Александр Шлыков – Кандидат. Инженеры Времени – 1 (страница 12)

Кандор и Штоль молчали. Вадим тоже не знал о чём бы ещё их порасспросить. Вроде бы ребята рассказали обо всём.

– А вот зачем вы провернули эту аферу со смартфоном? – неожиданно даже для самого себя спросил Вадим.

– Ну, надо же было тебя как-то инициировать, – улыбнулся Кандор. – А то ты уже начал прокисать в этом своём отпуске.

– Можно подумать, что я туда просился, – усмехнулся Вадим. – Значит, вы взломали базы, скопировали видео и послали Стаховскому. А за год до этого подкинули смартфон в маршрутку. И вся эта бодяга нужна была для того, чтобы я начал думать правильно, а потом решил попробовать прыгнуть в Будущее?

– Вот видишь, мы в тебе не ошиблись, ты мыслишь так, словно тоже закончил Академию стратегов!

– Юморист! – покачал головой Вадим. – А грузовик сгорел…

– Не, не, – Кандор отмахнулся от такого предположения, как от мухи, – это не мы. Я и Штоль искали подходящее происшествие. Нашли его в Китае. Переместились немного назад во Времени, выждали момент. Я поколдовал с персоналом – телепатически. Ну и с видеокамерами…

– Ну да, технически ты же тоже подкован, – усмехнулся Вадим.

– Так и есть. Я забрал будущий артефакт, запечатал обратно коробку на складе. Потом мы прыгнули на год назад, и смотались в Нижний. Я сел в первую же попавшуюся маршрутку, телепатически прощупал мозг водителя, убедился, что он морально готов прикарманить находку, и оставил смартфон в салоне.

– Понятно.

– Да, так оно всё и было. Ну что, ты узнал всё, что хотел?

– Пожалуй. Хотя… последний вопрос. Почему именно 20… год? Почему вы выбрали это время? Это ведь… не близко. А хомо сапиенс пробудут на Земле ещё двести тысяч лет. Могли бы подобрать что-нибудь… где-то здесь, рядом с Гротом.

Кандор усмехнулся.

– А ты наблюдательный. Но что такое двести тысяч по сравнению с двумя миллионами? Это, во-первых. А во-вторых, лет уже через триста, считая от момента твоего появления на свет, ваша цивилизация достигнет таких технических высот, что нам появляться в той эпохе, даже со своими примочками, будет небезопасно. С точки зрения конспирации.

Вдруг Кандор хитро подмигнул Вадиму:

– Думаешь причина только в этих вещах? Нет. Был ещё один повод провести операцию в твоём веке. Помнишь, я рассказывал о петлях, вшитых в ткань Истории?

– Что? Это…

– Да, то самое. Мы просто знали, когда именно хомо сапиенс впервые столкнулись с прыгунами. И замкнули петлю.

– Понимаю, – кивнул Вадим. – Что ж, вот и последний кирпич встал на место.

– Теперь ты готов нам ответить? – еле слышно спросила Штоль.

Вадим бросил взгляд на неё. Лицо девушки было спокойным и немного грустным.

Черников понимал, что пора принимать решение, но тянул, словно пытался опровергнуть известную пословицу о попытке надышаться перед смертью.

– Скажите, – вдруг произнёс он совсем не то, что собирался, – а почему меня не ломает?

– Что? – по лицу Кандора было видно, что он не понял Черникова.

– Я не чувствую хроноломки. Прыгунов всегда колбасит, тянет вернуться в своё Время, я сам такое испытывал неоднократно. А здесь этого нет совсем.

– А, ты о темпоральной болезни! – закивала головой Штоль. – Она возникает в результате воздействия пятой и шестой гармоник колебания Струн. Грот защищён от их влияния.

– А там, у вас? Через два миллиона лет?

– Там всё будет по-другому. Но тебе помогут адаптироваться. Ты не будешь чувствовать дискомфорта, ну разве что очень короткое время, сразу по прибытии.

– Ну, тогда я готов. Готов дать ответ. Я согласен отправиться с вами.

– Не с нами, – как-то грустно проговорил Кандор. – Вы со Штоль прыгните к нам. Я же останусь здесь.

– Это как? – удивлению Вадима не было предела.

– Вот так. Штоль не сможет перебросить нас обоих на такое временно́е расстояние. Хоть она и лучший медиатор из всех, когда-либо живших на этой планете, переместить двоих ей не под силу. Даже для того, чтобы сопроводить одного тебя – отсюда в наше Время, Штоль потребуется затратить невероятное количество сил. Ведь ты намного крупнее и тяжелее меня. Вполне вероятно, что она не выживет после этого прыжка.

– Как же так… – рассеянно проговорил Вадим.

– Это мой долг, – вскинула голову Штоль. – И моя судьба.

Кандор встал, подошёл к Штоль и положил свою руку на её плечо.

– Я буду молиться за тебя. Молиться и изо-всех сил надеяться на благополучный исход дела.

– Ну а ты? – Вадим резко повернулся к Кандору. – Для тебя какой исход окажется благополучным? Как ты будешь здесь? Один? Ведь, как я понимаю, самостоятельно ты отсюда домой не доберёшься?

– А это уже моя судьба! – в голосе Кандора звякнул металл. – И я приму её безропотно.

Черников посмотрел на Кандора.

– Так может, ты вернёшься к нам? Всё же лучше, чем на этом необитаемом острове!

Кандор покачал головой:

– Там не мой мир. К тому же, здесь не так плохо. Система жизнеобеспечения Грота способна функционировать бесконечно, как я думаю.

– Я вернусь за тобой! – Штоль почти сорвалась на крик.

Кандор покачал головой:

– Даже если ты уцелеешь, никто не позволит тебе вернуться. Тебе не разрешат так рисковать ради меня.

Вадим чувствовал себя так, словно ему только что сообщили, что завтра он превратится в попугая. Он был огорошен, смятён и не мог вымолвить ни слова. Поэтому заговорил Кандор:

– Давайте спать. Завтра с утра вы прыгните.

***

«Стартовать» решили из зала с бассейном.

– Вадим, прими свою стандартную позу для прыжка, – ровным голосом попросила Штоль.

– А? – дернулся, было, Черников, но до него сразу дошло, что она имела в виду.

Он уселся в позу лотоса прямо на пол. Штоль встала рядом и положила свою правую ладонь ему на плечо.

– Начинай настраиваться…

В этот момент в зал влетел Кандор.

– Я не мог не попрощаться с тобой. Дай мне взглянуть в твои глаза ещё хотя бы раз, – задыхаясь, проговорил он.

– Кандор, – произнесла Штоль, и, хотя видеть он этого не мог, Вадим понял, что по её щекам потекли слёзы. – Я бы хотела прожить эту жизнь с тобой. В этом мире или в любом другом…

«Почему они прощаются по-русски? – вдруг подумал Черников. – Не хотят смущать меня? В такой-то момент? Странные создания…»

Из горла Кандора вырвался крик, и он выбежал из зала. Штоль громко всхлипнула.

– Начинай настраиваться, – повторила она.

– Может, подскажешь, как это лучше сделать? – спросил Вадим, больше для того, чтобы отвлечь девушку от катастрофы, которая сейчас бушевала в её душе.

– Устреми свои мысли в Будущее. Не пытайся представить его, как ты это делал в прошлый раз. Думай о нём как о бесконечности Времени и Пространства.

Вадим сконцентрировался. Вероятно, с его организмом и впрямь произошли какие-то перемены. Раньше прыжки требовали от него значительного умственного и физического напряжения, сейчас же он почти сразу почувствовал, как входит в транс.

– Ты «ложишься на Струны», – откуда-то издалека Вадим услышал голос Штоль. – сейчас я подхвачу тебя…

Глава 4

Они очутились в каком-то каземате. Вадим стоял на коленях, держа неподвижное тело Штоль на руках. Девушка выглядела… краше в гроб кладут. Но она была жива, Вадим видел, как судорожно вздымается её грудь. «Надо бы уложить её хоть куда-нибудь» – подумал он. В этот момент в стене каземата распахнулись двухстворчатые стальные двери, поначалу даже не замеченные Черниковым. В помещение ввалилась целая толпа. Трое из прибывших тащили за собой каталку, на которую они сразу же принялись укладывать бесчувственную Штоль. Нацепив какие-то датчики на голову и запястья девушки, эти «медбратья» тщательно укутали её блестящим покрывалом. Вадим, протянул руку, он хотел дотронуться до Штоль, но какой-то мужчина в сером мундире и с непонятным оружием на ремне преградил ему путь.