Александр Шахов – Управленец (страница 13)

— Ты довольно часто стала прибегать к моим силам. Надеюсь, ты меня не подведёшь, — сказав это он исчез, как и всё вокруг.

Вдруг Азалия оказалась перед небольшим домиком в лесу, возле которого в траве играли две девочки десяти лет. Пустив слезу, девушка не стала отвлекать сестёр от игры в кукол и обогнула здание, где на скамейке сидели родители.

Престарелая пара обнявшись, и, укрывшись пледом, наблюдала за природой, совершенно не удивляясь появлению дочери.

— Здравствуйте, ну, как вы тут? — стараясь скрыть слёзы, спросила брюнетка.

— Вышли с матушкой подышать свежим воздухом, — отвечал старик, — Проклятый озноб совсем одолел, никак согреться не можем.

Погладив стариков, Азалия вошла в дом, где девушка, немногим моложе её, тщетно пыталась разжечь печь. Заметив старшую сестру, она недовольно сказала:

— Это какой-то ужас! Совсем не горит, а в доме холодно как в погребе.

Необоримый холод, что одолевал жителей хижины, был тем самым способом, через который Талльм вытягивал из них энергию, что тратил на поддержание этого карманного измерения и собственную подпитку. Немногочисленная семья, будучи в нематериальном пространстве не подвластном времени не осознавала, что сидение на лавке и попытки растопить очаг длились уже много лет. Для них это словно непрекращающийся сон, в ходе которого можно прожить целую жизнь, а можно есть суп и никак не доесть прямо до своего пробуждения.

В таверне

— Уже и не припомню, когда она в последний раз спала, — Гвенет решила воспользоваться отсутствием старшей подруги и начала выводить мужчину на беседу. — Обычно, когда она раньше засыпала её было очень трудно разбудить. Так трудно, что мне приходилось оставаться на ночной дозор, чтобы никто не воспользовался её беспомощностью.

— Давно вы вместе? — спросил Горий.

— Десять лет. Когда мне было одиннадцать она спасла меня от стаи волков, что загрызли мою семью и помогла отомстить.

— Помогла отомстить?

— Она уже тогда была служителем Талльма и помогла мне заключить с ним сделку. После чего её отряд вырастил меня и обучил всему, что я сейчас умею, — улыбаясь, видя недоумевающее лицо собеседника, поясняла блондинка, медленно поправляющая волосы. — Да, она немного старше чем выглядит.

— Отряд? У неё был свой отряд?

— Ну да, их было несколько, когда они спасли меня. Помню с одним из них у неё даже был роман.

— Куда все они делись?

— На тот свет, — Гвен ухмыльнулась. — Рыцари белого ордена покрошили нас как мальчишки палками крапиву. У нас даже шанса защититься не было. Всех, кто был мне дорог убили, твари. Всех… кроме неё.

Заметив, как голос девушки начал дрожать, Горий приобнял её, прислонив к себе в попытке утешить.

— Понимаю тебя. Я тоже потерял всех, кого любил, — чувствуя подёргивания и тихие всхлипы, мужчина принялся поглаживать плачущую Гвен.

Вскоре он почувствовал, как его обхватили тонкие женские руки. Девушка изменила положение тела так, что они оказались в объятиях друг друга, а их взгляды встретились.

Чувствуя вкус её дыхания и, заподозрив что-то неладное, Горий хотел отодвинуться, но Гвенет противилась этому, надвигаясь всё больше. Вдруг она проскользнула по его щеке рукой и прислонила пальцы к его виску. Голова почувствовала слабое тепло, а почти неразличимая радужка карих глаз девушки загорелась цветом огня. Внезапно Горий почувствовал страстное желание поцеловать её, но прежде чем он что-то предпринял она сама впилась в его губы.

Горячий поцелуй, сравнимый с безудержными глотками холодной воды после долгой жажды длиною в жизнь, продолжался и продолжался, грозя перерасти во что-то большее, но вдруг скрип кровати Азалии заставляет слившуюся в поцелуе пару оторваться друг от друга.

Вместе с разрывом исчезло и желание, имевшее столь большую силу, что её мгновенное исчезновение не могло не удивлять.

Азалия поднялась будто после кошмара и села ещё какое-то время не совсем осознавая, что происходит. Спустя какое-то время она пришла в себя и уставилась в одну точку.

— Всё хорошо? — спросила подругу Гвенет, на что получила грубое:

— Да…

Этот тон был ей очень знаком, и он значил: «Оставьте меня в покое». Тяжело вздохнув блондинка повернулась к окну и продолжила разглядывать ночное небо.

Горий же, не зная, что делать, молча вернулся в свою кровать, но уснуть так и не смог.

Прокручивая страстный поцелуй, он не мог простить себе грядущей засады, но признаться во всём что-то не позволяло. В этих душевных терзаниях прошла вся ночь и весь день.

За завтраком, ради которого трое решили спуститься вниз, так как нормальных столов в их комнате не было, Гвенет не сводила глаз с Гория, вспоминая ночное событие. Странное поведение было замечено старшей подругой, но, зная о симпатии Гвен к клиенту, она не стала обращать на это внимание.

У конезавода

Покинув таверну уже утром, трое бродили в окрестностях владений Эбура. Полагая, что все ближайшие ночлежки уже переворачивают в поисках предполагаемого убийцы, Азалия настояла на раннем выходе. Единственное, что её успокаивало это то, что колотые раны, обнаруженные на придорожных трупах, отметут на первое время подозрения об использовании магии. А это значит, что подключения к расследованию какого-нибудь чародея, способного раскусить природу нападавшего, можно ожидать ещё не скоро. А может, его и вовсе не будет, на что и были все надежды.

Обосновавшись в укромном месте, с которого открывался хороший обзор и можно было бы увидеть чьё-то приближение, напарницы со своим клиентом принялись ожидать заката. Гвенет то и дело норовила привлечь внимание мужчины, а в идеале и вовсе снова оказаться с ним наедине, но мешала старшая подруга. Горий же наоборот любыми средствами старался не давать влюблённой северянке шанса на интимное общение. Осуждая себя за вспыхнувшее в нём желание овладеть юной спутницей, он искренне не понимал, что причиной тому являлось вовсе не долговременное воздержание, а магическое наваждение. Гвенет же была ободрена ночными успехами и то, что ей удалось запасть желанному мужчине в голову не вызывало у неё никаких сомнений. Будь её воля, она прямо сейчас бы накинулась на него, но не позволяли обстоятельства.

Вдруг Азалия встала с земли и куда-то пошла.

— А ты куда это? — спросил взволнованный Горий.

— Нужно осмотреться, — отвечала, не способная усидеть на месте от плохого предчувствия, женщина.

Гвенет внимательно смотрела на подругу, гадая позовёт ли она её с собой или нет.

— Гвен возьмёшь с собой? — продолжал расспрос управленец.

— Нет, я одна схожу.

— Тогда может я с тобой?

— Я… схожу… САМА… — взбесившись от непрекращающихся вопросов, прорычала Азалия и вскоре скрылась за ближайшим кустом.

Горий поймал на себе пристальный взгляд блестящих женских глаз.

— Стой, Гвенет, — начал мужчина, увидев, как та поднялась с места и направилась к нему. — Это была ошибка. Между нами ничего не может быть.

— А целовался ты так, будто вовсе не ошибка, — игриво улыбаясь блондинка продолжала приближаться.

— Не знаю, что на меня нашло, но это и не важно. Я женат, ты — служишь Талльму… — сказав это, Горий хотел добавить, что вдобавок миниатюрная девушка была не в его вкусе, но, полагая, что вчерашняя страсть не могла взяться на пустом месте, он не был в этом уверен.

— Женат? — она усмехнулась. — Твоя жена сдала тебя с потрохами и резвится сейчас со своим бароном. А если ты горюешь по своей проданной душе, то мы что-нибудь придумаем. У нас строгое указание — не допустить чтобы кто-то узнал, что ты жив. Любой ценой. Понимаешь? Думаешь, стал бы бог воскрешать тебя только для того, чтобы потом поглотить? Не-е-е, тут что-то более серьёзное. Ты ему нужен, Горий. После той взбучки от белого ордена он остался без людей. Ему нужны слуги, толковые. И лучше, чтобы никто не знал, что эти толковые люди не на том свете, а исполняют его чёрную волю. Когда имена в списке кончатся, мы возьмём тебя в свои ряды…

— Я не верю тебе.

— Ну и зря, — Гвенет приблизилась почти вплотную. — Ты с нами надолго, Горий, а может и навсегда. Талльм своего не отдаёт. Так почему бы не смириться и не научиться получать удовольствие от того, что тебе досталось, а?

— Ты не можешь знать наверняка, ты всего лишь слуга! — сказал Горий и сделал несколько шагов в сторону.

— Да это почти очевидно. Ты уже стал его собственностью, как и все мы.

Вдали раздались приближающиеся шаги.

— Вернёмся к этому разговору, когда указывать на следующую жертву будешь не ты, а наш общий хозяин, — сказав это, девушка вернулась на своё место, дабы у возвращающейся Азалии не было лишних вопросов. Она не была уверена, что та оценит то, что Горию был открыт ещё один секрет.

Когда девушка вернулась, вновь воцарилась тишина. В этой тишине Горию был дарован последний час на то, чтобы рассказать своим спутницам о том, что их ожидает впереди. Но у него были другие планы.

«Значит я нужен этому гаду. Ну что ж, тем хуже для тебя!»

Вечером

Убедившись, что вокруг амбара ни единой души и их никто не мог видеть, убийцы принялись ожидать прибытия цели, спрятавшись между стогов сена. Вблизи внушительная постройка оказалась ещё больше. Рассматривая детали непонятно с какими целями украшенного резьбой здания, Гвенет даже не заметила, как появился мужчина. Эбур, изображая полное спокойствие подошёл к двери и оглянувшись по сторонам, вошёл внутрь.