Александр Смолин – Повелитель Орлов. Дилогия (самое полное издание с концовками Том 1, Том 2) (страница 86)

— Да брось ты. Мы же ликвидаторы и должны выручать друг друга. Теперь надо думать о побеге, иначе сгнием тут заживо или того хуже — погибнем на потеху публике.

— А он прав, — вмешался в разговор Брандибой.

— Я с вами, — внес свою реплику Стобин Тирекоп.

В этот момент наверху послышался звук открывающихся наружных дверей и приближение чьих-то шагов. В зал с клетками вошел конвой солдат, а следом Волчонок.

— Вставайте отребья — вас перекупили! — скомандовал один из стражников.

Волчонок дружелюбно улыбнулся Дарэту и с удивлением посмотрел на Барлака. Сквозь присутствующих протиснулся высокий старик в красной мантии и посмотрел на рабов: «Все верно — четверо, как и договаривались» — сказал незнакомец.

— Учитель их четверо, но произошла замена. Где Ким, брат? Не уж то он…

— Нет, он жив-здоров окаянный. Нашего чемпиона освободили, а он вместо того чтобы вытащить нас — пожелал свой Пищащий лук. Противно вспоминать. А Барлак оказался тем самым чудовищем арены, которого мы так боялись. Между прочим, он сам расколдовался и вновь пополнил наши ряды. Я так рад тебя видеть, друг. Как твоя рана?

— Все в порядке. Меня подлатали и напоили концентратами. Рана почти зажила.

Компания покинула ужасные застенки подвала и наконец-таки выбралась наружу. Они шли по центральной брусчатой улице Асхората и не могли налюбоваться окружением. Тут все было иначе: яркие освещенные переулки; украшенные маленькими ловцами дома; небольшие подвесные мостики-переходы; один большой мост над домами для всадников тхимали, ведущий от замка к воротам. В городе было много спусков и подъемов: одни огибали скалы, другие вились меж построек. Дома располагались повсюду и походили на квадратные коробки без треугольных крыш. Они были разными: одноэтажными, двухэтажными, трехэтажными. Повсюду царил шум и галдеж народа. На скале располагалась фабрика с огромными плавильными печами. Несколько раз им на пути встречались гости из Верхнего мира: бриариии, берсерки и даже лиморцы. Компания направлялась в местную знаменитую таверну, чтобы как следует отдохнуть и обсудить дальнейшие планы. На возвышенности стояло двухэтажное здание — оттуда доносилась музыка.

— Лазурная Мечта, — сказал Волчонок.

— Я так устал, что мне нынче не до развлечений, — уныло ответил генерал.

— Ну уж нет брат. Раз уж я обещал показать наши таверны во всей красе, то я это сделаю. И не вздумай отказываться от женщин. Дгардийки лучшие любовницы в Пределе.

Дарэт слегка улыбнулся.

Внутри царил шум, смех и веселье. Манагоз тут лился рекой. Обнаженные женщины лишь в коротких боевых юбках щеголяли по залу с подносами наперевес.

Все присутствующие, заметив старика в мантии, единогласно его поприветствовали, но он лишь скромно поднял ладонь. Очевидно, что его все знали в городе и должно быть, дгард был весьма уважаем, так как их всех провели в отдельную просторную комнату и усадили за длинный стол. Вскоре четыре дгардийки принесли очень пикантное и необычайно-удивительное блюдо — огромный серебряный поднос с обнаженной девушкой. Все ее тело было устлано разнообразной едой. Вокруг нее лежали фрукты, а в руках она держала кувшин манагоза. Лица эергримов растянулись в довольной улыбке.

Прежде чем приступить к пиршеству Волчонок познакомил всех со спасителем:

— Внимание друзья — Тиорох Лотуц! На росканде: Тиорох Землекоп — ревонский маг, повелитель редкой могущественной магии земли. Единственный на весь Предел. Дарэт ты хоть и псилант, но так владеть магией земли точно не умеешь. Советую тебе обучиться у мастера. Эергримы удивились, узнав, что Дарэт владеет магией.

— Сту хайарр молодой человек. У нас еще будет время с вами поговорить, — сказал Тиорох, поднимая стаканчик манагоза. — Я купил вас в качестве помощников для моей лаборатории и вам придется отработать долг. А пока же отпразднуем освобождение!

— Не беспокойся Дарэт: нам нужно лишь немного помочь учителю. Он друг моего отца, помнишь, я говорил? Тиорох верный приближенный царя. Так что это наш шанс!

— Хорошо, поможем твоему господину и заслужим расположение Бейтавра. Хотя и Ким мог бы использовать свое положение, чтобы помочь нам. Не знаю, что с ним происходит. Там на арене он хотел убить меня. Я видел его глаза — в них была ненависть. Думаю после плена он слегка не в себе, а еще… еще безумец говорит сам с собой. Похоже на телепатическую связь. Он сказал: «Почему ты не спасла меня?». Кто та женщина? Я ему больше не доверяю. Что-то плохое у него на уме и мы должны выяснить что именно.

— Расслабса нэзнакомэц, ты так напряжоон, — ломанным роскандом сказала  «голова» на подносе, — поцелуй мена и все пэчали уйдут, — синее лицо девушки было чарующим, взгляд страстным, губы розовые, ресницы густые. Светло-алые глаза еле заметно светились. Длинные черные волосы заплетались в хвост. «Ах, если бы!» — прошептал Дарэт, склонился над ней и поцеловал. Парни раздались громогласными поддерживающими репликами и все дружно принялись, есть да пить.

— Чур, есть без рук! — скомандовал Барлак.

— Я начну с грудей, — поддержал Дарэт.

— Тогда я с живота, — крикнул Аркандант.

— А мое все остальное! — выпалил Брандибой неожиданно для самого себя.

Друзья веселились и пели. Волчонок научил их знаменитой дгардской песенке. Он перевел ее на росканд и запел на веселый мотив:

К нам не придет луч золотой,

Живет народ наш под горой.

В пещерах темных мрак и тьма,

Невидим сольяма тепла.

Дгард пьяный с шахты шел домой,

Пропал бедняга под горой.

Не знает Оланд, Харангард,

Столицу дгардов… Ас-хо-рат!

Тут много чудищ по углам,

Снуют повсюду тут и там.

Будь осторожен, используй свет,

Не попадись-ка на обед!

Герой наш славный Бэтиррон,

Спас нас от зла, был храбр он.

Тут по туннелям бродит зло,

Жил дгард на свете и не-е-ет… е-е-его!

— Хорошая песня. О каком зле идет речь в конце? — спросил захмелевший Барлак.

— О, это старая страшилка для шахтеров. Говорят, что у горы есть свой дух — «Дед[197]». Он обитает в самых глубоких шахтах подземелья. Ужасный старик ростом с нашего царя не меньше. Некоторые твердят, что он демон. Выбирается из Иссфера, но не может вылезти далеко, поэтому встречается лишь в глубинных шахтах. Иногда шахтеры и впрямь пропадали, но думаю, что виноваты дарххоны да хелицеры. Или другие твари.

— Да уж! Опасно тут у вас, — Барлак поднял брови в понимающей гримасе

— А где нынче безопасно брат, скажи мне?

— Там откуда я родом — в Гром-Бале! — не удержался Дарэт. — Самое скучное и безопасное место в Пределе. Конечно, если не считать волков, кабанов и медведей. Но по сравнению с вашими дарххонами, они просто безобидные щенки.

— Эх Волчонок, я так рад увидеть тебя вновь. Твой отец в молодости тоже не сидел под землей. Он был неутомимым путешественником, пока однажды не ушел насовсем! Зато ты вырос настоящим мужчиной с клинком в руке. Хотя раньше тебя больше тянуло к книгам. Если б не смерть Бэйаса, может быть ты стал мудрецом. Жаль твоего брата. Он бы тобой гордился, — сказал Тиорох. Аркандант заметно заволновался.

— Ты не говорил, что у тебя был брат? — серьезным голосом упрекнул генерал.

— Ох, прости меня, я не думал, что они не знают, — попытался оправдаться Лотуц — Ты вроде сказал, что спасаешь близких друзей. Вот я и… ох мой язык!!!

— Не будем сей миг об этом. Давайте веселиться, — Волчонок налил еще манагоза и постарался уйти от неприятного разговора, но было поздно, ибо «птица вылетела».

«Вот и свершилось, — подумал Ветродув, — я знал, что он что-то скрывает. Нужно будет его расспросить. Обязательно расспросить. Но не ныне».

Вскоре пришла целая толпа дгардиек и развела всех гостей по комнатам. Две девушки взяли Дарэта за руки, и повели в соседнее помещение. Там был лишь камин и большущая шкура животного — должно быть кохана. Красные угли излучали тепло и уют. Этой ночью, а может быть и днем, ведь в Ревоне трудно определиться со временем — генералу не давали замерзнуть. Истинно — дгардийки страстные любовницы.

Одна носила распущенные волосы и такой же характер, другая — множество косичек и уйму желания. У обеих были хищные прекрасные черты лица, высокий рост и теплая гладкая кожа. Две пары светящихся глаз смотрели на него с одной мыслью: «Добыча поймана». Усталое тело ощутило ласку и заботу. Гнетущие мысли растаяли словно туман.

В комнату вошел Волчонок и увидел спящего Дарэта в объятиях обнаженных красавиц. Парню вновь снился сон про всадника, но дгард разбудил его и попросил девушек оставить их наедине: «Нам нужно с тобою поговорить!». Генерал опять не разглядел лица.

— Проклятье, пришел бы ты на пять моментов позже. Ох, голова! Из чего дгарды только делают этот манагоз. Опять снился сон про всадника и опять ничего. Эх, ладно!

— Его делают из пещерных корней. Но нынче не об этом. И не о твоем судьбоносном сне. Скрывать теперь смысла нету. Ты все равно все слышал. В общем — у меня был брат, — Волчонок сам того не ведая назвал сон Дарэта судьбоносным. Ах, если бы парни только знали его значение. Но в сей миг пришла пора раскрытия другой тайны, ибо всему свое время. Дарэт нащупал позади кувшин с остатками поила и, разлив обоим поровну в кружки, добродушно сказал: «Рассказывай. Между друзьями не должно быть тайн».

— То что я говорил про родителей — чистая правда. Они действительно ушли, когда мне было восемь. Точнее говоря: нам! Со мной остался брат. Мы были двойняшками.