Александр Север – 10 мифов о КГБ (страница 6)
В Москве действительно проживала вдова купца Евдокия Михайловна Флекенштейн. Ее покойного мужа звали Карл Францевич и торговал он часами и ювелирными украшениями. Семейный бизнес был у супругов – выходцев из Финляндии успешным. Они владели четырехэтажным особняком на улице Большая Лубянка (дом 26). Это строение сохранилось и в наши дни. В этом доме и родился Юрий Андропов. Более того, несколько раз магазин Флекенштейнов два раза становился объектом нападения погромщиков. Правда, не антиеврейских, как подумали некоторые, а антигерманских. Было такое «хобби» у русских патриотов во время Первой мировой войны – громить германское посольство, магазины, где на вывесках значились немецкие фамилии и т. п.
Мать Юрия Анлропова Евгения Флекенштейн с 1913 года начала преподавать в московской женской гимназии Минсбаха. Этим она занималась до февраля 1917 года, а потом вместе с сыном уехала в провинцию. Там она сменила биографию и повторно вышла замуж. Высока вероятность того, что биологическим отцом Юрия Андропова был не железнодорожник Владимир Андропов, а другой человек. Он мог уйти из семьи, умереть в 1916 году (вспомним запись в одной из автобиографий сына) или погибнуть в Гражданскую войну как белогвардейский офицер. В 1937 году циркулировали слухи о том, что отец Юрия Андропова – царский офицер[41].
В 1921 году Евгения Флекенштейн вышла замуж в третий раз за помощника машиниста паровоза Виктора Александровича Федорова. После ее смерти второй отчим Юрия Андропова снова женился.[42] В 1922 году (по другим данным в 1924 году) они перебрались в Моздок (Северная Осетия), где Юрий окончил семилетнею железнодорожную фабрично – заводскую школу[43], его второй отчим преподавал там слесарное дело[44], а мама там же обучала детей музыке, рисованию и немецкому языку. Сейчас это школа № 108[45].
С августа по декабрь 1930 года Юрий Андропов работал сначала рабочим на телеграфе, а с декабря 1930 по апрель 1932 года учеником и помощником киномеханика Клуба железнодорожников.[46] Тогда же вступил в комсомол.
Понятно, что при наличии такой специфичной биографии Юрию Андропову проще было демонстрировать окружающим свои попытки скрыть «еврейское» происхождение, чем родителей из «бывших».
Миф № 2. Оккультисты, уфологии и экстрасенсы с Лубянки
Темы «оккультные тайны Лубянки», экстрасенсы из КГБ и чекисты – охотники на НЛО популярны у авторов многочисленных «страшилок» и «фэнтэзи» о КГБ. Причем если первую тему активно разрабатывают «историки», описывая результаты своих многолетних «научных» изысканий трудов в многочисленных книгах, то вторую и третью тему – журналисты и создатели «документальных» фильмов. Например, американских картин «Секретные файлы КГБ об НЛО» и «Секретные файлы КГБ: паронормальные явления». Обе «документальные» ленты были созданы на рубеже двух веков, но такое ощущения, что сценарии этих фильмов были написаны во время «холодной войны». Очень много антисоветской и антироссийской риторики и «страшилок» о КГБ. Да и выбор ведущего – актера Роджера Мура, одного из исполнителей роли Джеймса Бонда, тоже символичен.
Не будем пересказывать этот миф. Перечислим лишь изданные в современной России книги, где он подробно и красочно расписан: «Оккультисты Лубянки»[47], «Советский оккультизм. Тайны НКВД и КГБ»[48], «Оккультный Сталин. Бесы и демоны советского тирана»[49], «Битва за Шамбалу. НКВД против Аненеребе»[50], «Оккультный Сталин»[51], «НКВД. Война с неведомым»[52], «Битва за Гималаи. НКВД: магия и шпионаж»[53] и другие. Авторы этих произведений утверждают, что Спецотдел ВЧК – ОГПУ – НКВД был создан и занимался исключительно проблемами в сфере оккультизма и паранормальных явлений. А возглавлявший этот отдел чекист Глеб Бокия был великим чернокнижником и магом.
В реальном, а не в созданном авторами этих книг магическом мире, большинство сотрудников Спецотдела занималось совершено другими делами – вопросами криптографии, проверкой соблюдения требований режима секретности в советских государственных, общественных и партийных учреждениях и другими вопросами, входящими в компетенцию органов госбезопасности.
Вопреки распространенному мнению Спецотдел ВЧК был создан не для проведения научных изысканий в оккультной сфере, а решения множества проблем, связанных с организацией криптографической службы и создания системы защиты государственных и военных тайн.
Систему органов шифровальной связи принято называть специальной службой. Эта сфера деятельности в любом государстве всегда остается «в тени». О том, как была организована криптографическая служба в начале прошлого века в Российской империи – подробно рассказано в серии статей[54], поэтому мы не будем останавливаться на этом вопросе. Отметим лишь пять важных фактов.
Во-первых, Советское правительство не могло слепо скопировать достижения предшественников или привлечь кого-то из крупных специалистов к разработке системы шифровальных органов. И дело не только в недоверии к царским чиновникам, когда необходимо, «забывали» про их плохие анкетные данные, а в отсутствие таких специалистов. Были прекрасные криптоаналитики, способные вскрыть любую шифровальную систему, но не было опытных администраторов, способных организовать их работу. Существовавшие в Российской империи ведомственные специальные службы страдали четырьмя главными и множеством мелких недостатков. Они были учтены Глебом Бокием при создании единой системы органов специальной (шифровальной) службы в СССР. Чекист избежал ошибок своих предшественников. Перечислим основные причины, почему в Советской России систему защиты государственных секретов пришлось создавать «с нуля».
Во-первых – ведомственная разобщенность. МИД, Генеральный штаб и МВД Российской империи имели свои органы шифросвязи. Эти подразделения не только разрабатывали криптосистемы, но и эксплуатировали их, а так же контролировали соблюдения всех требований шифродисциплины.
На практике это привело к тому, что на службе в каждом из трех ведомств находились только специалисты, чьи навыки были востребованы. Так, занимался Департамент полиции перлюстрацией корреспонденции и вскрытием шифровальных систем используемых на линиях связи иностранных посольств и противниками существующей власти, поэтому там служили высокопрофессиональные криптоаналитики. Они занимались исключительно дешифровкой. А вот созданию новых криптосистем уделялось минимальное внимание. Хотя иногда чиновники этого ведомства знакомились с опытом своих коллег, правда, происходило это крайне редко.
В-третьих, при разработке криптосистем не всегда учитывались отечественные и зарубежные достижения в области криптоанализа.
Один из принципов построения надежных криптосистем, впервые прозвучавший в книге Керкхоффа «Военная криптография» (издана в 1883 году), гласил: «стойкость шифросистемы может проверить только криптоаналитик, а не ее разработчик». Такого мнения специалисты продолжают придерживаться до сих пор[55]5. А в то время дешифрованием занимались только в МИДе и Департаменте полиции. Поэтому в военном ведомстве не было людей способных реально оценить стойкость использующихся кодов и шифров. Минимальное соблюдение требований шифродисциплины.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.