Александр Смольников – Айвазовский, море и вся его жизнь. Книга первая (страница 2)
Хотел бы выразить благодарность за помощь в подготовке книги Марине Николаевне Жеребцовой заведующей библиотекой Законодательного Собрания Свердловской области, Александру Борисовичу Крайнюку, моряку - подводнику, хорошему моему товарищу по работе и в жизни, жене Смольниковой Наталье Анатольевне и дочери Олесе Крестьяниновой (Смольниковой) за оформление обложки книги.
С уважением Александр Смольников.
XIX
век. Айвазовский, море и вся его жизнь
«Айвазовский! Я царь земли, а ты царь моря» Николай I
КРЫМ. ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА
Многовековая история Крыма наполнена драматическими событиями борьбы России за полуостров с Турцией, набегами крымских татар на Русь. Первый набег крымских татар за рабами на земли Московской Руси состоялся в 1507 году.
В 1511—1512 годах «крымцы», как называли их русские летописи, дважды разоряли Рязанскую землю, а в следующем году Брянскую. Через два года были совершены два новых разорения окрестностей Касимова и Рязани с массовым уводом населения в рабство. В 1517 году — набег на Тулу, а в 1521 году — первый набег татар на Москву, разорение окрестностей и увод в рабство многих тысяч. Через шесть лет — следующий большой набег на Москву. Венец крымских набегов на Россию — 1571 год, когда хан Гирей сжег Москву, разграбил более 30 русских городов и увел в рабство около 60 тысяч человек.
Как писал один из русских летописцев: «Веси, отче, настоящую сию беду на ны, яко царь крымский прииде на землю нашу, к Оке реке на берег, многие орды с собою совокупи».
В годы Смутного времени крымцы практически ежегодно совершали крупные набеги на русские земли, они продолжались весь XVII век. К примеру, в 1659 году крымские татары под Ельцом, Курском, Воронежем и Тулой сожгли 4674 дома и угнали в рабство 25 448 человек.
К концу XVII века противостояние сдвигается на юг Украины, ближе к Крыму. Русские армии впервые пытаются атаковать непосредственно сам полуостров, который почти два века, со времен набегов на Крым литовцев, не знал иностранных вторжений и был надежным убежищем работорговцев. Однако и XVIII век не обходится без набегов татар. Например, в 1713 году крымцы грабят Казанскую и Воронежскую губернии, а в следующем году окрестности Царицына. Еще через год — Тамбов.
Показательно, что последний набег с массовым уводом людей в рабство прошел всего за четырнадцать лет до присоединения Крыма к России — крымско-татарская «орда» в 1769 году опустошила славянские поселения между современным Кропивницким (до 2016г. Кировоградом) и Херсоном.
Татарское население Крыма жило фактически натуральным сельским хозяйством, исповедовало ислам и налогами не облагалось. Экономика Крымского ханства на протяжении нескольких веков складывалась из налогов, собираемых с нетатарского населения полуострова - торгово-ремесленное население ханства составляли исключительно греки, армяне и караимы. Но главным источником сверхдоходов для крымской знати была «набеговая экономика» — захват рабов в Восточной Европе и перепродажа их в регионы Средиземноморья. Как в середине XVIII века объяснял русскому дипломату турецкий чиновник: «Есть более ста тысяч татар, не имеющих ни земледелия, ни торговли: если им не делать набегов, то чем же они жить станут?»
Россия перешла в контрнаступление с конца XVII века, когда последовали первые крымские походы князя Голицына. И с тех пор вела постоянные войны за Крым, вплоть до присоединения к России, когда манифестом Екатерины II от 8 апреля 1783 года было возвещено о вхождении Крымского полуострова, Тамани и Кубани в состав Российской империи.
Через год после ликвидации Крымского ханства, 2 февраля 1784 году появляется императорский указ «Об образовании Таврической области» — управление и территориальное деление бывшего Крымского ханства унифицируется с остальной Россией.
Татарская Кафа - современная Феодосия (Ардабада-Каффа (Кефе)-Кючюк-Истамбул (Маленький Стамбул и Крым Стамбул), все эти годы, была одним из крупнейших невольничьих рынков того времени. Четыре века в качестве живого товара здесь ежегодно продавалось от нескольких тысяч до-после самых «удачных» набегов — нескольких десятков тысяч человек.
ЧАСТЬ-1. ДЕТСТВО.
1.1. Оник.
Феодосия - небольшой провинциальный городок в Крыму. Мальчуган, лет 12-ти, сидел у кромки моря изумительно играя на скрипке восточные мелодии и пел красивым детским голосом, весь отдаваясь пению. Темнота уже укутала своим мягким летним покрывалом море, и волны ласкались у ног, шелестя и слегка накатываясь на берег. В это время, в конце лета, море играло красками фосфора, с темнотой к ногам мальчугана накатывались бело-фиолетовые, будто с подсветкой, маленькие бурунчики. Мальчик перестал играть и петь, поднялся и большим пальцем правой ноги чиркнул по мокрому песку. За пальцем, по его следу, пробежал волшебный огненный след. Недалеко от берега проплыла, вся сияя, в огненном свете рыбёшка. Тогда он зашел по щиколотку в море, и ноги его тоже засветились изумрудно-фиолетовым светом. Он улыбнулся ясной мальчишечьей улыбкой, посмотрел вдаль, где звездно - черное южное ночное небо, с искорками метеоритов, соединялось с его душой, с его морем. Мальчик вытянул туда, вдаль, руки, держа в них скрипку и смычок, и прошептал: «Море, моё море, я тебя обязательно нарисую!»
Пора было идти домой, а то домашние начнут волноваться и искать, хотя, что его искать, все знали, что он здесь, у моря. Одев прохудившиеся сандалии, Ованес не спеша побрёл вверх по улице, ныне улица Морская, держа путь практически за город, к старой Генуэзской крепости. Там, вблизи неё, справа в самом верху и располагался их старый обветшалый домик, огороженный забором, уже полуразрушенный от старости, но аккуратно побеленный белой глиной. Ованес шёл и по дороге и напевал татарскую песенку.
«Богом данная», так Феодосия переводится с греческого. После войны 1812 года она из процветающего древнего города превратилась в запустелый городишко, пришла в полный упадок. Ованес проходил по пустынным улочкам с разрушенными войной домами, уцелевшие же домики стояли среди развалин, темнея в сумерках ночи. Строили дома в то время примерно одинаково, возводили из того, что было в избытке в этой местности: камня и глины. Скала — устойчивая платформа. Выкапывали котлован до твердого грунта, с опорой на скалу возводилась внутренняя стена подвала, она же фундамент. Таких зданий больше половины. Камень правили теслом и укладывали на глиняный раствор. На черноморском побережье нет вулканического пепла — важного компонента бетона того времени. В качестве альтернативы строители смешивали в определенных пропорциях песок с известью (ее нужно было сравнительно немного), добавляли тертый кирпич в качестве связующего вещества — получался цемяночный раствор. Его основное преимущество в том, что в готовом виде материал не пропускал воду. Оштукатуренные такой смесью цистерны и другие поверхности использовали в винодельне. А крыши покрывали керамической черепицей.
В темноте завиднелся их дом, практически напротив него располагался армянский фонтан 1588 года постройки, Ованес задумался:
- Да, фонтан в память о Ходжа Аствацатуре, его супруги и детях, - он много раз его рассматривал и помнил до мельчайших подробностей. Водоём в виде призмы, сложен из бутового и тёсанного камня на известковом растворе со стрельчатой нишей и водомётом в восточной стене. Над нишей и водомётом вырезаны три резные розетки, средняя из которых представляет собой стилизованное солнце, а боковые составлены из треугольников, образующих шестиконечные звёзды.
Впереди в свете луны стала видна терраса, увитая виноградной лозой. Этот дом потом простоял, не смотря на старость, до 1912 года, когда был уничтожен пожаром. Дома Ованеса ждал ужин из кукурузной каши и кислого молока. Вообще в ту пору питались и кашами, и рыбой, вялили мясо и клали его как кусок колбасы, от которого отрезали кусочки, делали пироги, были и сладкие блюда. Питалась семья Гайвазовых, делая блюда армянской кухни, из напитков делали мацун, подавали на стол и долму, это такие голубцы, только листья берутся виноградные, ели различные печенья по рецептам армянской кухни. Во многих бедных семьях еда передавалась по кругу в одной тарелке, а вот пили каждый из своей кружки, которые даже порой подписывали какая кружка кому принадлежит.
Родился Ованес 17 июля 1817 году в армянской семье, мама ласково назвала его Оник, так его в обиходе в семье и называли домашние. Отец Геворк Айвазян рассказывал, что он из – за ссоры с братьями в юности переселился из Армении в Галицию, а из Голиции в Дунайские княжества, где занялся торговлей, а оттуда переехали в Крым перед войной 1812 года. Здесь он женился на местной красавице, армянке, Репсиме, маме Ованеса. Ованес был пятым ребёнком и третьим младшим мальчиком после Григория и Саргиса, были еще три дочери.
После приезда в Феодосию отец стал Констанином Гайвазовским, переименовав фамилию на польский манер. Он вспоминал, что прадед Ованеса по женской линии был сыном турецкого военноначальника и погиб в жестоком бою с солдатами русской армии при взятии в 1696 году Азова.
Однако есть и противоположные версии происхождения Ованеса, отрицающие тюркские корни Гайвазовского. Так, в статье Лилит Арутюнян «Айвазовский - чистокровный армянин или буря в стакане воды по – турецки», опубликованной на страницах новостного агентства «Спутник Армения» от 06.04.2017 года, мы читаем отрывок беседы с искусствоведом, знатоком творчества Ивана Айвазовского Шаэна Хачаряна, который рассказывает, что предки художника были родом из Западной Армении, и никаких тюркских корней у него быть не могло: "У Ованеса Айвазовского не только не было тюркских кровей, но он был настолько преданным сыном своего народа, так много для него сделал, что подобные небылицы просто вызывают усмешку. Когда он родился, священник Мкртыч в книге рождений и крещений церкви Сурб Саркис в Феодосии внес запись о том, что на свет появился "Ованес, сын Геворга Айвазяна". Эта книга является единственным юридическим свидетельством о рождении мариниста"