Александр Скок – Красные нити (страница 56)
— Во как! — тихо воскликнул эфэсбэшник.
Безруков начал спускаться с крыши, за плечом у него болталась «Сайга». Денисов уже видел картину целиком и прищурился. Засада. Если бы он поехал к девяносто второму гаражу, Безруков без колебаний открыл бы огонь. Точка у него выбрана идеально.
Когда Безруков скрылся за углом гаража, Денисов, не теряя ни секунды, распрямился и рванул за ним, как волк, готовый настигнуть свою добычу.
Проследить за ничего не подозревающим Безруковым оказалось проще простого. Как только он скрылся в своем гараже, Николай бесшумно подошел к приоткрытым воротам и занял позицию, готовясь к следующему шагу. Безруков наверняка сейчас прятал оружие — Денисов успел разглядеть, что это была охотничья «Сайга».
Пока ждал, Николай обдумывал, как можно прижать этого мерзавца. Аргументов хватало. Только за эту ночь Безруков заработал себе на приличный срок — за подготовку к убийству Денисова. Покушение на убийство это называется. К тому же следовало проверить, есть ли у него разрешение на «Сайгу»…
Спустя несколько минут из гаража донесся металлический перезвон связки ключей. Через мгновение на улице появился Безруков, полностью погруженный в поиски нужного ключа от ворот гаража.
— Эй, стрелок! — тихо, но резко шикнул Николай.
Безруков вскинул голову, и в этот момент Денисов молниеносно подпрыгнул, развернулся в воздухе и ударил его ногой в лицо. Удар был точным и сильным — Безруков моментально свалился обратно в гараж.
Николай вошел следом, усадил его на диван, затем включил свет. Безруков с разбитым носом сидел, пытаясь сообразить, что произошло.
А дальше — допрос. Затем и мы подоспели, Чижов вспомнил, что у нашего злодея тут был гараж. Я с облегчением выдохнул, когда увидел, что Денисов жив.
Безруков стал уходить в «несознанку», мол, ничего не знаю, ничего не было, убийство не готовил, это вы все придумали. Но «Сайга» была найдена довольно быстро, и Денисов доходчиво объяснил негодяю, что будет, если оружие нелегальное. Затем Чижов включил запись прослушки — момент назначения встречи — и дал понять, что Безрукова «слушали» все это время. Ну, тот и поплыл. Конечно же, всячески юлил, уходя от ответов, думая, что он хитрее Николая. Но Денисов быстро поймал его на противоречиях в ответах, и тогда Безруков сдался. Он признался во всем: и в том, что хотел убить Николая, и в том, то писал Смогрежвскому письма с угрозами. В убийстве Смогржевского не признался, но этого и не нужно было. Нам и так все было предельно ясно, к тому же, тут любой, даже самый глупый следователь понял бы все сразу. Вызвали в гараж наряд полиции и следователя, которого хорошо знал Чижов, чтобы тот все оформил по закону…
Когда все было оформлено, рано утром Безруков был отвезен в ОВД, а мы поехали в отель отсыпаться.
Глава 6
Вечером следующего дня я снова был в своем номере и тренировал телекинез. На этот раз по упражнениям, которые прислал Писарский. Профессор считал, что мой мозг должен найти кнопку, с помощью которой мог включать сверхспособность. И этой кнопкой могло быть все, что угодно. Хоть щелчок пальцами, хоть шевеление ушами, хоть зажмуривание глаз. Главное, чтобы мозг уловил четкую взаимосвязь между одним из этих действий и телекинезом. Одно активирует другое. Я выбрал зажмурить глаза. Это будет моей кнопкой.
На этот раз тренировка прошла более успешно. Я смог активировать телекинез целых два раза и сдвинуть с места книгу. Самое главное, что во второй раз способность активировалась, как только я зажмурил глаза. Это радовало. От тренировки меня отвлек телефон. Звонила Эмма.
— Я нашла аномалию. Магнитное поле в городе превышено в сотни раз! — сказала она.
— И что из этого следует?
— В магнитном поле такой мощности нет ничего хорошего ни для людей, ни для животных. Однозначно могу сказать, что оно рукотворно. В природе такого сильного поля не существует.
— То есть, кто-то его создает?
— Да.
Почему-то я сразу вспомнил, как мой карман с мелочью тянулся к стене технического помещения НИИ.
— Кажется, я знаю, кто это может быть… — произнес я и пересказал, как мой карман притягивался к стене.
— Источник поля — там, — сказала Эмма.
— Мы получили информацию, что НИИ хочет повторить эксперимент Теслы. Сильное магнитное поле может быть с этим связано?
— Да. Какой именно эксперимент?
— Вроде бы по передаче энергии в пространстве. Для этого там даже вышка есть.
— Откуда ты это знаешь?
— Допросили чувака, который раньше работал в этом НИИ.
— Хм… Это надо обдумать. Вообще-то я по-другому поводу звонила. Мне нужно поговорить с тобой насчет твоих воспоминаний, связанным с именем Софии.
— Так… и что там?
— Это не телефонный разговор. Тебе не трудно приехать ко мне в отель?
— Уже еду.
Спустя час я шагнул в номер Эммы и тут же почувствовал тревогу — дверь была не заперта. Плотно закрыл ее за собой, замер, как статуя. Увиденное повергло меня в шок: в комнате царил полный беспорядок. Полумрак давил на глаза — шторы были наглухо задернуты. Мелькнула жуткая мысль, что произошло плохое. Эмму похитили? Или еще хуже — убили? Неужели Кочетков? Он, сука, кто же еще! И его ЧВК. Страшно представить, что головорезы сделают с Эммой…
На полу валялись листы с пометками, пустые винные бутылки, опустошенные коробки из-под пиццы. Разбросанная одежда и бежевые кружевные трусики у ванной комнаты. Воздух пропитан табачным дымом. Казалось, здесь недавно шумела безудержная вечерника, как будто рок-звезда после концерта решила отдохнуть. Или банда бойцов ЧВК порезвилась с Эммой… Я прошелся по номеру. Стол был завален неизвестными мне приборами.
— Игорь это ты? — раздался голос Эммы из ванной комнаты.
Я с облегчением выдохнул.
— Да!
— Заходи.
— Можно?
— Нужно!
Вошел.
Эмма лежала в пенистой ванне и… работала. Ноутбук стоял на дощечке, перекинутой через края ванны, которая, казалось, была откручена от стенки тумбочки. Зарядное устройство опасно свисало с бортика, готовое в любой момент сорваться и упасть в воду. Рядом стояла бутылка вина и пепельница, полная окурков. В воздухе висел сизый сигаретный дым. На запотевшем зеркале виднелись какие-то расчеты, словно она пыталась решить важную задачу, находясь в этом импровизированном офисе.
В тихом омуте черти водятся. Я выпал в осадок. Не ожидал увидеть Эмму с такой стороны. Я остолбенел и почувствовал неловкость, какую-то совершенно дикую неловкость. Хорошо хоть, пена скрывала ее обнаженное тело. Мой взгляд непроизвольно скользнул по ее плечам, замер на ямочках у основания шеи, затем медленно пошел ниже, пока не уперся в пену. Я отвел взгляд в пол, чувствуя, как краснею и тяжелеет в паху. Потерев шею, пробормотал:
— Давай, я подожду, пока ты выйдешь?
— Давай лучше здесь, — ответила она и, поднеся к губам тонкую сигарету, затянулась.
Я опустил крышку унитаза и сел. Посмотрел на свои ладони и начал их медленно тереть друг об дружку, стараясь избегать взгляда на Эмму. Ее ямочки на плечах так и манили мой взгляд.
— Что ты хотела мне рассказать? — спросил я, потирая ладони, словно смог бы стереть с них свое смущение.
Она смотрела на меня, и я чувствовал это. Кажется, она поняла мое состояние, и это ее забавляло. Эмма ухмылялась озорно и мило. Я понял, что она была пьяна. Ванная, голая Эмма, алкоголь и я. Все условия для спонтанного секса. Поднял на нее взгляд.
— Ты такой забавный, — хихикнула она и затянулась.
— Правда? — хмыкнул я, пытаясь скрыть смущение за сарказмом.
Эмма кивнула на бутылку вина.
— Выпьешь?
— На работе не пью.
Она потянулась к бутылке и сделала глоток прямо из горлышка, затем вернула ее на место, сунул сигаретку в уголок рта и начала стучать клавишами.
— У тебя какой допуск к гостайне? — неожиданно спросила она.
— Не знаю.
— Ты работаешь в ФСБ и не знаешь, какой у тебя допуск?
— Нет, — я пожал плечами. — Просто один раз подписал бумажку о неразглашении.
— Будем считать, что этого достаточно. То, что ты сейчас услышишь, — большая тайна. В конце восемьдесят девятого года началась активная инверсия магнитных полюсов, то есть их дрейф. У меня к тебе первый вопрос. Что ты о них знаешь?
— По ним компас ориентируется и птицы во время перелета.
— И не только… Вопрос номер два. Что ты знаешь о теории мультивселенной?
В ответ я пожал плечами. Она стала объяснять:
— Простой пример: утром ты выбрал пить кофе, а не чай. Но ведь мог выбрать и чай. В какой-то ветви времени ты выбрал именно его. И если взять эти две реальности и представить их как одну прямую линию, то твой выбор между чаем и кофе делит эту линию на две. Теперь каждая реальность существует сама по себе. И твоя судьба в них может сложиться совершенно по-разному. Понимаешь?
— Вроде, — ответил я после недолгого размышления над услышанным.
— Каждое наше решение создает все новые и новые реальности. Миллиарды реальностей, существующих параллельно и никогда не пересекающихся, — это и есть мультивселенная, — пояснила Эмма. — Как думаешь, что мультивселенная имеет общего с дрейфом магнитных полюсов?