Александр Шуравин – Путешественник по мирам (страница 52)
Виола как-то странно посмотрела на Максима.
— С тобой все в порядке? — озабоченно спросила она.
— Да-да, — энергично закивал тот.
Виола сняла блузку и юбку, так же аккуратно повесив в шкаф, и ушла в ванную, откуда крикнула:
— А ты что сидишь? В магазин бы сходил. У нас продуты заканчиваются.
И тут парень завис. «А что, если в этот мире расплачиваются каким-то другим образом, а не через сканирования морды-лица?» — тревожно подумал он.
Максим открыл мини холодильник. Увидел там пару банок с консервами, на которых была изображена какая-то рыба и иероглифы, упакованные в целлофановую упаковку огурец и пара помидор, бутылка с каким-то розовым напитком. Пронин попытался прочитать надпись на этикетке, но, как оказалось, он или не достаточно хорошо знал китайский, или тут иероглифы были какие-то другие. «Плохо», — сокрушенно подумал парень, а потом снова попытался обратиться к воспоминаниям носителя. Как-то неожиданно пришло осознание того, что здесь такая же денежная система: сканер распознает человека по лицу, и деньги за покупку списывают со счета. Еще парню удалось «вспомнить» что здесь у него нет депозита в сто миллионов юаней, деньги зарабатывает Виола и иногда переводит к нему на счет, чтобы тот мог сделать покупки.
«Похоже, тут я какой-то иждивенец», — грустно подумал Максим по дороге в магазин.
Парень набрал различных баночек, одноразовой посуды, упакованных в полиэтилен полуфабрикатов, руководствуясь при этом скорее интуицией, чем каким-нибудь знаниями или здравым смыслом. Как выяснилось, он угадал. Дома Виола приготовила вок, который они уплетали из пластиковых тарелок, сидя на кровати.
— Ну, так ты чем весь день занимался? — в очередной раз спросила Виола, — снова спал?
— Завтра я точно буду искать работу, — снова пообещал парень.
— Точно-точно?
— Угу.
— Честно-честно?
— Угу.
Этот странный разговор продолжался еще некоторое время, потом Виола сказала:
— Так. А ты китайский язык уже выучил? Давай-ка тебя проверим.
Она включила компьютер. А потом что-то спросила по-китайски. Парень, как ему показалось, услышал знакомые слова, но смысл фразы не понял и попросил повторить. Девушка повторила, говоря очень медленно и членораздельно. Максим ответил, практически на интуиции, и, судя по тому, что Виола укоризненно покачала головой, не очень правильно.
— Произношение ни черту, — грустно констатировала она.
Остаток вечера они посвятили выполнению различных интерактивных управлений по китайскому языку, которые нашли где-то в интернете.
Ночью Максиму приснился осознанный сон. Прогуливаясь по улице, он внезапно понял, что спит, и стал лихорадочно искать зеркала. Он забежал в какой-то дом, где увидел трельяж, и уже почти не соображая, что делает, прыгнул в очередной портал.
Глава 58. Карантин
Первое, что подумал Максим, когда проснулся, было удивление: «И зачем я прыгнул в портал? Ищу приключение на свою задницу…». Потом он осмотрел помещение, где оказался. Комната. Обычная комната в однокомнатной квартире. Здесь, в отличие от квартиры-студии в Китае, была нормальная кухня, холодильник, стол со стоящим на нем стационарным компьютером. Шкаф с книжками, на которых были русские заголовки. «Так. Я в России. Хоть это радует», — подумал парень.
Правда, радость его была не долгой. Выглянув в окно, Максим увидел перекресток со светофоров, на котором горел одновременно розовый и синий сигнал, а всего сигналов было целых пять.
— Час от часу не легче, — пробормотал парень и принялся изучать новую обстановку.
В холодильнике обнаружились яйца и бекон, а так же помидоры, огурцы и нарезанная ломтиками картошка. В шкафу только его одежда, из чего парень сделал вывод, что в этом мире он живет один. Среди книг в шкафу была художественная литература, судя по названиям и аннотациями, классика, детективы и научная фантастика. Еще нашлось пара справочников по программированию и теория алгоритмов.
Максим включил компьютер, стал изучать его содержимое. В основном какие-то инструменты для написания компьютерных программ. «Так, — сделал вывод Пронин, — Здесь я айтишник».
Теперь следовало подумать о том, что делать дальше. Максим не торопился. Он сготовил завтрак, состоящий из яичницы с беконом и помидорами, а потом просто сел на стул и погрузился в свои мысли, надеясь покопаться в воспоминаниях носителя. Здесь, почему-то, это оказалось очень трудно. Единственное, что удалось узнать, это то, что парень работает в какой-то IT-компании удаленно, потому что в стране бушует эпидемия какого-то страшного вируса и выходить на улицу строго запрещено.
А еще парня удивило отсутствие смартфона, и даже обычного сотового телефона. Как выяснилось, люди здесь общаются через компьютеры, используя что-то типа древней «аськи», без возможности не то что видеозвонков, но даже и обычного разговора и голосовых сообщений. Только текст, только хардкор.
«А как же обычные стационарные телефоны?», — недоумевал парень, пытаясь найти в квартире нечто похожее на допотопный аппарат из советских времен или что-то похожее на карманный телефон из мира победившего СССР.И тут он вспомнил, что от телефонов отказались лет десять назад, когда стали массово внедрять компьютеры с доступомв интернет. Тогда для общения стали использовать чаты и электронную почту, вместо дорогой голосовой связи.
Еще раз внимательно изучив содержимое компьютера, проанализировав воспоминания, парень постепенно включился в работу. День прошел довольно скучно: он состоял из постоянной переписки в чате, правке кода и отладке алгоритмов. Так как на улицу было выходить запрещено (это Максим помнил из воспоминаний настоящего себя из этого мира), он просто пошел спать, решив про себя, что если увидит осознанный сон, то непременно свалит отсюда.
Осознанного сна Максим не увидел, и следующий день был похож на предыдущий, как день сурка. Единственное отличие — это закончившиеся в холодильнике продукты, которые пришлось заказать в службе доставил. Их привез курьер, одетый в белый комбинезон и респиратор. Сначала он поставил перед дверью коробку для оплаты, куда Пронин опустил деньги. Курьер опрыскал купюры антисептиком, отсчитал сдачу, положив ее в тот же ящик, и только когда Максим забрал ее, оставил заказ перед дверью и поспешно ретировался.
«Нефига себе как тут все серьезно», — подумал Пронин.
Дни шли. Максим так и сидел безвылазно дома, не рискуя нарушить запрет. Он, конечно, тренировался выходить в осознанные сновидения, но пока ничего не получалась.
«А если компьютер сломается, что я буду делать?» — однажды подумал парень и как в воду глядел. Компьютер на следующий день не включился.
— Черт! — выругался парень и стал экстренно соображать.
Телефона не было, никакого. Связаться с внешним миром нет возможности. Выходить на улицу строго запрещено. «Может быть, заглянуть к соседям?» — подумал Максим.
Он вышел в подъезд и позвонил в первую дверь. Никто не открыл, но слышались шорохи.
— Это сосед, — сказал Пронин, — у меня компьютер сломался, вызовите, пожалуйста, ремонтников.
Снова шорохи, но никто не открыл. И никто ничего не ответил.
Максим позвонил в следующую дверь. Та же реакция. Парень не сдавался. Он обходил квартиры, но никто ему не открывал. Лишь только на последнем этаже какой-то мужик в трениках, напялив на лицо аж три медицинские маски, выглянул в подъезд и закричал:
— Ты! Придурок! Ты что, не знаешь, что у нас карантин!
— Я дико извиняюсь. Но у меня сломался компьютер, и я не знаю, что делать.
— Твои проблемы!
— Но…
— Я сказал иди отсюда! Нечего заразу распространять!
Глаза мужика в трениках сверкнули злостью. У Максима не было никакого желания связываться с этим неадекватом, и он поспешил ретироваться.
Дома Пронин попытался осмыслить ситуацию, и покопаться в памяти оригинального Максима. Как ему удалось вспомнить, эпидемия уже больше месяца. Но выходить на улицу запретили только неделю назад. Что за вирус, никто не знает, люди напуганы. Они живут в информационном вакууме. По интернету ползут слухи один страшнее другого. Кроме того, рождаются различные теории заговора. Одни утверждают, что это биологические оружие, созданное американцами, чтобы уничтожить весь мир. Другие говорят, что никакого вируса нет, это лишь предлог, чтобы заставить людей сидеть дома и скупать медицинские маски по повышенным ценам.
«Не мир, а дурдом!» — гневно подумал Максим.
Он продолжал растерянно сидеть на диване, не зная, что делать. «Неужели тот, другой «я» не позаботился о том, что делать, если компьютер сломается?» — подумал Пронин, и, еще немного покопавшись в памяти, понял, что нет.
Сначала Максим просто сидел и ничего не делал. Потом немного почитал взятую с полки книгу. Затем осознал, что работа стоит, а это чревато неприятностями. Надо что-то предпринять, ибо неизвестно, насколько в этом странном мире придется задержаться. В конце концов, Пронин решил на свой страх и риск выйти на улицу.
Максим, одевшись в кожаную куртку, спустился вниз. Снаружи была весна, текли ручьи, пели птицы. Люди, как таковые, отсутствовали. Парень, шлепая по слякоти, осторожно обошел вокруг дома. Эта часть города была ему не знакомой, видимо, в этот мире он жил где-то совсем в другом месте, или город имел другую планировку.