Александр Шакилов – Пусть умрут наши враги (страница 48)

– Это воронка от взрыва очень большой, очень разрушительной бомбы, – Зил сказал то, что и так всем было ясно, просто чтобы не молчать сказал. Уж очень его угнетал вид кратера. – Или ракеты. Такими штуками предки убивали друг друга много лет назад.

– Говорят, в этих местах живут страшные чудовища, – Траста тоже впечатлил вид кратера.

Сплюнув, Ларисса кивнула – мол, точно, толстый, говорят, да.

– Скальные драконы, скальные драконы… Никто из чистокровных их не видел, зато все говорят. Маленьких деток ими пугают. «Вот будешь себя плохо вести, прилетит скальник, укусит за бочок и утащит тебя в кратер, где такая сильная радиация, что ты ослепнешь, у тебя выпадут волосы, зубы, из глаз и попки потечет кровь, и ты умрешь».

– Ты-то откуда такое знаешь? Ты ж не чистокровная, ты ж из клана Стальной Саранчи, – не ко времени у Траста прорезалось его сомнительное чувство юмора.

Под ногой Зила хрустнуло. Он опустил глаза – ага, наступил на поросшую бурым мхом грудину. И таких костей вокруг было разбросано немало. И некоторые из них были еще совсем свежими, с остатками мяса на них и пятнами свернувшейся крови вокруг и рядом. Тянуло тухлятиной от валявшегося мерах в двадцати от союзников трупа кратерной козы. Эти козы очень похожи на тех, что обитают в лесовниках и на равнинах, такие же шестиногие, с фасеточными глазами и недоразвитыми прозрачными крыльями на спине. Отличаются они только тем, что на кончиках их лап не копыта, а по два мощных когтя-зацепа, с помощью которых кратерные козы ловко карабкаются по самым отвесным и неприступным склонам Долины Смерти. Ну и шерсть у них такого же цвета, как и мох, растущий на склонах. Замеченная лешим коза выглядела как живая, – прилегла немного отдохнуть – вот только рогатая голова у нее была неестественно вывернута. Козу убили походя и от сытости не стали есть, даже не укусили ни разу. Это обнадеживало.

– Плохо, очень плохо, – Тайгер тоже заметил кости и труп. – Похоже, скальник из нашего кратера недавно хорошенько подзакусил, а значит, мы ему как добыча в ближайшие сутки будет неинтересны.

– Что ж тут плохого? – удивилась Ларисса.

– А то, что долго нам нельзя здесь оставаться. Кратер хоть и чистый, но радиация тут все-таки есть.

– Пока скальник сыт, он нас не тронет. Целые сутки ему не будет до нас дела. Мы спокойно перейдем на другую сторону кратера, – Зил не мог понять, к чему ведет Фелис и что его расстроило, ведь все складывалось наилучшим для союзников образом.

– И как же ты собираешься перебраться на ту сторону, дорогой мой ученик?

– Держась за мох, спустимся вниз, потом поднимемся…

– У тебя что, есть такие же когти, как у козочки?

Зил промолчал.

– Или ты думаешь, что мох, едва-едва укрепившийся на гладких склонах, выдержит вес твоего тела? Или моего? Если так, то ты ошибаешься, мой дорогой ученик.

– А если обойти? Ну дадим крюк, ничего страшного…

– Радиация. К тому же, промежутки между кратерами заминированы.

И вот тут уж Зил вскипел:

– Если ты знал, что нам никак не перебраться на ту сторону, зачем ты тогда нас сюда привел?! Вернуться мы не сможем, мы погибнем на равнине без воды!

– Ублюдок специально заманил нас сюда! – на обветренных в пути и загорелых щеках Лариссы проступили багровые пятна. – Он обрек нас на мучительную смерть! А я говорила, что нельзя верить полукровкам! Говорила!

Хэби зашипел. Траст встал между ним и Лариссой. Шершень угрожающе расправил крылья. И Зил понял, что от единства союзников, которое сплотило их при первой встрече, и от взаимопонимания, достигнутого в Древе, почти что ничего не осталось. Они вновь стали заклятыми врагами, вот-вот сцепятся. А это уж точно никак не поможет ему пробраться в Инкубатор Минаполиса и спасти маму с сестрой.

– Тихо все! – рявкнул он. – Фелис, если есть какой-то план, самое время о нем рассказать.

Когда все замолчали, тайгер заговорил.

План у него был такой: перебраться через кратер по воздуху. А раз перелететь помеху на пути мог один лишь пирос, который слишком слаб для того, чтобы перенести кого-то, следовало воспользоваться услугами со стороны. К примеру, попросить об одолжении скального дракона. Или просто подчинить его себе.

– И уж это твоя забота, Ларисса. У тебя есть нужный дар.

Идея Фелиса поначалу не вызвала восторга у союзников. Зил даже подумал о том, чтобы столкнуть в кратер мерзкого старого кота, совсем выжившего из ума. Но потом, хорошенько все обмозговав и обговорив, они пришли к выводу, что да, это безумно, да, никто так не делал, но ведь никто и не пробовал.

– Может, получится… – пробормотала Ларисса, глядя на дно кратера. Там по ее мнению прятался дракон, хотя Зил никого внизу не видел. – Я… Я попробую!

– У нас все получится, – заверил союзников Фелис. – А пробовать не надо. Надо просто все правильно организовать.

Однако леший не был уверен, что это верное решение.

– Ларисса, подумай: одно дело справиться пусть даже с диким необъезженным птером, по природе своей поддающимся дрессировке, а другое – с громадным скальным драконом. Он же тебя или, скажем, Траста съест – и не заметит даже.

Услышав свое имя, рыжий кивнул:

– Точно. Я вот не слышал ни разу, что кто-то когда-то скальника приручил.

– Значит, я буду первой, – заявила Ларисса. – Или у тебя, Зил, есть другой план? Или, ты, Траст, умеешь летать? А может, вы, мальчики, оба решились-таки на прогулку по минным полям?

На это лешему и Трасту возразить было нечем.

– Все, хватит болтать, работаем. Прежде всего, нам нужна приманка, – сказала как отрезала блондинка. Ее не поняли, и тогда она объяснила: – Как рыбаки ловят жерехов, которые в сети не попадают, кто-нибудь знает? Нет? Насаживают на крючок приманку, забрасывают в воду, а когда рыба клюнет, подсекают и подтаскивают к себе. Так и мы сделаем с драконом. Нам для этого нужна только приманка. А только дракон будет рядом, уж я им займусь!

Траст и Хэби тут же предложили себя – мол, лучше, чем они, никакой приманки на Разведанных Территориях нет и не было. Похоже, парням просто стыдно стало за недавний всплеск неприязни и злобы, когда полукровки и чистяки едва не атаковали друг друга. Однако Ларисса обоим отказала. А вот не годятся: один слишком толстый и морда слишком рыжая, а у второго кожа чересчур голубая. По ее рыбацкому мнению ни Зил, ни Фелис тоже не годились.

– Приманкой будет Шершень. И никто другой.

Честно говоря, Зил испытал облегчение, что не ему доведется выманивать скального дракона. Он плюхнулся на упругую моховую подушку у края кратера. Глаза нещадно слезились и чесались, но лучше не трогать, иначе еще хуже будет.

– Почему именно я? – поинтересовался Шершень у Лариссы.

– Потому что ты – та самая приманка, на которую должен клюнуть дракон, пусть даже он осоловел после сытной трапезы и собирается уснуть. Лучше не придумаешь.

К похвале чистокровной девчонки Шершень отнесся более чем равнодушно. Его интересовало иное:

– Почему это он должен? Он – дракон, он никому и ничего не…

– Ты щучар ловил когда-нибудь? – перебила его Ларисса и, не дожидаясь ответа, рассказала секрет успешной рыбалки: – Даже если щучара не голодна, она никогда не пропустит проплывающего мимо хищника меньшего размера. Хороший рыбак сделает блесну, похожую на некрупную щучарку, и правильно закинет ее в нужное место. Ясно? Для скальника такой блесной будешь ты, Шершень. Ты мельче дракона, и ты будешь летать над его охотничьими угодиями. Кто угодно занервничает, появись у него вдруг конкурент. Даже сытая зверюга. Особенно – сытая и озабоченная тем, что на ее будущую пищу посягает чужак.

По задумке блондинки Шершень должен был взлететь и чуть покрутиться над кратером, а потом держаться края, чтоб быть неподалеку от поросшего мхом валуна пять мер высотой, за которым она – и все остальные вместе с ней – будет ждать в засаде. Шершень выманит дракона и сделает так, чтобы дракон за ним погнался и сел на землю у валуна.

– А уж дальше моя забота, – она подмигнула пиросу. Вышло неловко, глаза у нее, как и у всех, были воспалены, и Зилу стало ясно, что Лариссу уже не отговорить, что она теперь пойдет до конца, это кураж вроде того, что заставляет самого лешего совершать отчаянные поступки.

– Ты когда-нибудь видела скального дракона? – тихо-тихо спросил у Лариссы Шершень.

Она мотнула головой, косицы рассыпались по плечам.

– А я видел однажды, – Шершень повернулся к Фелису: – Босс, а если я откажусь?

– Не откажешься. Это приказ, – тайгер, похоже, засомневался, что ястребок не воспротивится его воле, вот и принялся увещевать: – Ты пойми: иначе нельзя. От твоего успеха зависят наши жизни. И твоя жизнь тоже. Отступать нам некуда, а домой попасть мы можем только по воздуху. На территорию врага нас закинули дирижаблями. И на них бы мы вернулись, если б подали сигнал по передатчику. Но у нас нет передатчиков. Поэтому за нами никто не прилетит, никто нас не эвакуирует, понимаешь? Сам-то ты можешь перелететь через кратер. А мы – нет.

Шершень замер. Кончик его оперенного хвоста завибрировал.

Да он же сомневался и раздумывал, какое решение принять! Взгляд огромных глаз скакал с одного лица на другое, устремляясь ко дну картера и к небесам, останавливаясь на полосатой роже босса и опять пускаясь в путь. Шершень до жути боялся угодить в когти скального дракона, он не хотел умирать, и он мог, бросив союзников, спастись, никто ему не помешал бы. Но еще больше Шершень боялся стать предателем, взять на себя ответственность за гибель соратников и чистяков, к которым он уже, положа руку на сердце, привязался.