Александр Шуравин – Наука и магия. Придворный мудрец (страница 56)

Елгазиун Аевинс задумчиво водил кистью по холсту, оставляя цветные пятна. Иногда он останавливался и словно в падал в транс. Затем снова мазал кисть в краске и продолжал творить свою живопись. Постепенно, цветной хаос начинал приобретать формы. Теперь на холсте можно было различить замок, зеленую долину и всадника, правда, его лицо пока еще было неразличимо и представляло собой розовый овал.

Процесс медитативного творчества прервал громкий стук в дверь. Елгазиун вздрогнул, едва не выронив кисть. Стучали сильно, настойчиво. Так могу стучать те, кто уверен, что имеет на это право, например, стражники и другие представили власти.

Художник, с замиранием сердца, спустился из мастерской, которая располагалась у него на чердаке, в дом, и пошел открывать. На пороге оказались двое дружинников в кожаных доспехах.

— Тебя желает видеть князь, — сурово сказал один из них.

— А что случилось? — испуганно пробормотал Елгазиун.

— Поговори еще тут. Давай, живо, собирайся.

— Хорошо-хорошо, я только переоденусь. Не в этом же я предстану перед Его Величеством…

И он похлопал себя по бокам, демонстрируя, что одет в испачканный краской халат из серой мешковины.

— Быстрее! — рявкнул стражник.

— Сейчас, уже бегу.

Художник поспешно переоделся и сел к стражникам в повозку. Его доставили к князю. Аудиенция проходила в небольшой комнатке, с каменными сводами, где горел одинокий факел, из-за чего лицо правителя было трудно разглядеть. Но вот одет князь был как странствующий маг — в темный балахон с капюшоном.

— Тебе очень повезло, Елгазиун, — проговорил князь, осматривая художника с ног до головы, — тебе предстоит важная миссия. Но ты никому не должен ничего говорить об этом. Се есть великая тайна. Ты понимаешь меня?

— Да, понимаю, Ваше Величество, Великий Князь!

И тут Аевинс почувствовал, как кто-то довольно грубо внедрился в его мозг. Он негромко ойкнул.

— Спокойно, — промолвил князь, — об это тоже никому не слова.

— О! Так это правда! Вы маг, Ваше Величество…

— Никому не слова! — повторил князь, — пусть все думают, что это только слухи.

Неведомая сила продолжала проникать в мозг художника, погружая его в транс и передавая какие-то образы. Елгазиун увидел перед собой косматого человека, он был молод, но успел отрастить небольшую бороду. Глаза незнакомца изучали глубокий ум и таинственность. Он был явно не из этого мира.

— Сможешь нарисовать его? — спросил князь, ослабив магическое давление.

— Да, Ваше Величество, я нарисую его портрет.

— Отлично. Приступай сегодня же и сделай как можно быстрее. Я щедро вознагражу тебя за расторопность.

Глава 71

Чтобы реализовать свою идею, как развить магические способности, Сергею нужно было собрать некоторые растения и грибы, чем он занимался каждое утро. Нашел нужные ингредиенты он не сразу, пришлось ходить несколько раз. Наконец, гербарий был собран, и Звягинцев сушил его у себя в опочивальне, красиво разложив на столе и строго настрого запретив слугам входить сюда.

Наконец, Сергей заварил полученную смесь, осторожно отпил ее чайной ложечкой и сел на пол в позу со скрещенными ногами. Он начал медитировать, созерцая пламя свечи и мысленно призывая богиню Уийрат.

Сергей почувствовал, как тепло разливается по его телу, начиная от желудка и поднимаясь к голове, словно легкий восходящий поток. Запах трав, сначала резкий и землистый, постепенно трансформировался в нечто сладкое и успокаивающее, как будто весенний луг, расцветающий под теплыми лучами солнца. Его дыхание становилось ровным и глубоким, а сердцебиение замедлялось, погружая его в состояние легкой отрешенности.

Картина перед глазами, сначала четкая и конкретная, начала расплываться. Пламя свечи превратилось в танцующий сгусток света, а комната — в зыбкий туман. Сознание Сергея расширялось, границы его «я» размывались, он ощущал себя одновременно и внутри своего тела, и где-то далеко за его пределами.

Он не ждал видений, он просто хотел почувствовать связь с этим миром. Попаданец хотел понять, как работает их магия, что является ее источником. И, кажется, он начал что-то понимать. Сергей почувствовал… что-то. Что-то зыбкое и неуловимое и мысленно устремился за этим ощущением. Это не было четким пониманием, скорее ощущением… пульсацией. Мир вокруг словно дышал. И эта пульсация, этот ритм пронизывал все вокруг — и деревья, и камни, и даже воздух. Сергей почувствовал, как его собственное тело синхронизируется с этим ритмом, становясь его частью.

Звягинцев мысленно направил свое внимание на эту пульсацию. Он попытался ее усилить, вызвать отклик. И… почувствовал, как что-то внутри него тоже начинает пульсировать. Как будто внутри, где-то в глубине души тоже зародился слабый огонек, который пытался набрать силу. Это ощущение было новым и необычным, но почему-то не пугало, а наоборот, вызывало любопытство.

Внезапно, комната вокруг него словно вспыхнула, озаряясь нежным золотистым светом. Сергей почувствовал, как энергия поднимается по его позвоночнику, как будто поток теплой воды, и разливается по всему телу. Он увидел, как его собственные руки начинают светиться мягким светом, а вокруг появляются легкие, едва заметные всполохи.

В этот момент, раздался легкий стук в дверь. Он был тихим и робким, но вырвал Звягинцева из транса. Ощущение свечения сразу же пропало, и мир снова стал обычным. Он открыл глаза. Комната снова стала комнатой, пламя свечи горело ровно и спокойно. Ничего сверхъестественного не происходило.

Сергей глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь собраться с мыслями. «Кажется, это сработало, — подумал он, — Пусть и не так, как в книгах про магию ирду, но что-то явно произошло. И если в этом направлении работать и дальше, то может быть, я действительно пробужу в себе способность к магии».

Стук повторился. Такой же робкий тихий стук. Сергей открыл дверь. Это была Коемедлина, она испуганно смотрела на него, и он как будто бы явно ощущал ее страх, словно ее аура излучала какую-то вибрацию.

— В чем дело? — рявкнул Звягинцев, — я же сказал: «не беспокоить»!

— У вас все в порядке, господин? — взволнованным тоном спросила служанка.

— Да! И до утра меня не беспокоить. Ясно?

— Да-да, — подобострастно кивнула Коемелина.

Звягинцев закрыл дверь. Он снова сел в позу для медитации. Его сознание повторно расширилось. Сергей как будто бы ощущал стены и потолок. На мгновение ему показалось, что он может двигать их.

Внезапно произошел какой-то жуткий толчок и Сергей погрузился в темноту. Очнулся от громкого стука в дверь и голоса Коемелины:

— Господин Сергей, с вами все в порядке⁈

«Похоже, я что-то натворил», — испуганно подумал Звегинцев и на всякий случай открыл дверь. Лицо служанки было белым от ужаса.

— Гоcподин, все в порядке? — спросила она.

— Произошло что-то необычное? — вместо ответа задал вопрос Сергей.

— Дом ходуном ходит… Я боюсь за вас, господин Сергей. Простите, что нарушала ваше указание не беспокоить. Это действительно было жутко.

— Ладно. Надеюсь, все кончилось. Приготовь ужин, и потом расскажешь мне, что происходило, пока я был в комнате.

«Кажется, я влип, — испуганно подумал Сергей, — Не нужно было проводить такой эксперимент в доме, надо было идти в лабораторию. Почему же я сразу до этого не додумался? Боялся, что что-нибудь случиться с реактивами? Кстати… а она может донести властям. Надо как-то решить эту проблему».

Сергею вдруг стало очень противно от того, что он сейчас собрался сделать. Но иного выхода, чтобы обезопасить себя, у него не было.

— О том, что происходило сегодня вечером, никому не слова! — велел Звягинцев служанке когда она сервировала ему ужин.

Он старался говорить как можно жестким и угрожающим голосом.

— Это очень важно! — подчеркнуто строгим голосом проговорил Сергей, — если ты хоть кому-нибудь что-нибудь расскажешь, мне приедятся сказать Фирингу, чтобы он наказал тебя.

Услышав угрозу, Коемелина буквально побледнела.

— Я буду нема как рыба, — тихим голосом пообещала служанка.

— Хорошо. Отлично. А теперь, скажи, как все это выглядело со стороны?

— Господин! Было страшно и жутко. Дрожали стены. Посуда дребезжала… И как будто кто-то ходил по дому. Кто-то невидимый.

— Ладно. Это было землетрясение. Поняла?

— Да, господин. Как вам будет угодно. Это было землетрясение.

Глава 72

Ночью Сергею приснилась Уийрат. Она была зла и шипела, высунув язык. Казалось, богиня пытается что-то сказать, но слова тонули в жутком шипении.

Звягинцев проснулся в холодном поту, сердце колотилось, как птица в клетке. Образ Уийрат, ее искаженное злобой лицо и змеиное шипение, все еще стояли перед его глазами. Он сел на постели, чувствуя, как дрожат руки. Что это было? Сон? Или предупреждение?

Он попытался успокоить дыхание, прислушиваясь к тишине ночи. За окном слышалось лишь редкое уханье совы и шелест листьев на деревьях. Ничего не предвещало беды. Но образ богини не отпускал его. Звягинцев чувствовал, что это не просто кошмар, а нечто большее.

«Она злилась, — подумал он, — Но почему? Что я сделал не так? Может быть, эта травяная смесь не так проста, как кажется? Или богиня не хочет, чтобы я исследовал ее магию?».

Он встал и подошел к окну, глядя на темное небо, усыпанное звездами, которое уже начинало чуть-чуть светлеть. «Может быть, она не хочет, чтобы я ее вызывал, — промелькнула мысль. — Может быть, я слишком навязчив. Но тогда почему она просто не скажет об этом прямо? А может быть, нет никакой богини, и это просто мое подсознание таким образом пытается предупредить меня об опасности».