Александр Шаевич – Таинственный квантовый остров (страница 2)

– Семнадцать галактик, – ответил Элиан, читая последние данные перед тем, как приборы тоже исчезли. – Триллионы миров.

Они хотели спасти свою цивилизацию от врага. Вместо этого уничтожили семнадцать вселенных.

Семеро выживших парили в абсолютной пустоте – всё, что осталось от процветающего мультивёрса. Они остались живы только потому, что находились в эпицентре катастрофы, защищённые остатками временного поля.

Долгое время никто не говорил. Что можно сказать после того, как ты стал причиной величайшего геноцида в истории?

– Враг тоже исчез, – наконец произнесла Веста. В её голосе не было облегчения – только пустота.

– Вместе со всеми остальными, – ответил Элиан.

– Мы можем исправить это? – спросил Томас.

– Как? Любая попытка восстановления потребует тех же технологий, которые привели к катастрофе.

Профессор Ирен парила неподалёку, её лицо было каменным:

– Значит, мы будем строить новый мультивёрс. С нуля. И следить за тем, чтобы это никогда не повторилось.

– Как?

– Контролем. Абсолютным контролем. Мы найдём каждую цивилизацию, которая приблизится к опасным исследованиям, и остановим их.

– А если они не захотят остановиться?

Элиан закрыл глаза. В его памяти всплывали лица – жена, дети, коллеги, друзья. Все стёрты из истории из-за его решения.

– Тогда мы их заставим. Любой ценой.

Процесс создания нового мультивёрса занял эоны. Семеро работали не покладая рук, используя остатки энергии разрушения как семя для новых реальностей.

Но каждое использование этой энергии меняло их. Чувство вины было невыносимым – они начали подавлять эмоции. Воспоминания о прошлом причиняли боль – они стёрли их. Индивидуальность мешала работе – они отказались от неё.

Постепенно доктор Элиан Коррис стал Первичным Стражем. Профессор Ирен Далж – Вторым. Доктор Томас Рэй – Третьим.

Они забыли свои имена, свои прошлые жизни, своих близких. Помнили только катастрофу и клятву не допустить её повторения.

Через миллион лет от семи учёных, которые хотели спасти свой мир, остались только семь функций в системе абсолютного порядка.

Совет

Первичный Страж сидел в белом пространстве и слушал доклады. Его лицо – если это можно было назвать лицом – не выражало эмоций. Он давно отучился их чувствовать.

– Аномалия в секторе 7, – докладывал Третий Страж. – Локальная цивилизация проводит эксперименты с темпоральными полями. Риск каскадного коллапса оценивается как критический.

– Рекомендации?

– Стандартный протокол коррекции неэффективен. Субъекты проявляют высокую адаптивность.

– Альтернативы?

– Протокол Абсолютного Порядка. Полная стерилизация проблемной зоны.

Первичный Страж помолчал. Где-то в глубине своего трансформированного сознания шевельнулся отголосок древней памяти – лица людей, которых он когда-то любил.

Но отголосок был слишком слабым, а долг – слишком сильным.

– Утверждено. Протокол активируется через семь циклов.

Никто из семи не заметил трагической иронии: они собирались повторить ту же ошибку, которую совершили миллион лет назад. Уничтожить мультивёрс, чтобы спасти его.

Но на этот раз не будет ни выживших, ни второго шанса.

Семь дней до того, как история повторится.

Глава 1ПЕРВЫЕ ТРЕЩИНЫ В РЕАЛЬНОСТИ

Лейтенант Михаил Северов проснулся от тишины.

За двенадцать лет службы на флоте он привык засыпать под ровный гул двигателей научно-исследовательского судна "Ломоносов". Этот звук стал частью его сна – металлическое сердцебиение корабля, который был его домом восемь месяцев в году. Но сейчас двигатели молчали.

Михаил взглянул на часы – 04:17. Слишком рано для планового останова. Он поднялся с койки, натянул форменную куртку и вышел из каюты.

Коридоры "Ломоносова" встретили его приглушённым красным светом аварийного освещения. Где-то наверху слышались быстрые шаги – экипаж был в движении, но без обычной суеты. Дисциплинированно, профессионально.

На мостике он застал капитана Громова и штурмана Петрова, склонившихся над навигационным столом. Их лица в свете приборов выглядели напряжёнными.

– Что происходит, капитан?

Громов поднял голову. Михаил знал его пять лет – спокойного, уравновешенного морского волка с тридцатилетним стажем. Сейчас в глазах капитана было что-то, чего Михаил раньше не видел. Не страх – растерянность.

– Приборы сошли с ума, – коротко ответил Громов. – GPS показывает, что мы находимся одновременно в трёх разных точках океана. Компас вращается как волчок. Радар видит объекты, которых нет.

Михаил подошёл к экрану радара. Обычно в этой части Атлантики было пусто – ближайшая земля в двухстах милях. Но на экране, прямо по курсу, светилась отметка размером с небольшой остров.

– Визуальный контакт?

– В том-то и дело, – Петров указал за окно мостика. – Смотрите сами.

Михаил взял бинокль и посмотрел в указанном направлении. Ночь была ясная, луна освещала океан серебристой дорожкой. Вода была спокойной, обычной. Никаких островов.

– А теперь посмотрите в сторону на десять градусов левее.

Михаил повернул бинокль и замер.

Там, где по всем картам должна была быть только вода, возвышался остров. Не большой – может, километр в длину – но совершенно отчётливый. Скалистые берега, покрытые растительностью склоны, даже что-то похожее на здания между деревьями.

– Это невозможно, – пробормотал он.

– Вот именно, – согласился Громов. – Остров есть, но его нет. Радар его видит в одном месте, глаза – в другом. А приборы утверждают, что под нами четыре километра глубины.

Михаил опустил бинокль. Остров исчез. Поднял снова – появился, но уже в другом месте, чем был секунду назад.

– Капитан, а что если…

Звонок мобильного телефона прервал его. Михаил удивлённо взглянул на устройство – в открытом океане связи быть не должно. Но телефон настойчиво трезвонил.

– Алло?

Тишина. Потом – шум, похожий на радиопомехи. А сквозь помехи пробивался голос. Неразборчивый, искажённый, но определённо человеческий.

"…семь дней… протокол активации… остров – ключ… найди код…"

– Алло? Кто говорит?

Связь прервалась. Но на экране телефона появились цифры, горящие ярким зелёным светом:

53-18-21-9-1

Михаил хотел показать экран капитану, но телефон внезапно нагрелся в руке. Пластиковый корпус начал плавиться, металлические детали – дымиться. Пришлось бросить устройство на палубу.

– Чёрт! – Громов отскочил от дымящихся останков телефона. – Что за…

– Капитан! – в рубку ворвался радист. – У нас проблемы. Все спутниковые системы вышли из строя. GPS, связь, навигация – всё мёртво.

– А радар?

– Радар работает, но показывает чушь. То пустой океан, то целый архипелаг островов.