Александр Шуравин – Рыба без головы. Апокалипсис (страница 43)

- И какой же?

- Хм.. даже не знаю, как тебе объяснить….

- Может, у меня получится рассказать, что произошло? – предложила Мария, - давайте, вы, мальчики, на разведку сходите, а я с ребенком поговорю.

- Да, на разведку надо сходить, - согласился Антон, - хотя бы в соседние дома заглянуть, вдруг, что интересного найдем.

Не сговариваясь, Антон и Павел пошли на улицу.

- Я с вами, - сказала Маргарита.

Армэль что-то спросил у нее по-французски, та ответила. После чего он тоже присоединился к компании.

- Ты знаешь, как устроено общество? – спросила Мария у Владика.

- Общество? – переспросил мальчик, - а что такое общество?

- А вам в школе это не рассказывали?

- Рассказывали вроде. Но я ничего не понял. Учительница говорила, что общество – это Государство. Еще она говорила, что общество – это люди. Но другая училка говорила, что Государство – власть, которая имеет силу, чтобы принуждать людей подчиняться. Типа это надо для того, чтобы организовать людей, чтобы они жили по правилам, а не так как хочется. Потому что если бы все делали как хочется, то был бы бардак.

- Вот видишь, все ты знаешь. И все понимаешь.

- Не, не понимаю. Я не понимаю, почему нельзя делать так как хочется….

- Ну как почему? Вот ты представь, что в твоем классе кто-то хочет бегать, кто-то хочет стрелять из рогатки, кто-то хочет залипнуть в телефон. Урок в таком случае не начнется никогда.

- А зачем вообще нужны эти уроки? Вот я этого не понимаю. Я понимаю, что если уроки не учить, то двойку поставят, и родители будут недовольны, отругают. Но зачем нам зубрить, что всякие «жи-ши пиши с буквой и» и прочие дурацкие правила?

- Ну как зачем? Чтобы знать русский язык. Если не знать правила, то каждый будет говорить, так как хочет, и слова будет свои придумывать. Вот ты придумал новое слово, и вместо «тушенка» стал говорить это слово, например «тутума». Я уже тебя не пойму, что ты имеешь в виду. Буду недоумевать, что за «тутума». А если каждый будет придумывать свои слова и свои правила языка, мы будем понимать друг друга?

- Думаю, нет.

- Вот именно. Для этого и нужны правила. Чтобы люди понимали друг друга. И чтобы могли совместно трудиться. Делать еду, которую мы едим, и делать одежду, которую мы носим.

- А! – сказал мальчик, - понял. Кажется. Если не будет никого, кто будет нам приказывать, то мы будем делать кто что хочет. И никто не будет делать еду. И мы все умрем с голоду.

- Да. Ты правильно понял. Так вот. Насчет того, что случилось. Исчезли те, кто приказывал. Теперь все делают то, что хотят. И получился бардак. Сначала все продукты исчезли из магазинов, потом люди просто стали грабить, то, что осталось. Многие бежали из города. Побросали работу. Вот почему нету газа, света и воды.

Пока Мария объясняла Вадику, что случилось с обществом, остальные члены команды взломали соседний дом. Там они увидели полки со статуэтками, висящие на стене картины. Небольшой письменный столик, на нем лампа. Кресло у окна. В стене камин, который, естественно, не горел. На полу черная лужа, в которой валялась одежда. Футболка, джинсы. Цветастое платье. А еще рубашка и штаны явно детского размера.

- Странно, - удивился Антон, - почему какие-то дети растворились вместе с родителями, а какие-то нет?

- Может быть, Вадик просто не ел панацею, например, выплевывал ее тайком от родителей, - предположил Павел.

Они прошли на кухню. Здесь нашлось несколько банок с красной икрой, лежащих в отключенном холодильнике, кусок испорченной колбасы, заплесневелая буханка хлеба, неприятно пахнущий суп в кастрюле не плите. В кладовой так же не оказалось никаких запасов. Просто пустые полки.

- Не густо, – произнес Антон.

Некоторые дома и вовсе оказались уже разграбленными. А с некоторыми повезло: там нашлись и полезные вещи: бутыль с водой, портативный газовый баллон, полевой бинокль, канистра с бензином. Ближе к вечеру разведка была закончена. Вся команда, в том числе и ее новый юный член, ели разогретую тушенку с настоящими вареными макаронами.

- Здесь долго оставаться нельзя, - сказал Антон, - в городе скоро будет страшная антисанитария, будут бегать крысы и поедать валяющиеся на улице трупы. Сюда по железной дороге стягиваются какие-то воинские эшелоны. Мы не знаем, что у них на уме. К тому же, вот-вот в этот район нагрянут мародеры, и тогда нам не поздоровится.

- Какие есть варианты? – спросил Павел.

- Думаю, надо ехать в сельскую местность.

- А как же я? - подал голос Вадик, - меня вы возьмете с собой?

- Не переживай, возьмем, - пообещала Мария.

- Вообще-то в сельской местности нас никто не ждет, - напомнила Маргарита.

- Не обязательно ехать в обитаемое село. Можно найти какие-нибудь заброшенные домики, и там жить, - сказал Антон.

- А питаться чем? Запасы-то быстро кончатся. А потом зима настанет…

- Еду придется искать. Пока осень, можно собирать грибы, мариновать их. Попробовать охотиться за дичью. Мясо на зиму засолить….

- Ты и правда такой наивный? – язвительно спросила Мария.

- А у тебя есть другие предложения?

- У меня есть, - проговорил Павел.

- Мы тебя внимательно слушаем.

- Надо найти, чем мы можем быть полезны сельским жителям. Не знаю, одежду шить и обменивать на еду, может, кузницу организовать и инструменты делать. Не знаю, в батраки наняться за миску супа, на худой конец.

- Ты знаешь сколько будет таких желающих за миску супа поработать? – усмехнулся Антон.

- А я вполне могла бы быть полезной, - сказала Мария, - я медсестра, у меня нужная профессия. А люди всегда болели, болеют и будут болеть.

- Медсестра – это не врач, - заметила Маргарита.

- У меня есть медицинское образование, - парировала та.

- И ты правда можешь лечить людей?

- Ну, оказать первую помощь вполне могу. В некоторых случаях смогу провести первичную диагностику, даже подобрать лекарства и лечение назначить. Операцию на сердце, конечно, не смогу сделать….

- Ну, а ты со своей химией чем можешь быть полезна? – спросил Антон у Маргариты.

- Я уже говорила, - ответила та, - хотя бы взрывчатку сделать.

- Если найти компоненты, - заметил Зубатов.

- При желании можно найти. А чем можешь быть полезный ты? Что ты еще умеешь делать, кроме как майнить биткоины?

- Я программист. А еще умею в железо. Как-то было дело, сам компьютеры ремонтировал…

- Кому нужны твои навыки электрика, когда свету нет нигде? – ехидно спросила Маргарита.

- Громко сказано: «нигде». Есть автономные генераторы. Возможно даже, какие электростанции работают. Да, мы видим хаос и бардак. Но мы видели пока только несколько городов. Возможно, не везде так, где-то сохранились очаги цивилизации.

Вадик слушал их разговор и ему на глаза наворачивались слезы.

- Что случилось? – ласково спросила Мария.

- Я, боюсь, что ничем не могу быть полезен.

- Не переживай. Мы тебя не бросим. А когда ты вырастешь, то обязательно освоишь какую-нибудь нужную профессию.

Вадик посмотрел на взрослых сквозь слезы, понимая, что теперь они заменят ему родителей. Он молчал. Все молчали. Эта пауза тянулась несколько минут, и каждый думал о своем. Но при этом все поглядывали друг на друга.

- А почему Армэль никогда ни о чем не говорит? – спросил вдруг Вадик.

- Он же француз, русского языка не знает, - ответила Мария.

- То есть, он вообще с вами не разговаривает, только ходит с вами?

- Нет, почему же, - разговариваем, - по-французски. И по-английски иногда.

- А… А давайте я научу его русскому языку!

Мария рассмеялась.

- Попробуй, - сказала она.