Александр Скок – Последняя пьеса Земли (страница 11)
– Твой информатор, который внедрен в масонскую ложу?
– Нет у меня никаких информаторов! Между прочим, ничего смешного. Масоны существуют. Это ты, молодой, ничего в жизни еще не понимаешь. Молоко на губах не обсохло. Шнурок, – слегка завелся добродушный.
– А ты старый хрыч! Ладно, Иваныч, просвещай. Не томи, – сказал молодой и передвинул зубочистку в другой угол рта.
Добродушный погрозил ему кулаком за то, что назвал старым хрычом. Потом негромко кашлянул и сказал:
– Человечек этот, не буду называть его имя, экстрасенс. Ну, этсамое, экстрасенсы могут будущее видеть, с духами общаться…
– Мы в курсе. Перед тобой вообще-то приличные люди, а не темнота какая-нибудь, – перебил молодой.
– Ну, это я, на всякий случай… мало ли кто не знал. Так о чем я говорил? А, вспомнил! Экстрасенсу было видение… что в нашу Солнечную систему из глубин вселенной прилетел древний монстр. И видел экстрасенс, что голова его размером с два Юпитера, клыки острые, как бритва, и размером с Марс, чешуя крепче всякого металла, существующего на земле, а туловище его такое огромное, что им можно тысячу раз окольцевать Землю. Монстр этот плывет из системы в систему, из галактики в галактику и пожирает звезды. Одну за другой. И наше Солнце монстр тоже сожрал. Так что нет его теперь. Такие дела, братцы, – добродушный замолк и принялся отхлебывать горячий чай. А потом добавил:– Так что зря мы тут сидим. Время о себе подумать. И о семье, у кого есть. Спасаться надо, а не тут штаны протирать.
Молодой натянул ухмылку и крякнул:
– Тебе, Иваныч, книги надо писать. Глядишь, разбогател бы. Сидел бы сейчас в мягком кресле, строчил бы свои книги, а не здесь бы бока об асфальт мял.
– По-твоему, что я сказал – брехня?
– А не собрался ли ты в наших рядах разброд и шатания посеять? Может, вынашиваешь планы устроить тут беспорядки, такие, как в Армавире?
– Что? Я? – выгнул брови Иваныч. – Да никогда! Чт б мне пусто было, если я такое когда-нибудь сделаю!
– А что там в Армавире? – спросил Денис.
– Грабежи в основном и убийства, – сказал поджарый.
Денис переглянулся с Юрой.
– Беспорядки – как зараза: все дальше от Армавира расползаются. Может, Иваныч хочет, чтобы у нас так же было? – проговорил молодой.
– Тьфу, на тебя, шнурок! – рявкнул Иваныч.
– Заметь, ты сам сказал, что мы тут зря сидим. Семьи призвал спасать, так сказать, давил на самое больное. Тебя за язык никто не тянул.
– А я разве не прав? Разве у вас нет вопросов, что сутки прошли, а солнца так и нет?
– Сказано же было – затмение. Оно временное. Думаешь, нам врут? А какой смысл врать? Если бы что-то серьезное было с солнцем, давно бы в городах пункты гражданской обороны развернули, комендантский час бы ввели, военное положение. На крайняк, всех бы в убежища спустили. Нам их после распада союза знаешь сколько досталось? А если ничего такого не происходит, значит, ничего плохого с нами не будет. Через пару дней затмение кончится. Вот увидишь. Спасибо скажи, что сейчас военного положения нет. А то тебя бы за твои байки под белы рученьки соответствующие органы должны были бы увезти куда следует. И я бы им не мешал. Потому что нечего тут лодку раскачивать. Вот из-за таких, как ты, и случаются мятежи.
Добродушный успокоился и махнул рукой на молодого:
– Ну тебя! Вечно ты все с ног на голову перевернешь, – и посмотрел на поджарого казака. – Гарик, ну хоть ты скажи! Я же прав, что пора о себе позаботиться, а не тут торчать?
Поджарый казак выбил из пачки папиросу, чиркнул спичкой и закурил:
– Сейчас меня больше волнуют Шляхтер и его люди. Разведка донесла, что один из нарядов полиции поймал каких-то забулдыг во время комендчаса и перед фоткой Шляхтера заставил поклоны бить. Плохая тенденция. Как показывает история, склонна набирать популярность… Как бы Шляхтер тут жесткую диктатуру не устроил. Вот тогда нам всем будет реально весело.
– Не бери в голову. Есть мы – казаки. Если что не так, Шляхтеру по зубам дадим, – сказал молодой.
Гарик вздохнул и как-то разочарованно проговорил:
– Не сомневаюсь… дадим, догоним и еще раз дадим…
– У тебя есть сомнения?
Поджарый затянулся и, выпустив дым, мотнул головой:
– Забудь, что я сказал. Конечно же, дадим, если что. И чуйка моя говорит, что это случится очень скоро.
Вернулся подъесаул. Подошел к самовару:
– Ну шо, все чисто. Можешь идти в автосервис. Помнишь маршрут? – спросил у Дениса.
– Три квартала по прямой. Синий забор. Автосервис «Соколов».
– Верно.
Денис посмотрел на детей, потом поднялся со своего места у самовара и пошел к автосервису.
Продвигался дворами, как и советовал подъесаул. Шел вдоль подъездов. В окнах пятиэтажных домов горел свет. Изредка встречались мужики, которые курили на лавочке. Пространство занимал густой сумрак, и в какой-то момент из сумрака вышла черная кошка. Денис остановился. Стал ждать. Перейдет дорогу? Кошка лениво посмотрел в сторону Терещенко и неспешно миновал дорогу и запрыгнул на лавку.
Плохая примета.
Денис двинул дальше. Отчего-то вспомнил свою кошку Венеру, которая умерла несколько лет назад в преклонном возрасте – пятнадцать лет. После смерти Венера часто приходила повидаться с Денисом в его сны. Там она, конечно же, не подозревала, что умерла. Звала играть. Иногда Венера предупреждала Дениса о неприятных событиях, которые подстерегали Терещенко на жизненном пути. Накануне дня, когда Денис сбил жену Смольского, Терещенко снилось депо. Венера шипела на троллейбус. И вот спустя пару дней – авария.
Он вышел на проезжую часть. Фонари освещения горели через один. Дорога пуста. Вся улица была сплошным частным сектором. На шаги Дениса из-за заборов взрывались псы. Наконец, он остановился у синих ворот гаража с желтой вывеской «Соколов». Ворота закрыты. Денис осмотрелся. В гараж упирался забор – высокий, из желтого кирпича. Терещенко понял, что гараж находился на территории домовладения. Денис подошел к двери в заборе – дверь железная. Позвонил в звонок. В интеркоме отозвался мужской голос:
– Кто?
– Автосервис работает?
– Нет. Приходите завтра.
– Но мне нужно сейчас. Очень нужно.
– Говорю же: завтра.
– А не подскажете, где-то может еще работает автосервис?
– Отвали. Или я сейчас с ружьем выйду. Завтра приходи, – и отключился.
Постояв с минуту около забора, Денис думал, что делать дальше. Ждать до завтра –слишком большая роскошь.
Денису не оставалась ничего, кроме как, угнать чужую машину. Он посмотрел на пятиэтажный дом, который стоял через дорогу…
Через миг он юркнул во двор, прошел тенью под окнами первого этажа пятиэтажки и, дойдя до середины дома, остановился. Осмотрелся. Двор окружали пятиэтажные панельки и складывали квадрат. В общем, здесь все как обычно и везде: осыпавшаяся краска фасадов домов, помеченные котами подъездные двери, окна светят желтым светом сорокаваттных лампочек, иномарок, купленных в кредит, понатыкано то тут, то там.
В центре двора стояла школа, отгороженная от мира сетчатым забором. Терещенко прощупал взглядом припаркованные напротив дома авто. Привидением переметнулся к подъездной двери, поднял камень. Видимо, им жильцы подпирали подъездную дверь. Постоял чуть-чуть и двинул к машинам. Остановившись около черного джипа, заглянул внутрь. Под стеклом мигала синяя лампочка сигнализации. Денис досадно прицыкнул и пошел дальше.
Наконец он остановился около старой иномарки. Вроде бы, то, что надо – сигнализации нет. Замахнулся камнем.
– Эй! – кто-то крикнул во дворе. Терещенко обернулся и увидел в начале дома три темные фигуры. Узнал в них полицейский патруль. Денис выбросил камень, посмотрел на школу. Ничего другого, кроме как бежать на ее территорию, в голову не пришло. Рванул с места. Полицейские не отставали. Раздался выстрел. Наверное, предупредительный в воздух… Терещенко без труда перемахнул через забор, который вроде как должен защищать детей от злых бородатых карабасов-барабасов. Огляделся. Куда теперь? Вот футбольная коробка с самодельными деревянными воротами, вот школа, вот плафоны на краю крыши, залили все светом вокруг.
Побежал за школу, юркнул за угол, попал во внутренний двор. Окинул его взглядом: возле хозпостройки стояли три мусорных бака.
К ним.
Перемахнул через край бака, приземлился на спину мягко. На мешки пришлось. Прислушался. Замер.
Денис ощущал кисло-сладкий смрад гнили. В углу что-то шуршало в пакете, наверное, мышь.
Менты пронеслись мимо.
Терещенко подождал и стал выбираться. Долго тут прятаться нельзя. Скоро патруль и сюда заглянет, когда горячка погони пройдет.
Вылез. Спешно огляделся и побежал к забору, перемахнул через него и рванул прочь со двора.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.