Александр Шуравин – Корабль поколений (страница 3)
— Если тебе так претит теснота Земли, почему не отправился на Марс? Это тоже вызов. И, колониям как раз нужны… специалисты… инженеры.
— Нет, Марс это не то. Я решил замахнуться на нечто большее.
— На Проксиома Центавра, — договорил за него Натаниэль.
— Да.
Глава 5
Исторгая клубы огня и дыма, космолет плавно сел на ровную каменную поверхность. Роботы тут же подтащили посадочный рукав, через который пассажиры прошли в здание, большая часть которого, для защиты от метеоритов, была укрыта под слоем лунного грунта. Михаил шел вместе с другими пассажирами по длинным коридорам. Он заметил, что идти здесь очень легко, и каждый шаг словно пружинит, так что приходиться специально замедлять себя, чтобы на кого-нибудь не налететь или не подпрыгнуть слишком высоко. От этого походка стала немного неуклюжей. И не только у него: так шли почти все. Один из детей, что до посадки на Земле пускали по рядам бабочек-дронов, разбежался и подпрыгнул. Он неожиданно поднялся в воздух, пролетел над головами людей и шлепнулся на пол.
— Здесь нельзя прыгать! — отругала его мать, — мы на Луне. Тут можно и о потолок удариться головой, а он твердый!
Чуть позже поток разделился. Одни повернули налево, где горела большая надпись: «Выход в город», другая, в том числе и Самсонов, пошли направо, туда, где располагалась станция скоростного поезда, который должен был увести их в Центр подготовки космонавтов. Среди пассажиров этого поезда Михаил с удивлением заметил ту саму женщину в клетчатом платье. «Неужели и она летит? — подумал он, — не слишком ли стара эта дамочка для таких путешествий?»
С грохотом подошел поезд.
— Уважаемые пассажиры, — сообщил автоинформатор голосом бота по имени Лин, — помните, что на Луне сила тяжести в шесть раз меньше, чем на Земле. Будьте осторожны. Во время движения ваши ремни безопасности должны быть надежно застегнуты. Запрещается расстегивать ремни и вставать с мест.
На этот раз Михаил сидел рядом с узкоглазым парнем, который увлеченно общался со своим нейрочипом, в то время как Самсонов смотрел по сторонам, потому что за окном смотреть было нечего: лишь черный фон и светящиеся полоски от лампочек.
Михаил нашел глазами Натаниэля, который сидел через пять рядов, и женщину в клетчатом платье, которая расположилась по другую сторону от прохода.
Местами рельсы проходили на открытом пространстве. Тогда из окон открывался изумительный вид на скалы, врезающиеся в черное небо, на котором ярко горели россыпи звезд. Земли, правда, отсюда было не видно.
Когда поезд уже подъезжал, сидящий рядом китаец внезапно оторвался от своего гаджета и обратив внимание на Михаила.
— Хао Ю, — представился он.
— Очень приято, Михаил, — ответил Самсонов.
Они пожали друг другу руки.
— Тоже летите к Альфа Центавра? — поинтересовался Михаил.
— Нет, яинженер, просто работаю в том бункере. Поддерживаю, так сказать, работоспособность оборудования.
— Я тоже инженер. Но, видимо, буду «поддерживать работоспособность оборудования» на «Красной стреле».
— Туда еще попасть надо, — усмехнулся Хао Ю.
— Меня уже зачислили.
— Ха! — китаец посмотрел на Михаила своими насмешливыми узкими глазами, — надо еще выдержать пять лет в бункере. Некоторые не выдерживают. Сходят с ума. В бункере, не считая персонала, живут десять тысяч новобранцев. А полетят только тысяча. Но… в любом случае, даже если не пройдете конкурс, не стоит расстраиваться. Это все равно очень полезный опыт.
— Вы меня очень расстроили Хао Ю.
— Я просто сказал правду, — буркнул тот.
— Правду… — Михаил грустно вздохнул.
Его, внезапно, начала пугать перспектива остаться на Земле. Не пройти по конкурсу — какой позор!
Поезд, тем временем, снова въехал в тоннель и начал замедлять ход.
— Вы прибыли к месту назначения, — сообщил автоинформатор, — это конечная остановка, пожалуйста, не забывайте в салоне свои вещи.
Самсонов и Хао Ю шагали рядом по платформе, возле стены с изображение девушки в скафандре, которая простирала руки к звездному небу.
— Я инженер с сорокалетним стажем. У меня за плечами автоматизация нескольких экопоселений, множество научных статей по системному анализу, я обладаю обширными познания теории алгоритмов и вычислений…
— Здесь важны не знания, а психика, — усмехнулся китаец, — Психика — вот что здесь испытывают. И условия. Изоляция, постоянное наблюдение, жесткий распорядок. Все это специально создано, чтобы отсеять слабаков. Знания можно подтянуть. А сломанную психику не починишь. У нас тут есть такие, кто отлично разбирается в квантовой физике, но боятся темноты. Или впадают в истерику, если нет свежих фруктов. Или начинают разговаривать с невидимыми муравьями. Полет к Альфа Центавра — это не курорт. Там нужно быть железным человеком.
Михаил нахмурился.
— Вы пытаетесь меня запугать?
— Не пытаюсь. Предупреждаю. Я видел многих, кто приезжал сюда с горящими глазами и полными амбиций. А через год… ну, ладно, увидите сами.
Они подошли к большим воротам.
— Удачи вам, Михаил. Надеюсь, мы еще встретимся, — Хао Ю исчез в одной из множества подсобных дверей, а Самсонов вошел через главный вход.
Ступив на длинный эскалатор, Михаил почувствовал, как неприятный холодок пробегает по спине. Пять лет в бункере… Десять тысяч новобранцев… Отбор… Беспокойство захлестнуло его, мысли метались, как птицы в клетке. Неужели все так сложно? Он всегда считал себя человеком устойчивым, сильным. Но слова китайца засели в голове, отравляя уверенность. Он посмотрел по сторонам. Движущаяся лестница, стремительно убегающая под землю, мелькающие фонари на потолке, стены, выкрашенные желтоватой краской. Несколько человек, стоящих на движущихся лесенках, среди которых Михаил заметил Натаниэля. И страшно. Очень страшно. «Поддерживать работоспособность оборудования на «Красной стреле»… Или же тихо сойти с ума в подземном бункере, разговаривая с муравьями» — тревожно думал Михаил.
Глава 6
— Здравствуйте товарищи! — бодро произнес преподаватель в форменном комбинезоне, войдя в аудиторию.
Здесь собрались люди самых разных возрастов, но все, разумеется, совершеннолетние, детей в космос не отправляли.
— И так, поздравляю вас, новобранцы. Каждый десятый из вас полетит на Проксиома Центавра. Остальные отсеются. Вас тут тридцать человек. Значит из вас полетят трое, плюс-минус случайное отклонение. Вас, наверное, предупредили, что возможны два сценария: оптимистичный — это когда звездолет удаться разогнать до одной десятой скорости света и достичь пункта назначения за сорок с хвостиком лет, и пессимистичный, когда придется плестись как черепаха на одной сотой «це». С чем это связано… во-первых, неизвестно, выдержит ли длительное ускорение корабль. Возможно, разгоняться придется очень медленно. Это значительно увеличит длительность пути. К сожалению, такие нюансы возможно выяснить только в процессе. К слову, некоторые автоматические зонды, запущенные к Альфа Центавра ранее, вышли из строя. Другие еще летят. Звездолет, конечно, гораздо надежнее. Он специально проектировался для того, чтобы обеспечить безопасность экипажу. Но есть межзвездный газ, есть космическая пыль, есть микрометеориты. Да, звездолет надежно защищен от всего этого. Но никто не знает, как поведет себя защита при длительном движении на больших скоростях. Возможно, лететь придется медленнее, чем планировали. Иными словами, вы должны быть готовы к тому, что это будет корабль поколений. Долетят только ваши внуки. Но, это еще не самое главное. Самое главное, во время пути вы должны… поладит друг с другом. Поэтому отбор пройдут только люди с наиболее устойчивой психикой. Вот как раз для испытания вашей психики вас и засунули в этот бункер. Вы пройдете через трудности. Вы будете жить на пределе психической и физической выносливости. Вас ожидают изнурительные физические и умственные тренировки. И не обольщайтесь, что на Луне сила тяжести в шесть раза меньше, чем на Земле: к вашим услугам центрифуга, на которой вы будете испытывать перегрузки более десяти «же» и спортзал с силовыми тренажерами.
Преподаватель замолчал, оценивающе обведя взглядом аудиторию.
— А теперь, самое главное, — учитель усмехнулся, — возможно, вам это не понравится. Очень не понравится. Но тем хуже для вас… Вас разобьют на пары. Мужчина с женщиной. Возможно, из этих пар на звездолете образуются семьи. Но вот только это надо будет делать уже в пути. Во время пребывания в бункере любая интимная связь запрещена.
Он опять хихикнул.
— Но жить вы будете в одной каюте. В таком режиме вам надо выдержать пять лет. Не залететь и не поссорится. Кто не выдержит — выбывает. Причем, оба!
Сидящие в аудитории удивленно переглянулись.
— Да, испытания серьезные. Но если вы хотите лететь, вы должны выдержать. Нам на борту слабаки не нужны. Если кому-то это кажется дико, трудно или неуместно можете прямо сейчас покинуть аудиторию и вернуться на Землю.
Один молодой человек спортивного вида тут же встал и гневно направился к выходу, хлопнув на прощание дверью. За ним последовала эффектная блондинка в синем платье. Затем мужчина средних лет в клетчатой рубашке. Остальные продолжали сидеть с хмурыми лицами.