Сразу после свадьбы молодожены переехали жить в свои владения, купив на берегу реки усадьбу. Селия писала в своём дневнике: «Мы вместе решаем, как устроить свою судьбу. Мы оставили позади все сожаления и притворства вместе с тесным кругом родственников и друзей, хотевших расстроить наш брак». Первые месяцы супруги пребывали в эйфории: они обустраивали дом, купались в реке, гуляли по окрестностям. В качестве приданого невеста принесла в семью большое имение с хозяйством, включавшим пашни и скот в центральной провинции Кордова, а также ценные облигации.
Эрнесто Гевара-старший и Селия решили начать новый бизнес, разбить в провинции Мисьонес плантации по выращиванию знаменитого йерба мате, растения, которое принимают в виде настоя чая и которое в двадцатые годы было настоящим «зеленым золотом», что отмечал в своих работах историк Джон Ли Андерсон, поскольку оно приносило хорошие доходы плантаторам.
Рабочие плантаций находились на положении каторжников, хозяин плантации распоряжался их жизнью и смертью, мог их безнаказанно избить и даже убить. Работали за продукты второго сорта и всякую мелочь, хозяин, продавая алкоголь, тем самым способствовал их болезням, приводившим к гибели. Любое организованное сопротивление рабочих жестоко подавлялось плантаторами и полицией.
Семейная плантация была приобретена на деньги, полученные Селией. Продав облигации, Эрнесто Линч купил двести гектаров джунглей, мечтая расчистить землю и начать выращивать чай. Её семья этому всячески противилась, но в конце концов ей удалось это сделать по суду. Пытаясь зарабатывать честно и справедливо, выплачивая зарплаты рабочим деньгами, что в те времена считалось диковинкой среди плантаторов, запретив продажу алкоголя, они вызвали шквал негодования у конкурентов.
Прошло около полугода, и 14 июня 1928 года в аргентинском портовом городке Росарио на берегу реки Парана, что в трёхстах километрах северо-западнее от Буэнос-Айреса, как значится в свидетельстве о рождении, родился Эрнесто Гевара-младший. Он был коренным аргентинцем: по отцовской линии с двенадцатого поколения, по материнской – с восьмого.
Селия и Эрнесто сидели, обнявшись, в холле и смотрели на своего Тэтэ, который только что совершил самостоятельное «путешествие», пройдя без чьей-либо помощи через комнату. Квартира находилась в большом просторном особняке, который теперь стал интересен многим туристам, как достопримечательность, связанная с жизнью Че Гевары.
Особняк имел пять этажей, на каждом из которых располагалось по восемь квартир. Попасть в середину можно через один из трех входов: один находится со стороны улицы Энтре Риос, два других – на улице Уркиса.
– А помнишь, Селия, когда мы собрались пожениться, как ты переживала, что уже беременна?
– О, Эрнесто, меня бы вся моя семья, не говоря о знакомых и соседях, просто сжили бы со света, ведь я была на третьем месяце беременности! Все знают, что в Аргентине важно девушке выходить замуж девственницей. Ведь беременная невеста – это позор для семьи!
– Да, любимая! Помню, тогда свадьбу, несмотря на недопонимание родственников, пришлось срочно организовывать. А о рождении ребенка пришлось сообщить только через месяц. Зато смотри, какой замечательный у нас растёт сын!
– Эрнестито, беги к своей мамочке! – Селия протянула руки и весело засмеялась.
Они были молоды, у них родился и рос замечательный сын, и жизнь им казалась просто прекрасной! Пройдут годы, а почитатели Че будут спорить о тайне его рождения. На самом деле Эрнесто родился 14 мая доношенным ребенком в результате девятимесячной беременности. Скандала в тот период удалось избежать ещё и благодаря тому факту, что Селия родила практически в дороге. Они с мужем отправились из Мисьонес, где жили на своей плантации, в Буэнос-Айрес как раз с целью родить ребёнка в хорошем госпитале столицы Аргентины.
Но схватки начались в дороге, и Эрнесто появился на свет в одном из госпиталей, как мы упоминали выше, города Росарио, но ребёнок заболел сразу после рождения бронхиальной пневмонией. Там и провел первые годы жизни Эрнесто Гевара. Это было не просто, хотя оба супруга имели знатное происхождение, периодически у них всё же случались проблемы с деньгами, а семья жила в тот период на доходы с ренты и семейное наследство.
Время потихоньку бежало вперёд, незаметно прошёл ещё год, и Эрнестито исполнилось два года. Через неделю наступала Аргентинская зима.
– Селия, вы куда собрались? – Эрнесто Гевара-старший подошёл к окну, потянув шнур, открыл жалюзи шире. Посмотрел в окно. Перед ним росли разномастные деревья. На зиму примерно половина из них сбрасывает листья, и они стоят голые, без листвы. Другая половина деревьев выделялась от первой приглушённым зелёным цветом. Светило солнце, зимой здесь почти всегда голубое небо и повсюду растёт зелёная трава.
– Мы идём с Тэтэ в морской клуб покупаться, надо малыша закалять, а то он то и дело болеет.
– Слушай, Селия, – Эрнесто повернул голову в сторону жены, – мне кажется Вам с Тэтэ нужно теплей одеться, на улице достаточно прохладно.
– Не переживай, дорогой, тут недалеко, и мы быстро домчимся. Не переживай!
Эрнесто-старший ещё раз посмотрел в окно. По улице, не торопясь, шёл иностранец, молодой парень лет тридцати, в футболке, в шортах и шлёпанцах, окружённый местными, продвигающимися на контрасте с первым, в свитерах, тёплых куртках с накрученными на шею шарфами, в шапках, у многих на руках разноцветные перчатки. «Вот и догадайся, как одеваться, если ты не местный и не знаешь особенностей местного климата», – промелькнуло у него в голове.
– Селия, всё же одень Тэтэ потеплей, вон и ветер поднялся, ветки клёна пляшут во всю, в разные стороны.
– Хорошо, Эрнесто, не беспокойся, не беспокойся за нас, мы быстро.
Эрнесто поцеловал жену и сына, проводив их.
Селия, выйдя на улицу, опустила ребёнка на дорожку.
– Ох, наш папочка переживальщик, посмотри, Эрнестито, как хорошо, солнце светит! А ну, давай ручку, – она подняла голову и посмотрела в окно квартиры, где виднелся Эрнесто. Тепло окатило её сердце:
– Эрнестито, малыш, помаши папочке, он так нас любит!
Но Эрнесто оказался прав. Бронхиальная пневмония не хотела отпускать своего маленького пленника, и к вечеру у Тэтэ появился кашель, врач диагностировал бронхиальную астму, выписал лекарство, однако приступы не прекращались несколько дней.
Ночами на пролёт Эрнесто-старший спал рядом с детской кроваткой, качал сына на руках, задыхающегося от удушья, и ничем не мог ему помочь. Что только ни предпринимали дон Эрнесто и донья Селия, чтобы облегчить страдания сына! Они сменили наполнители матрацев и подушек, вместо хлопчатобумажных простыней использовали нейлоновые или льняные, убрали из комнат драпировки и ковры, несколько раз в день чистили стены от пыли, прогнали со двора собак, кошек и домашнюю птицу. Эрнестито поили специальными отварами, делали ему ингаляции, на время сна обкладывали мешками с песком. Ничто не помогало. Отчаявшиеся родители даже приглашали знахаря, лечившего больных молитвами и наложением рук, но он не сумел помочь мальчику. Встал вопрос переезда в другую местность, более подходящую для здоровья ребёнка.
Жизнь продолжалась, и, несмотря на заботы, в 1929 году у молодой четы родилась ещё дочь, которую назвали в честь матери Селией.
1.2. Преодолей страх свой, сынок
Селия видела, как Эрнестито боится воды и, чтобы он смог преодолеть свой страх, стала на личном примере показывать, как надо преодолевать страх и трудности в жизни.
Однажды, семья Гевара с друзьями находились на реке Парана, название реки на языке индейцев гуарани означает «большая река», это вторая водная артерия после Амазонки в южной Америке, а по ширине порой и превосходит её. До Росарио в нижнем течении осуществляется морское судоходство, потом река поворачивает на юго-восток, после чего в нее вливается крупный приток Уругвай. Вместе они переходят в обширную дельту длиной сто тридцать километров, и дальше Парана впадает в залив Рио-де-ла-Плата в Атлантическом океане, который образует отрезок границы между Уругваем и Аргентиной.
Погода стала резко меняться. Ещё только светило солнце, но внезапно небо стало заволакивать тучами, везде гремело, сверкали молнии и над городом нависла тяжелая атмосфера предстоящей грозы. Парана потемнела, вода была обычно мутно-жёлтая, а тут и вообще стала чёрная, с пенистыми бурунами волн вокруг небольшой яхты, на которой друзья совершали прогулку по реке. Селия посмотрела на сына:
– Тэтэ, что это у тебя глаза от страха расширились, ты же мужчина, а мужчина должен быть сильным и смелым. Держись крепче. Смотри, как твоя мама сейчас проплывёт по реке, и не просто по реке, а где течение сильнее всего. Немного подрастёшь и тоже будешь плавать в любую погоду и не бояться!