Александр Шарапов – Когда улыбается небо (страница 3)

–Я -не против. Интересная теория, философская, – выслушав женщину, произнес Максим. Они медленно двинулись дальше.

–Да, знаете, одиночество иногда заедает, есть время поразмышлять. А вы не согласны со мной? Если нет, то обоснуйте.

–Я думаю немного по-другому. Мне кажется, что свою судьбу мы делаем сами. Давайте перейдём на вашу систему координат. Думается, что при рождении перед нами открывается много извилистых узких тропинок. Мы выбираем одну из них сами, осознанно. Кто-то интуитивно, кто-то математически вычислив более короткий и выгодный путь, кому-то подсказывают родные и близкие, а иным силы с небес. По мере взросления, осмысления целей мы выходим на более широкие и ровные пути, а значит, удобные для воплощения своей мечты. Часто мы сами прокладываем дороги в нужном нам направлении. Чтобы было короче и красивее. Мы бьёмся, что называется лбами о стены, рушим преграды-невзгоды, строим мосты и переправы через пропасти и реки неудач. Постепенно появляется потребность прокладывать свой путь не только по горизонтали, но и на подъем, наверх, к высокой мечте. Это процесс бесконечный в рамках одной жизни. Человеку не свойственно стоять на месте, он всегда в движении в том или ином направлении. Иногда и назад, в свое прошлое. Ваши каналы счастья по обочине своего пути мы роем сами, мы ставим столбы истины, вместо километража. Да, да, именно столбы, а не реки. Это наши ориентиры! Чтобы не заблудиться! Истина, в моем понимании, – это не аморфное тело, а что-то твердое и вечное, незыблемое, базис, аксиома. Некоторые не могут построить свою дорогу. Тут я согласен, что они бродят по чужим, обходя установленные кем-то зарубки. И от этого все их проблемы.

–Столбы истины – это что-то новенькое. А как же старое выражение, что истина в вине, а это тоже вода? Но ваша мысль – интересна.

–Тогда уж и я добавлю «отсебятину»! Скажу, что истина не в вине, а скорее, на дне стакана. Только испив напиток, получив опыт, можно судить о его вкусе. А дно – это нечто твердое. Нельзя ведь высказываться о вкусе, скажем шоколада, ни разу его не попробовав? А вообще, вам не кажется, что мы зафилософствовались? Тем более, что в нашем случае бытие определяет сознание. Сегодня мы принимаем мир таким, каков он есть, но подспудно стараемся его переделать под себя, под свои привычки, под свое воплощение мечты. То есть используем сознание, как двигатель бытия.

–Вот, мы с этого начали. Всё уже предрешено, не нужно пыжиться и пытаться сделать что-то невообразимое, чтобы удивить мир! Надо идти по судьбе ровно, без «заскоков». И дышать полной грудью тоже ровно. – Женщина, демонстрируя свои слова, вдохнула полной грудью. Бюст женщины поднялась так высоко, что Максим невольно засмотрелся на эту часть ее тела. Наташа, ни сколько не смущаясь, выдохнула и продолжила. – Тогда дойдёшь туда, куда хочешь. Кстати, мы почти пришли. Вот мой дом. Спасибо, что проводили.

Проскурину очень не хотелось расставаться с Наташей. Он мог еще болтать и болтать. За эти двадцать минут он успел привыкнуть к новой знакомой. Ему уже казалось, что они были знакомы давным-давно. Возникла долгая пауза.

–Максим Леонидович, мне было очень приятно с вами пообщаться. – Как более решительная прервала молчание Наташа. – Давайте, ещё раз встретимся, поболтаем о столбах истины, о реках Судьбы. Вы не против?

–Только «за»! Я просто не решался первым сделать такое логичное предложение, хотя очень этого хотел. В смысле думал, как продолжить наше неожиданное знакомство, – невнятно, опустив глаза, пробормотал Максим.

–Вот и славно. Давайте обменяемся телефонами. Ой, конечно, номерами телефонов. Ох, уж эта неточность! Ну, вы поняли меня. Я иногда болтаю так, что знакомые вертят пальцем у виска. Это не пройдет, это… Впрочем, опять разговорилась! До свидания!

Они договорились о встрече и расстались. Максим шел в приподнятом настроении. С недавних пор он вел замкнутый образ жизни, предаваясь, привычной грусти о прошлой жизни, об ушедшей жене. Сегодня его не мучила совесть, наоборот чувствовалась некая легкость внутри.

С этим настроем он пришел домой, разделся. Сел на диван. Мысли уносили к утреннему происшествию, вызывая чуть видимую улыбку на лице. Славная она, эта Наталья Ивановна. И красивая. Хороший сегодня денек, хотя и странный. Проскурин почему-то припомнил грудь его новой знакомой. Вернее ее импозантный подъем до неожиданных высот понимания вдовца.

Неожиданно раздался звонок.

–Алло! Максим Леонидович слушает.

–Извините, Максим, это я, Наташа. Представляете, я тут ещё раз решила посмотреть это непонятное кольцо. Знаете, я нашла гравировку на внутренней стороне! Представляете! Здесь три буквы, инициалы хозяина, наверно. По ним можно попытаться найти того, кто его потерял! Как вы думаете?

–Да, три буквы. Так и было. С внутренней стороны. Погодите, с хозяином. – У Максима почему-то пробежали мурашки по коже, застучало в висках.– Лучше скажите эти три буквы. Нет, постойте, давайте попробую я вам их назвать, хорошо? Только ничему не удивляйтесь.

Максим был уверен в том, что он знает эти три буквы. Он не понимал смысла этой уверенности, тем более того, как такое может быть, но сейчас был готов поспорить с любым в своей правоте. Эта убежденность заставила его сесть в кресло и выдохнуть.

–Наташа, там написано «ЛЕД»? Да?

–Да-а-а! А как вы…? Это что? Ну, дела! Вы – экстрасенс? Такого не может быть! Максим вы знали? Это розыгрыш? Или это ваше кольцо? Как вам это удалось, на расстоянии! Расскажете?

–Наташа, – Максима трясло. У него размякли ноги, – я потом всё объясню. Нам надо поговорить. Если можно я сейчас подъеду.

–Вам что, плохо? Что с вашим голосом? Может «Скорую» вызвать? Максим, что с вами?

–Наташа, мне хорошо, я просто плохо соображаю сейчас. Весна, наверное. Так я подъеду? Можно?

–Хорошо, хорошо, не волнуйтесь вы так. Приезжайте, я вас буду ждать. При встрече все объясните. Ну, вы даете! Как вам это удалось? День сегодня точно очень странный.

На том конце отключились. Он открыл окно. Был ясный весенний день. Он глубоко вздохнул, посмотрел на небо. Оно улыбалось…

Глава вторая. Никакой мистики

Здание нашего бытия состоит из прямоугольных равных кирпичиков. Оно выстраивается каждым из нас постепенно, с чувством, с толком, с подгонкой граней и уровней. Тут важен и раствор, и отпущенное время. Мы пытаемся строить наше будущее осмысленно, раскладывая все по полочкам на много лет вперед. И случающиеся отклонения от нормы – это простые недоразумения, на которые не стоит обращать внимания. Так нам кажется. Они всегда поправимы, поэтому не стоит и волноваться. Но иногда знаков свыше случается слишком много. Так много, что однажды ты уже не можешь делать вид, что эти мелочи никого не интересуют, что их можно игнорировать и дальше. И хорошо, если есть умение сопоставлять, анализировать, делать выводы. Но большинство из нас пытается оставаться в прежнем своем мире, невзирая ни на какие сигналы со стороны. А ведь эти случайные отклонения иногда и есть наша Судьба! Так, только к концу жизни, методом проб и ошибок мы приходим к выводу, что жизнь – это череда скорее случайностей, чем закономерностей. И эти моменты запланированы самим мирозданием из вселенского космоса. Это можно понять только с высоты прожитого.

Прошло уже несколько лет с того удивительного для Максима и Натальи дня, когда мистическим образом кольцо с надписью «ЛЕД» вновь объявилось в Судьбе Проскурина. Немало было догадок и предположений по этому поводу. В конце концов, все бытовые и криминальные версии были откинуты. Максим всегда пытался объяснить все необъяснимое. Он не верил ни в какую мистику и понимал, что достаточно иметь нужный объем знаний, информации, какой-то жизненный опыт, чтобы все объяснить. Он подумал, что если ему пришла в голову такая идея с гравировкой кольца, то почему не может существовать еще некто в этом мире, кто мог сделать то же самое? На том и порешили остановиться.

Тем не менее, Наталья и Максим после такого случая не стали долго искушать свои одинокие судьбы. Уже через полгода они расписались. Наталья стала Проскуриной, а Максим снова женатым мужчиной. И уже через год у них родилась дочь Есения, которая по какому-то стечению обстоятельств появилась на свет в день рождения его бывшей супруги. Это почему-то уже никого не удивляло, даже казалось, что по-другому и быть не могло.

Короче, этих мистических моментов в жизни Макса, как теперь именовала его новая жена, набралось столько, что он частенько стал призадумываться о Вечности, о Душе, о Боге. Он переосмыслил многие постулаты своего существования. Это немного пугало, но и давало стимул к действиям. Самое главное, теперь он спешил жить! И всегда переживал, когда день проходил вяло, буднично, без результата! Проскурин стал верить в то, что все эти знаки, вся эта мистика, во-первых, объяснимы, во –вторых, не случайны. И это вовсе не чудеса, а закономерное построение совершенного мира для отдельно взятого человека. Ему стало понятно, что откуда-то свыше ему хотят сказать нечто важное! Но что? Этого он не мог уловить, собрать воедино все эти сигналы. Суть таких посланий не выстраивались в одну линию. Только зигзаги! Оставалось просто ждать. Нет, просто жить! Как говорят автослесаря, любой стук двигателя, в конце концов, всегда выйдет наружу.