Александр Шуравин – Рыба без головы. Апокалипсис (страница 35)
- Зачем вы убиваете тех, кто принимал панацею?
- Это эксперимент. Когда мы прилетели на вашу планету, то обнаружили очень странную форму жизни. Эта форма жизни порождает множество отдельных «я», которые борются друг с другом. Это борьба происходит постоянно. Каждое «я» стремится убить другие «я», но при этом породить новые «я», которые в будущем будут убивать другие «я». По всем законам природы такая форма жизни не жизнеспособна и должна затухнуть сразу же, как появилась. Но на вашей планете этого не произошло. Более того, данная форма жизни расселилась по всей планете, все больше усложняясь. Конечно, некоторые «я» пытались объединиться в «мы». Но все кончалось тем, что «мы» становилось или очередным «я», но более высокого порядка, или распадалось.
- Стоп! – не выдержав, сказал Антон, - я ничего не понимаю…
- Он говорит про эволюцию, - пояснила Маргарита, - естественный отбор, борьба за существование. А то, что «я», объединялись в «мы», это, например, были одноклеточные, стали многоклеточные. Или, например, колония муравьев, тоже можно сказать, что это объединение отдельных «я» в «мы» муравейника.
- А что, у муравьев есть свое «я»? – удивленно спросил Павел, - «у них и правда есть сознание»?
- Должно быть, да, - ответила Маргарита и обратилась к Рахману:
- Мы правильно интерпретировали твою, то есть, вашу, мысль?
- Да, совершенно верно. Судя по всему, странная форма жизни на вашей планете эволюционировала до весьма высокоразвитых существ, которые смогли однажды даже ненадолго покинуть планету. Только вот такие существа не могут существовать. И тем более не может существовать созданная ими цивилизация.
- Но существует же! – возмутился Антон.
- Это и странно, - продолжал вещать Рахман, - и чем больше мы изучали вашу цивилизацию, тем больше удивлялись. Вы сохранили все те особенности, которые унаследовали от первобытных «я». Вы постоянно боретесь друг с другом за обладание материальными благами. Страны воют за ресурсы. Корпорации конкурируют за рынки сбыта. Отдельные особи человека борются между собой за лучшие места в различных организациях. Ваше общество похоже на пирамиду. Те, кто внизу стремится попасть наверх. При этом они стараются не пустить наверх других. А те, кто уже наверху, пытается всеми силами не допустить на свой уровень тех, кто ниже их. Это какой-то абсурд. Абсолютно абсурдное устройство общества. Но, у вас есть теория, которая говорит о том, что так и должно быть. Что это лучшая форма организации общества. Эта теория объясняет такой абсурд тем, что конкуренция двигает прогресс. Что наверху оказываются самые эффективные, которые приносят обществу наибольшую пользу, и они заслуженно получают повышенную долю материальных благ. Весьма сомнительно. Тем более, что те, кто получил места на вершине пирамиды, не все были эффективными, а получили эти места лишь по праву рождения. Особенно абсурдно выглядит то, что те, кто вот так вот по праву рождения получил места наверху, считают себя эффективными и получившими это место заслуженно, а тех, кто ниже считают лентяями и неудачниками, которые заслуженно находятся внизу. Мы решили проверить эту вашу теорию. Мы решили уничтожить верхушку пирамиды. Если теория верна, то места наверху займут наиболее эффективные из нижестоящих, и цивилизация продолжит существовать. Может быть, будет небольшой кризис, но не смертельный. Но эксперимент показал, что кризис оказался фатальным для цивилизации. Вся планета за считанные дни погрузилась в хаос.
- Так вот для чего нужна была панацея! – воскликнул Антон, - убить богатеев?
- Да, - ответил представитель инопланетян, - панацея – это детектор. Ее может позволить себе только очень богатый человек, тот, кто стоит на вершине пирамиды. А то, что она лечит от всех болезней – это просто способ, чтобы заставить элиту принимать вещество.
- Почему здесь панацея не стала черным веществом? – спросила Маргарита.
- Потому что она не соприкасалась с генетическим материалом особей человека.
- Тогда почему панацея почернела у меня в пробирке?
- А ты уверена, что пробирка была стерильной? – ехидно спросил Антон.
- Значит, в пробирке тоже был генетический материал особи человека, - ответил Рахман.
- Подожди, - вмешался в разговор Павел, - но ведь ты трогал панацею?
- На мой биоматериал она не реагирует, я помеченный. У вас еще есть вопросы?
- Да, - сказал Антон, - что вы собираетесь делать дальше?
- Мы познали вас. Вы нам больше не интересны. Мы скоро покинем планету. Но, может быть, мы еще встретимся.
Сказав это, представитель инопланетян упал. Его тело начало превращаться в черную жижу. Сама груда панацеи тоже начала чернеть. Присутствующие продолжали удивленно наблюдать за процессом, не в силах вымолвить ни слова.
- Пойдемте отсюда, - сказал Антон, - здесь больше делать нечего.
- Рыба гниет с головы, - задумчиво проговорил Павел, - но с какого места будет гнить рыба, если у нее уже нет головы?
Но никто не ответил на его философское замечание.
Глава 32. В городе
- Жаль, что мы не успели спросить его про формулу панацеи, - грустно вздохнула Маргарита, когда они покинули цех.
- Вы ему верите? – спросил Павел.
- То, что он не человек, это точно, - ответила Мария, - это по его взгляду видно.
- Да и в инопланетном происхождении панацеи тоже сомнений нет, - сказала Маргарита.
- Тогда получается, что такая же ерунда творится и в России? – предположил Антон.
- Не факт, - проговорил Павел, - но, в любом случае, чтобы узнать, надо до нее добраться. Предлагаю не мешкать, а ехать прямо сейчас.
- Мы еще хотели посмотреть, что творится в городе…, - напомнила Мария.
- А смысл? Если в России такой же постапокалипсис, то посмотрим там. Если нет – то зачем рисковать жизнью, зачем соваться туда, откуда все бежали?
- Хорошо бы вернуться за второй машиной. Там у нас осталось сколько-то провизии, - сказал Антон.
- Конечно, - ответил Павел.
Путники выехали на трассу. Через некоторое время увидели одиноко стоящую вторую машину. За время их отсутствия никто на нее не позарился. Антон пересел в другой автомобиль и поехал следом. Они минули поселок, некоторое время плутали по грунтовым дорогам, а потом уперлись в тупик. За тупиком росла высоченная трава, и было ясно, что на машине там не проехать.
- Странно, - проговорила Маргарита, - а на карте тут дорога.
- Не всегда стоит верить картам, - философски заметил Павел.
- Есть еще один путь, - сказал Антон, - давайте, за мной ребята.
На этот раз они ехали довольно долго. И снова уперлись в тупик.
- Ты прямо как Сусанин, - усмехнулась Мария.
- Ладно, ребята, придется ехать через город, - сказал Павел.
- Там же пробка, - возразил Антон.
- Попробуем заехать в город вот здесь, - сказал Трубинин демонстрируя карту на смартфоне.
- Что-то мне подсказывает, что и тут пробка, - проговорила Мария.
- В таком случае, бросим машины, возьмем еды, сколько сможем унести и пойдем искать другой транспорт. Аналогично поступим и на выезде из города, - сказал Павел.
- Жаль терять продукты, - вздохнула Девятова, - а других вариантов нет?
- Можно попробовать растолкать ряд машин длиной в пару километров. Только тогда мы здесь задержимся надолго.
- Да ручками перетаскаем, - сказал Антон, - что, ноги отвалятся, несколько раз сходить?
- Ладно, решим на месте, поехали.
Вскоре они добрались до города. Как и ожидалось, альтернативный въезд тоже был закрыт пробкой.
- Предлагаю сначала сходить на разведку, - сказал Павел, заглянув в карту, - тут до выезда всего километр. А недалеко больница есть. Возможно, там мы сможем взять какие-нибудь лекарства.
- Опять мародерствовать? – фыркнула Мария.
- Кстати, - сказала Маргарита, - телефоны надо бы отключить, не стоит зря тратить батареи – неизвестно, когда мы в ближайшем будущем сможем их зарядить.
- Согласен, - ответил Павел, - надеюсь, никто топографическим кретинизмом не страдает?
В ответ послышалось пару смешков. Путники зашагали вдоль дороги, заставленной беспорядочно брошенными машинами.
Вдруг Маргарита громко завизжала. Причиной ее истерики оказалась вольготно разгуливающая по дороге большая толстая крыса, которая несла в зубах чью-то оторванную руку.
- Тьфу, - Антон презрительно сплюнул, увидев сие зрелище.
Павла вырвало. Армэль скривил лицо. И только Мария реагировала на это спокойно.А крыса, тем временем, заметив группу живых людей, поспешно ретировалась.
- У тебя патронов много? – спросила Мария у Антона, который непринужденно поигрывал двустволкой.
- Вообще-то не очень. А что?
- Если в городе наступил хаос, то о больных, скорее всего, никто не позаботился. А значит, в больнице будет много трупов. А значит, нам встретится много крыс, и, возможно, диких собак. От них придется отбиваться.
- А я предлагаю все-таки сходить посмотреть, как в городе обстановка, - сказал Зубатов, - Если так уж страшно, как предполагали, то повернем обратно. В конце концов, если не лекарствами, то предметами первой необходимости затаримся. У нас телефоны скоро сядут, а электричества, возможно, уже и нет. В таком случае, запасные аккумуляторы нам не помешают. Их мы можем, например, в салоне сотовой связи позаимствовать. Потом, каким-нибудь оружием неплохо бы разжиться. Стволы мы вряд ли там найдем, но вот нож или топор всяко лучше, чем ничего.