Александр Шуравин – Путешественник по мирам (страница 11)
Внезапно появилось смутное беспокойство. Путешественник по мирам заерзал на диване. Было ощущение, что нужно куда-то идти, но куда — непонятно. Максим вскочил и стал мерить шагами комнату. И тут его осенило: «Будильник! Зачем вставать рано утром по будильнику? Надо идти на работу. В этом мире я не фрилансер». Надо сказать, что парень не ходил на работу довольно давно, привыкший работать дома. Догадка неприятно удивила его. Еще больше настроение испортилось от осознания того, что в мире СССР наверняка не будет такой свободы — быть фрилансером. А еще хуже то, что Максим не знал, а где же он работает.
Парень еще раз пошарил в ящиках стола. Затем стал открывать шкафы, осматривать карманы одежды. Случайно нашел кипу газет «Красная звезда». В глаза бросилась статья с его авторством. Максим посмотрел еще несколько газет. И догадался, где работает его двойник из этого мира. Решил поторопиться, вдруг здесь расстреливают за опоздание. Одеваясь, парень пытался сообразить, как носить с собой столько крупногабаритный мобильный телефон. Не придумав ничего лучшего, Максим просто положил его в пакет с надписью «Центральный продуктовый магазин» и рисунком серпа и молота на фоне колосящейся пшеницы. Только на улице он понял, как здесь носят такие аппараты — в специальной кобуре, которая висела на поясе чуть ли не каждого прохожего.
Язык до Киева доведет. В отсутствии GPS навигатора пришлось спрашивать у прохожих, как доехать до редакции газеты «Красная Звезда». Пожилой мужчина в длинном сером пальто и шапке ушанке посоветовал сесть на троллейбус.
— Номер сто двадцать пять, — сказал он, — проедите примерно семь восемь остановок, — ваша так и называется, «Красная звезда». Ну а там сразу увидите такое белое высокое здание.
— Спасибо, — Максим на пару секунд замолчал, задумавшись о том, «а вдруг здесь за проезд расплачиваются каким-нибудь жетонами или талонами», поэтому снова спросил:
— Скажите, а билеты прямо в транспорте продает кондуктор или надо их где-то отдельно покупать?
— Билеты? — мужчина удивленно нахмурил брови, — какие билеты? Уже пять лет как проезд везде бесплатный.
— И талонов не надо?
— Вы из какой глухомани, молодой человек? Талоны давно в прошлом, теперь у нас нет такого понятия, как дефицит.
«Вот это да!» — восхищенно подумал Максим, садясь в троллейбус, — «В этой реальности построили-таки коммунизм. Наверное, я здесь и останусь».
Парень не ошибся. Работал его двойник именно в этой газете, если судить по тому, как при входе в редакцию с ним поздоровалась миловидная блондинка в желтом платье. Как будто так и надо, Максим открыл гардероб и стал вешать туда свое пальто, попутно рассматривая кабинет. Столы, на них компьютеры. С такими же старинными мониторами, как у него дома. За некоторыми из них уже сидели люди. Та самая светловолосая женщина в желтом платье, молодой парень в синем свитере, средних лет мужчина в черном костюме, который как-то странно посмотрел на Максима и сказал:
— А ты что тут делаешь? Забыл, что тебе надо быть в кабинете 101?
— А… забыл…
— Дык иди скорее, все уже собрались.
— Ладно, бегу.
Двери были расставлены по порядку, поэтому поиск не занял много времени.
— Опаздываешь, — сказала черноволосая девушка в розовой кофточке, указывая ему на стул.
В помещение еще было три молодых человека, выглядевших как типичные IT-шники — в свитерах и небритые, довольно пожилая женщина в сером пиджаке и такого же цвета юбке до колен. Все эти люди с интересом уставились на импозантного мужчины с бородой, который был одет в черные брюки и клетчатую рубашку. В руках он держал несколько листов бумаги и уже готовился читать.
«Мое новое произведение», — начал он, — «Называется “Почему программистам нельзя пить пиво”», — литератор сделал паузу, затем продолжил: «Жил был программист Вася. Однажды, он читал статью о том, как в одном из буржуйских языков программирования отказались от слов Slave и Master, мотивируя это идиотской идеей толерантности. При этом Вася пил пиво, закусывая сушеной воблой. Программист выпил слишком много пива и заснул за компьютером, уткнувшись в клавиатуру. Ему приснился страшный сон о том, как один из рабочих завода «Советские компьютеры» предложил убрать из советского бэйсика слово «белый» а слово «красный» писать исключительно с заглавной буквы».
— Да ты что! — возмутился Вася, — мне из-за таких нововведений с нуля всю программу «Госплан++» придется переписывать!
— Ничего, перепишешь. Главное, чтобы в языке программирования не было антисоветских слов. Или ты за белогвардейцев?
И пришлось Васе переписывать миллионы строк программного кода. Но тут он проснулся, и обрадовался, что это был всего лишь сон, вызванный алкогольной интоксикацией. И решил Вася больше никогда не пить пиво».
— Что за бред я только что услышал? — не сдержался Максим.
Все удивленно и слегка осуждающе посмотрели на него. Путешественник по мирам, сообразив, что сказал что-то не то, поспешил исправить ситуацию и проговорил:
— Ну, не знаю, может не совсем бред….
Мужчина в клетчатой рубашке стал читать другой опус, не менее графоманский, чем предыдущий. В конце весь коллектив дружно зааплодировал. Послышались восторженные возгласы:
— Гениально!
— Шедевр!
— Отлично!
Чтобы не выглядеть «белой вороной», Максим восторгался странными рассказиками вместе со всеми. Так продолжалось несколько раз. Потом все разошлись. Максим вернулся в кабинет.
— Что это было? — спросил он небритого молодого человека, который пришел вместе с ним.
Тот посмотрел на него как на идиота, и удивленно спросил:
— Ты что, Макс, Борис Васильича не значишь?
Парень отрицательно покачал головой.
— Ну дела! Это же брат главы горкома Партии!
Больше Максим вопросов не задавал. Во-первых, можно привлечь к себе ненужное внимание странным, для данного мира, поведением. А во-вторых, и так все понятно: в том варианте коммунизма, который построили в этой реальности, все равны, но некоторые «ровнее». В своем мире приходилось лебезить перед клиентами и инвесторами, а здесь перед крупными партийными шишками. Ничего не изменилось: экономический строй другой, а люди те же.
Следующая непростая задача: начать работать. Путешественник по мирам понятия не имел, что он должен делать. Но, похоже, тело его двойника знало. Как-то спонтанно, сам не осознавая как, Максим нашел свое рабочее место. Просто подошел к компьютеру и включил его. Машинально набрал пароль. А потом «завис». Парень просто тупо пялился в экран, не зная, что делать.
— Творческий кризис? — заботливо поинтересовался все тот же парень в свитере.
Максим устало кивнул.
— Пошли, тогда чаю, что ли попьем….
И тут в кабинет вошел худощавый молодой человек с мешком и вывалил на пол груду писем.
— Не получиться попить чайку, — вздохнул коллега.
Находящиеся в кабинете люди стали хватать конверты, читать содержимое, а потом большинство писем бросать в мусорную корзину, лишь немногие из них откладывая в сторону. Максим последовал их примеру. Первые строчки выдавали в авторе душевно больного человека. «Грядет Апокалипсис, — писал он, — нужно покаяться, пока не поздно. Придет Антихрист и превратит Землю в пылающую пустыню». Письмо было отправлено в корзину. Следующее. Аналогичный бред.
День пролетел незаметно. За разбором писем обед. Потом планерка, на которой Максим прилагал титанические усилия, чтобы не зевать, выдав тем самым адскую скуку. Затем ему в голову пришла гениальная идея. Парень принялся набирать на компьютере статью. Иногда отвлекался и шел в специальный кабинет — кухню пить чай. Там часто тусовались другие сотрудники и вели неспешные беседы. Максим незаметно старался подслушать, о чем они говорят. Оказалось, что любимая тема обсуждения — это футбол, политика Партии и колонизация Марса. Иногда люди обращались друг к другу по имени. Так Максим начал узнавать, кого как зовут.
Смеркалось. На том же троллейбусе парень уехал домой. По пути он заскочил в супермаркет, который, как ни странно, отличался от того, что в родной реальности, лишь меньшим разнообразием ассортимента, и еще тем, что на некоторых ценниках было ярко красными буквами написано: «Бесплатно». Права, таких товаров оказалось немного: черный хлеб, крупы, консервы. То, что повкуснее, пока еще продавалось за деньги.
Каково же было удивление Максима, когда кассирша, перед тем как пробить пиво, попросила его показать паспорт.
— Я что, на подростка похож? — удивлялся тот.
— Молодо выглядите, — сказала продавщица.
— Ну да, молодой, мне же 25 лет.
Продавщица посмотрела на него как на сумасшедшего. И только сейчас Максим заметил надпись «Алкоголь не продается лицам моложе 28 лет».
— Это шутка? — удивился парень.
— Какие шутки? Вы что, законов не знаете?
Максим не стал спорить, пожал плечами и оставил пиво.
Глава 14. Идеальный мир
Дома Максим пытался поразмыслить над тем, стоит ли оставаться жить в этом мире, или поискать более подходящие вселенные. С одной стороны, тут коммунизм, экспансия в космос и эйфория по светлому будущему. С другой стороны, некоторые мелочи говорят о том, что с этим миром что-то не так. Парень еще раз прокрутил в голове то первое утро на работе, когда был вынужден восхищаться посредственными опусами высокопоставленного графомана.