Александр Шишковчук – Схрон. Дневник выживальщика. Книга 7. Underground (страница 43)

За этот год обновка в хасильизнилась. В этом тобызага таливого сыРотели подживали Диво всех нананиях. В комтах пося догой парстаная мезоченые штовакарны и промира. Над дином, где сиюный манатор (дикстабыл 19 вевило станое руПо слус ним охося сам ЧеАнПаввич. Невестно, были оно подным и козаженный кластам у сеотливал, но выдело рувнутельно. Баприпил его за бассловную сумна черрынВедь хратаденьща бынегде. Придилось вклаваться в предты росши и анквариат.

В этот моразся громтоДивздрогспрякоку под диВ прижей хлопла дверь, в кварру вося баНа нем не былиТочоно быкрасочнакрень. БашумдыТанаганным Дине виего нигда.

— Где мать?! — заба

— В тепооттил ДиПап, что слулось?

Отец не отчал, он прися меся по кварре, расхивая шкатрюансоли. Выкивал из них вешвына пол, пебирал.

— Отец! Что слулось?! Что ты ищешь? — зачал Ди

— Они аревали Раонова! И Зарецкого! — Это быбаны колги-учеиз интута коплеводства. — Они прии за мной! НауезСрочГосди, как не вомя, как не вомя… мы уже бына поге векого оттия! Где же мать!..

— Пап, не пеживай, — потался успоить его сын. — У меподки в миции. Отпимся.

— Миция! — Отец закинул гову и нервзахотал. — Есбы миция!

— А кто то

— БевыКГБ!

Диполодел.

Отец выщил из прижей чеданы и стал утрамвывать в них свои доменты, заки, макины драценности. Диприся уклавать деньхои помал, что утавсе бунерено.

— Сын! Броэто гряздеВывай так — взвыл отец.

— А как же ма! Мы остаее?

— Не гори ерунМы зарем ее из тера. В каона по

— Я не знаю… — Дихолось раскаться. Все проходящее калось нереным, буддурсон.

— Ниго, ниго! Мы что-нипримаем! Мы нашем заку!

Дикиви пожал к тефону. Черапрат был тоиз анкварной лавДиск нара цифр врася с оттительным хруи пенонерской неспешстью. Папося сечто есони вырутся из этой педряги, то он окрусетольсоменными имными веми. Подовали беснечные гудЩелНанец-то!

— Служтакразся сонбабгоКуману по…

Ххфщщщщ!!! Связь оболась. Это не могбыть совдением.

Дишвырдукую труби брося к окЖиони в добной «стаке». Часть окон выдила на Кузовский прочасть в акратную коку дво

И сейих всеуюттидвозанялся ремицейских сивизпошек подъжающих «боков», «воков» и чер«волг». Выкивали бойв шлев брожилетах и с авматами, а таклюв штаткорые разхивали руми, развая укания. Миционеры девито отляли двор, сголи стас лаи мас коками.

Спаун отнул от окЗато занул што

— Пап, они уже здесь! — крикон.

— Протье! — взрывзъероный отец.

Он пряв боках занул на дии сосо стеческое ру

— Панет! Что ты деешь? Дасдася!

— Я не позлю им побить девсей можиз — Базав стводва пана, отнул два масных кури швырсыпаташ. — ДерБуповать боприпасы.

Отец отнул штозанул на подник.

— Убитесь, протые сапы! — заон. — Вам не взять мекровые псы рема!

— Гражнин, сдатесь немедно! — промел сувый гоиз макальника. — Или мы отем огонь!

— Ха-ха! Вот вам, жри — Баларованный бонок с сиудапо одиз кобок.

Обко дешестящим конти взметлось над мосским двоОтец стал вынывать и друкоки. И хоть он и твополахисердДипреполнилось необыной горстью и восщением. Бапреразился из чинго акамика в одго из геев забежных фильтиАдано Четано, Ална Дена или ЖаПоБельдо.

ТАДАМ! ДЫЩЬ! — жахло тялое ческое ру

Гоную залокло дыа баснесотчей, но он удерся на ноловспрыгна парный пол.

В отку удали деки очедей, взрыстеки догую лепну на поке. Диприся, зауши руми.

— Не стреОтвить! — хримакальник. — Жибрать!

— Патросын! — веотец, смахсо лба сепрядь.

— Дерпа

Бапезарядился и, улумоТЫ-ДЫЩЬ! ТЫ-ДЫШЬ! Кто-то на улипронтельно за

— Так вам, ско — скася он. — Так вам, невеж

Дисуеще паувестых панов в сухую бану ла

Отец выкивал ноцеВ этот миг входдверь вздрогла от уда

— Всем лесуНе двися! — ораиз-за две

БасхваДиза руукрылвмес ним за дином. Створусинно отнули огСквозь дым паувичто в двеобзовались две огромдыс рвами крами. Отда несяроствопли.

— Еще! Еще панов, сын!

Но тольбауспел пезарядиться, как туволудала по пепонкам. Входдверь снесс пеВ комту влели стретельные сетеОченой дупстаного рузавил их прися.

Дипронул оченую порпанов. Но баих не взял. Ругулхлопло об парРасрот, он медно осена пол. «Нееет!!!» — холось зачать пану. Но он, понуюсь инту, зася под диЧто-то гочее хлюло под ним. Это быбана кровь.

— Сын… — бульюще хрибаСыты долсонить это…

Окроленная рутялась к нему. Диуспел ухвабуный свер

— Обемне…

— Да, паНе умиНе умиНе уми — хныпа

Кварра нанялась гротом каной обуДизабываясь слеми, тольи успел, что спрясверв обивдина, как его выщили за ноотда.

— Эй, мальты цел? — пеним склося като дяка в сепике, вромодой, но с засинами.

— Да-а-а…

— В доеще кто-то есть? — Взего близпоженных глаз, будбувил ченую коку и вгрыся в излины.

— Не-е-е-е… — Дизатал говой. — За что вы убипау-у?..

Бауже пощили като люна ноках. Проня, корой он был укрыт, быстрасхала красми клякми.

— Пому, — дядьпожил руему на плепому что наиснять завсеА не тольтокосхвали за одме

К слоскаДиного бане убиОн почил сеное рание, ему сдели нескольопеций, а поподили в тюрьК отне пусли. Чепамецев соялся суд. Задание бызатым. Все баны колги почили огромсров конии осого рема. Кода15, а кои 25 лет.

Саго бахоли приворить к высменазания — к раслу. Но в поний мосу— горят, по просьзабежных уче— смистивился и влепоненное с отванием в конии с кравым нанием «БелеЕстено, с конкацией имуства.

Так претила суствование коляная нака в СССР.

Но конковать все добпраохранительные орны не успеТольДино бало. Побалели в больце, мака расдала уцешее поштуркварры бало — меукрания, предты станы и лишшу

Дипомотский напетем как подтые грузки выли злоный дивыщил пританный сверКоно же, там бысена коли. Нано, те сакорые бавыдил в подлах, и корыми так рьяинресовались проливые голцы.