Александр Шувалов – Шут специального назначения (страница 9)
В субботу утром я подъехал к Косте.
– Привет, это я.
– Здорово, – неживым голосом отозвался он. – Ты где?
– У тебя во дворе.
– Поднимайся.
– Лучше ты спускайся.
– Что это? – удивился Константин, когда я извлек из бардачка черный пластиковый пакет и бросил ему на колени.
– Посмотри.
– Толян, – он поднял голову и глянул ошалело. – Да тут… – все не мог поверить увиденному.
– Сто восемьдесят тысяч евро и сколько-то там в рублях.
– Это больше, чем надо.
– В самый раз, Тошке на реабилитацию и на прочие расходы.
Он замолчал и уставился в окошко. Плечи у Кости вдруг задрожали. Оказывается, не только богатые плачут, но и очень даже серьезные и сильные мужчины. Если жизнь прижмет, а она, сука такая, знает, когда и как.
– Я всегда буду это помнить, – повернулся, вытер ладонью лицо, – пока живу. И…
– А вот это лишнее. Забудь, и прямо сейчас. А если кто спросит… Ну, придумай что-нибудь.
– Ох, Толян… – По-моему, он что-то понял. Хотя лучше, чтобы нет.
Часть вторая
– Скажите, а как вы стали клоуном?
– В детстве, как все, мечтал быть космонавтом, но в четвертом классе меня укусил клоун.
– Как вам коньяк?
– Ммм… Нет слов! – гость закрыл глаза и покачал головой в приливе пищевого восторга. – А можно еще капельку?
Публика в тот самый ресторан на Семеновской начинает собираться часам к восьми вечера. Поэтому без нескольких минут в полдень полукруглый зал был совершенно безлюден, если не считать нескольких симпатичных девушек в форменных платьицах и фартучках, лощеного администратора да устроившихся за столиком у окошка двоих мужчин. Один из них, худощавый с проседью брюнет в строгом темно-сером костюме, по-хозяйски поманил пальчиком официантку, и та подлетела стрелой. Осветила зал улыбкой, почтительно выслушала заказ и бодренько умчалась. Вскоре вернулась и принесла два кофе и мелко нарезанный, посыпанный сахарной пудрой лимон. Брюнет достал из портфеля серебряную фляжку в кожаном футлярчике и разлил темно-коричневый напиток по пузатым рюмкам. А вскоре повторил упражнение. По заявкам.
Самое интересное, что никто из прислуги даже не попытался затеять гнилой базар на тему, что здесь, между прочим, приличный ресторан, а не вокзальный буфет, куда каждый может заявиться со своим бухлом. И что курить здесь не следует, потому как вредно. Персонал прекрасно знал одного из этой парочки, того самого брюнета, а также его шефа, которому это заведение, собственно, и принадлежало.
– Молодец, Игорек, – его спутник отставил в сторону емкость, потянулся было за сигаретами, но посмотрел на часы и отложил общение с никотином, – порадовал старика.
– Скажете тоже, старик.
И точно. Ну совсем не походил второй из сидящих за столом на дряхлого старца, хотя давно уже распрощался с цветущей и наивной юностью. Был он лет на пятнадцать постарше своего спутника, то есть находился на середине перехода между пятью и шестью десятками прожитых лет. Приятно упитанный, румяный и даже кудрявый местами. Одетый куда как легкомысленнее устроившегося напротив. Замшевая курточка, джинсы, яркий шейный платок под цветастой рубашкой. Бодрый и улыбчивый.
– Ну что, юноша, еще по глоточку и к делу? – с видимым удовольствием отхлебнул он и опять глянул на часы.
– Куда-то торопитесь, Юрий Ильич?
– Просто стараюсь сберечь остатки здоровья, – пояснил тот, – поэтому не более одной сигареты в час. Ладно, ближе к делу. Напомни-ка мне суть темы.
– Пару месяцев назад, – человека по имени Игорь совершенно не удивила привычка старшего товарища задавать наводящие вопросы, – вас наняли…
– Я старый и больной человек, – перебил его Юрий Ильич, якобы старый и как будто больной, – давно на пенсии. А когда меня туда провожали, настоятельно просили не шустрить на собственный карман. Поэтому частные заказы не исполняю, держу слово.
– А?..
– Просто мы как-то встретились за кружкой пива и немного разошлись во мнениях. Ты утверждал, что система безопасности загородного дома и офиса твоего работодателя совершенна и не имеет дырок. А я залил пивом рюмашку и заявил, старый дурак, что совершенных систем в природе не бывает. Слово за слово, и мы поспорили на какие-то смешные деньги, что за два месяца я вскрою систему охраны и отыщу слабые места.
– И?
– С финансами у меня, сам понимаешь, туговато, так что пришлось вспомнить молодость. – Юрий Ильич достал из лежащей на свободном стуле стильной серо-зеленой сумки два файла с бумагами, один ощутимо толще другого, и бросил на стол. Подмигнул: – Вуаля! – и положил поверх извлеченную из нагрудного кармана флешку. – Читай и наслаждайся, шеф безопасности.
– Всего лишь его зам.
– Плох тот заместитель, что не желает схарчить собственного начальника и занять хлебное место. Читай, говорю!
Игорь послушно погрузился в бумаги. Минут через несколько поднял голову, глянул ошалело, раскрыл было рот, дабы произнести что-то вроде бессмертного: «Учитель, перед именем твоим…» Ничего, впрочем, не сказал и даже на пол не бухнулся. Раскрыл портфель, достал приятной толщины конверт и положил на стол между бокалом и пепельницей.
– Те самые смешные деньги.
– Хорошая добавка к пенсии. – Юрий Ильич уложил гонорар во внутренний карман и застегнул пуговичку. – На кефирчик и рыбку минтай к ужину.
– Даже не посмотрите, что там внутри?
– А надо?
– Ну что вы! – Игорь слегка освежил рюмки. – А не подскажете, как вам все это удалось?
– А давай еще раз поспорим, что не догадаешься?
– К сожалению, не предусмотрено сметой.
– Ну, на нет, как говорится… – пожилой перегнулся через стол и похлопал молодого товарища по плечу. – Кое-что для тебя персонально и устно. В награду за коньяк.
– Слушаю.
– Первое: горничная в загородном доме по имени Настя. Миниатюрная, с пышными формами. Крашеная брюнетка.
– Помню такую. А что с ней не так?
– Все так, только уж больно слаба на передок, а потому ночами регулярно забегает к дежурному в комнату видеонаблюдения. Помогает переносить тяготы службы. В разнообразных позах. На диванчике.
– Интересно. К кому конкретно?
– Ко всем. У девушки не по росту большое сердце.
– Это все?
– Нет, есть еще референт твоего хозяина по имени Виталий. Знаешь такого?
– Естественно.
– Молодец.
– Тоже куда-нибудь бегает по ночам?
– Насколько мне известно, нет.
– Что тогда?
– Шпилит, то есть проводит слишком много времени за карточным столом. Исключительно в свободное от основной работы время. Недавно проигрался в пух и прах. Ему вообще в последнее время активно не везет в игре.
– Надо же.
– Тонко подмечено, – кивнул Юрий Ильич, аккуратно загасил окурок в пепельнице, задумчиво посмотрел на опустевшую рюмку и еле слышно вздохнул. Младший товарищ намек понял правильно. – И напоследок. Павел, персональный водитель твоего шефа, помнишь такого?
– Ну, конечно.
– Месяц, как подсел на наркоту.
– Это точно?