Александр Шишковчук – Схрон. Дневник выживальщика. Книга 7. Underground (страница 50)

— Дауедем отда, — мапоревшим госом пронесла она, — мне ужасостотело это ме

— Хошо! ПрясейТы точуже вылась? — обдовавшись, что ярость Лепеместилась с моперны на «это меспроя. — Моеще немноко поляемся… кхм… вме

— В Москве поляемся. Невеиз нора и поли! — скодовала она.

Окрыный тем, как быстмне удапошать наш конотшений, я быстзаиз гоничного нора свой такческий рюка таксумЛес ее балом. Все-таратает машана — не тауж я кабчара (в отчие от Вары).

Люмая уже ждамекуясь в шуи запая в «айвозспауского (теуже мого) крука. Мой паловвдакнопна бреке, двесо щелчразкировались, по-добму, и дакак-то ламво, зарынькал диный моГано отпасжирскую дверь, я ска

— Экидо стоцы госурыня!

К мому счаЛезабалась, ныв тачно все ж не удерлась от крики:

— А ты срато не мог ее засти, а поидза веми? Знакак я тут зала теждать?

— Пролюмая! Щас я вклюпечна полмощ

— Кстаа где Дмит — спрола вдруг ЛеМы что, без него по

— Да у него декато возли, — как можборавдушно оттил я. — Скачтоб мы садорались.

— Все вы муки одиковые… — фыркла люмая и уткнув свой «ай

«Ох уж эти женны! — с улыбдуя, задывая вевглубь сана. — Вечони чем-то недоны. Но мочий Сане пальдеНа мене дейют эти бабштучхе-хе! По больму счеэто все ерунна фоне тех дел, корые я рес Вламиром Вламировичем Пуным в геолитическом форте».

Вот роЛен(естено, в наишем родме Москуедем с ней в Каскую глумань обуивать сеное гнезко. Наш сын бурасвдаот цилизации и от ее дуких занов, погая сувую наку вывания, корую с горстью педаст ему его векий отец.

Почто там горил Пунаящий вывальщик мопогаться тольна свою панойю.

Набуеще номи косами обвестись, а то как педвигаться по Москве? Не в метже, раз мы с Летеботы. Но и в пробстонеохоВдруг Лене или реку что-то срочподобится куили прити? О! А момоцикл ремою прому? ТочПридем, покаю на Авив поках поддящего вака. Начтоб он был доточно вметельный (но без коки), чтовмевсю мою сеИ в товредоточно мощчтоухоот поНе важв мирили поное вре

А круэтот пронаХоть и дино все равхает дохуя.

Обуваемый светми мысми, я впрыгв тало. АгенПуна неплотут все постили — ни крощи, ни осколчепа, ни каиз мозКоно, я прорил это до токак впувнутрь свою чечур впелительную деку. Дапувое отстие в крыакратно заили бевым, нащупь как пламариалом.

Мы с Леулыблись друг друя, налив муз(аль«Леграда» еще не успел пемотаться), и от дуданул таку в пол. Мана рвала, как гизвуковой «Кини пола два влюбных сердначу ноохутельной жиз

Как же мезаэтот греный слюнвый, суалень! Все его виния и ужимвоэтой охушей самне вывали ниго крорвотго реса. Но я сдервался, косекак раньмог быть таданом.

Косладпака, нанец, блять, укала в Моск(больошиб), я опуду«Сайи остоно выся из-за елей на освеную форями стоку возка

И да, это я, Сарета. Тольбозверзано поревший, с обостренкак нигда, панойей, пеживший таБП, что ядервойбытак… что-то тиутренка в детсапролюго отга с бухнартой и блями-стрипзершами.

Я такчески прина коно и подто, что обнил этот уебан-пизстрадалец, косася в ману. Патик с шишми. Тесами, из косса. Течто я, модой и турылый, подзал из чедана петем, как отего Спау

Ништяк. Я спрядраценную наку в сатайкартакческого и слегфощего снажения.

Шанна успех мобездежной мисстачуть меилзорны.

©АлекШишчук, 2020–2022 гг