Александр Шувалов – Коллега (страница 31)
Терпеть не могу взрыватели с таймером, всегда стараюсь лично контролировать процесс, но иначе, к сожалению, не получится. Когда все, что я запланировал, случится, лучше всего быть от этого места подальше: неизвестно, как далеко разлетятся осколки былой роскоши и, вообще, у меня и других дел хватает.
Как говаривал мой инструктор по минно взрывному делу, один из лучших в ремесле: «Вот эта х…на, п…т по той пое…не, а та уже е…т». Первый, сравнительно небольшой заряд я установил так, чтобы через шесть часов в результате направленного взрыва металлическая конструкция ударила по вентилю и сорвала его, в крайнем случае, повредила, и в помещение пошел газ. Через десять минут после этого сработает второе устройство, и дом улетит в космос. Правда, по частям. Оба заряда оборудованы «неизвлекайками», поэтому, если что, взрывы все равно состоятся, правда раньше запланированного срока.
Аккуратно запер за собой дверь и вышел наружу. Удачно разминулся с еще одним псом и заспешил прочь, по-старчески причитая про себя. Опять разболелось плечо и, вообще, устал я что-то от всей этой физкультуры, не мальчик уже. Хотя и не девочка, так что хватит ныть, недолго осталось мучиться.
Глава 28
Мент
Саню Андреева нашли на крыльце той самой дачи под Сергиевым Посадом. Смерть, как пишется в протоколах, наступила от «значительной кровопотери» в результате «колотой раны» в грудь. Его ранили метательным ножом, но перед тем, как потерять сознание, он успел один раз выстрелить. И попал, стрелял он здорово. Судя по следам крови, неизвестный, хотя какой к черту неизвестный, тот самый киллер отошел метров на триста от дачи, перевязался, добрался до спрятанной в километре от нее машины и уехал.
— Ох, Андреев, Андреев, — Гена поморщился. — Так и знал…
— Он погиб, — напомнил я.
— А то я не знаю, — махнул рукой. — К твоему сведению, Саня был…
— Твоим учителем, — не сдержался я. — Говорят, вы даже дружили.
— Попридержи язык, молодой, — Мякишев нахмурился. — Говорил же я ему, — что было сил треснул кулаком по столу. — Ты думаешь, я такая сволочь, не помню добра?
Я пожал плечами.
— Чтоб ты знал, юный друг милиции, я ему раз пять предлагал перейти на хорошее место, другие, чтобы туда попасть, знаешь, сколько заносят?
— Много? — предположил я.
— Сидел бы себе в тепле и уюте, бумаги подшивал да капусту косил, а он… Андреев у нас, видите ли, опер.
— Точно.
— Точно, — передразнил он. — Точнее не бывает. Ладно, Серега, иди, мне сейчас надо побыть одному. Иди, я сказал! — а я сделал вид, что не услышал.
— Дай мне это дело.
— Какое?
— Об убийстве майора Андреева.
— Ты в своем уме!?! — заорал он, да так, что у меня зазвенело в ушах. — Мститель, бля, неуловимый! — и уже тише: — Ты что, дурачок, тоже под травку решил? Один раз тот мужик тебя пожалел, во второй раз не прокатит, ты это понимаешь?
— Понимаю, — буркнул я.
— Если понимаешь, то прикинь кое-что к кое-чему. Кто ты против него, а?
— Никто, — признал я. Действительно, никто, ноль без палочки, лох и полное ничтожество.
— Вот, — ухмыльнулся половиной рта. — Уже лучше. Значит, так, завтра у всей управы по случаю… — нахмурился. — Рабочий день, а у тебя отгул. Побудь дома, водки выпей и побольше. Иди.
— Есть, — я встал.
— Перед уходом сдай ствол.
— Удостоверение можно оставить? — ехидно спросил я.
— Когда же ты, наконец, повзрослеешь, Луценко? — горько молвил он. — Топай, надеюсь, к понедельнику проспишься.
Я и потопал. Сдал ствол и вышел на улицу совершенно безоружный. Впрочем, это ненадолго. Хоть я и молодой, но все-таки опер, а у каждого опера должен быть свой арсенал. Вот и меня дожидается в одном укромном месте пистолет, новенький в масле «ТТ», не хреновая китайская поделка, а самый что ни на есть тульский и даже без заводского номера, память о тех временах, когда я топтал землю в районе. Тогда я изъял у одного крутого мэна полтора десятка таких вот игрушек, а сдал четырнадцать. Бывший владелец точного числа указать при всем желании не смог: его при задержании пристрелили.
Гена хотел знать, когда я повзрослею. Очень скоро, сразу же после того, как прикончу того урода. Саня Андреев был единственным в управлении, кто относился ко мне нормально и старался помочь, поэтому…
Поэтому для начала надо бы встретиться с бывшим напарником этого киллера, Ильиным, и поговорить. Давеча, в кабинете у Мякишева он держался суперменом, посмотрим, как запоет, когда я наеду по-настоящему. А водки я выпью потом, приду один к Сане, вылью стакан на могилу, накачу второй сам и все ему расскажу.
На работе у Ильина сказали, что он уже уехал домой, и я заторопился в метро. На дорогах, как всегда, пробки, так что я поспею раньше. Встречу этого перца у его же дома и поговорю, буду задавать вопросы, а он отвечать. И никуда он от меня не денется. Самое интересное, что я ни секунды в тот момент не сомневался, что скручу этого Ильина в бараний рог и выдою до последней капли.
Пока добирался до его дома, немного успокоился, а потому, заметил все и сразу. Ильина дома не было, но его уже ждали. Почему именно его? А кого еще, позвольте спросить? Как минимум, двое в темно-красной «девятке» у подъезда и еще один, одетый во все темное и спортивное, в темной же вязаной шапочке на башке, этажом выше его квартиры.
Я спустился вниз, вышел со двора, достал из кармана телефон и принялся давить на кнопки.
Глава 29
Инструктор по прозвищу Мастер
Обожаю уходить в отпуск с понедельника. Заканчиваешь работу в пятницу и сразу же начинаешь наслаждаться заслуженным отдыхом, за два с половиной дня до его официального начала. Постоянно это дело практикую и другим советую.
До пяти часов я успел в тот день провести занятия в двух группах, получить отпускные, позаниматься на снарядах, немного повозиться на ринге с непосредственным начальником. Иногда на Леню Свидерского накатывает, и он начинает ходить ко мне в зал. Когда-то он был не самым плохим бойцом, но это было когда-то. Теперь его хватает на половину раунда максимум, а во втором он начинает так громко дышать, что слышно с улицы сквозь шум машин и вой сирен.
Попрыгал, значит, с ним по рингу, позволил пару раз ударить себя по пузу и чуть больше раза сдержался, чтобы как следует не треснуть в ответ. А один раз слегка не сдержался.
— Ох, — сказал Леня. — У-у-у, — и схватился за канат.
— Извини, брат, — застеснялся я.
— Все нормально, — он разогнулся и даже попытался улыбнуться. — Ничего страшного, просто…
— Просто, надо чаще встречаться, — продолжил я, — …в зале.
— Тебя бы на мою работу, — привычно заныл Леня.
— Вот уж, спасибо, — на полном серьезе ответил я. — Мне и моей хватает.
Забежал разок в парилку, принял душ и стал собираться. Целых три недели отдыха, как бы его потолковей провести, может, съездить куда? Я еще не знал, что события примут такой оборот, что я действительно едва не уеду, причем, навсегда, потому что из некоторых мест не возвращаются.
До дома я добрался достаточно быстро. Если хорошо знаешь город, то не торчишь как последний гость столицы в пробках, а проносишься проходными дворами, переулками и закоулками. Эти маршруты не указаны в атласах и не вбиты в навигаторы, их просто надо знать. Я, например, знаю.
До дома оставалось совсем немного, когда запиликал телефон в кармане.
— Да.
— Привет, узнал? Это…
— Узнал, если не ошибаюсь, тебя зовут Сергей.
— Точно, — буркнул он. — Едешь домой?
— Домой, — признался я. — А что?
— Не советую, — заметил он. — Тебя ждут.
— Даже так, — и поинтересовался: — Жлобы в микроавтобусе?
— Приблизительно двое в «девятке», номерной знак… а еще один у твоей двери и со стволом.
— Ух, ты, — включил поворотник и начал перестраиваться в левый крайний ряд.
— Надо бы поговорить, — напомнил о себе Сергей.
— Завтра, называй место и время.
— Лучше бы сегодня.
— Извини.
…Я остановился в проходном дворе и принялся набирать номер. Трубку на той стороне взяли после третьего гудка.
— Слушаю.
— Добрый вечер, это я.
— Уже понял.
— Нештатная ситуация, у моего дома засада.