Александр Сергеев – Российская государственность в XXI веке: основные проблемы. Монография (страница 4)

Влияние экономических процессов на жизнь государства оказывается настолько фундаментальным, что требует отдельного детального рассмотрения. Исходя из этого, мы посчитали необходимым посвятить отдельный параграф российской экономике, показав особенности ее формирования и современного функционирования.

Экономическую основу любой страны в сильнейшей степени детерминирует климатогеографический фактор. Он в значительной мере определяет вектор развития государства и концептуальные начала его исторического пути. К примеру, российское государство несколько столетий вынуждено было вести кровопролитные войны за выход к черноморскому и балтийскому побережью с целью завладения торговыми коммуникациями и создания условий для эффективного функционирования военного флота. В более ранний период нашей истории отсутствие естественных преград для движения орд кочевников с Востока и Юга предопределяло чрезвычайную уязвимость наших границ, обусловливающую значительные государственные затраты на создание адекватного «пояса обороны».

Климатогеографический фактор существенно отразился на историческом развитии России в целом. Около половины ее территории находится в зоне вечной мерзлоты, а средняя годовая температура значительно ниже, чем в подавляющем большинстве европейских стран. Все это имело следствием низкую урожайность в России по сравнению с западным аналогом, вследствие чего себестоимость российской промышленной продукции в среднем значительно превышает западноевропейскую. Географическое положение России также предопределило отечественную специфику больших расстояний между ее населенными пунктами при малой плотности населения. Особенно рельефно эти условия отражены в регионах Севера, Восточной Сибири и Дальнего Востока. Данный фактор также не мог не отразиться на отечественном ценообразовании и ходе ее хозяйственной жизни в целом².

Помимо вышеназванных двух, существует также третье обстоятельство, осложняющее развитие хозяйственной жизни государства, – отсутствие в стране устойчивой структуры водных путей коммуникации, заставляющее российских хозяйствующих субъектов обходиться сухопутными средствами транспортировки товара, что в конечном счете ведет к его существенному удорожанию. Страны, имеющие возможность использовать развитую систему морских и речных каналов, получают в этом плане серьезные преимущества, так как водные перевозки, по сравнению с сухопутными, показывают в абсолютных цифрах исключительную выгоду.

Влияние фактора низкой прибавочной стоимости в истории России наиболее глубоко и рельефно было описано выдающимся отечественным историком Л. В. Миловым³. Наличие указанного аспекта во многом предопределило широкое и масштабное вмешательство государства в экономику, ярко выраженную протекционистскую политику государства на протяжении веков, меньшие личные и экономические свободы для отдельно взятого индивида, нежели в странах Запада. Диктат экономического и климатогеографического фактора имел в российской истории характер неотменяемого и заданного природой закона.

7. Структура восприятия государственно-организованным обществом народа, государства и государственной власти как целостных социальных феноменов. От степени верности и адекватности понимания вышеуказанного элемента государственности зависит успешность диалога и взаимопонимания общества и власти в целом, без наличия которого невозможно надлежащим образом разрешить ни одного фундаментального вопроса.

Наиболее наглядно различия этого элемента государственности в культуре разных народов видится при сравнении в указанном контексте параметров Западной и Азиатско-тихоокеанской цивилизаций. Говоря очень упрощенно, для западного человека государство представлено преимущественно как рационально-организованная машина, управляющая социальными процессами, а народ – в качестве совокупности индивидов, организованных во множество отвечающих их интересам социальных групп. Для человека Востока же государство имеет скорее сакральный, священный характер, наподобие земного мира, устроенного в соответствии с определенным набором высших, небесных принципов.

Специфика России состоит в том, что в ее социальной структуре находится множество региональных ментальностей, обусловливающих отличия в восприятии вышеперечисленных общественно-значимых субстанций. К примеру, восприятие государственной власти широкими массами Дагестана, населением Санкт-Петербурга и жителями Чукотского автономного округа будет в существенной степени различаться. На вышеуказанное «восприятие» оказывают значительное влияние климатические, экономические, культурные и иные факторы, определяющие специфику проживания региональных общностей.

8. Система социально-политических обычаев и традиций. Указанный элемент обладает поразительной устойчивостью. Благодаря его существованию многим народам удается сохранить основы своей государственности, даже вопреки крупномасштабным и разрушительным революционным катаклизмам. К примеру, парламентаризм Великобритании пропитан множеством традиций, имеющих корни в эпохе Средневековья. Подобным способом английская политическая элита подчеркивает важность исторической преемственности в британской государственной жизни, сохраняющейся несмотря на смену целого ряда исторических эпох. Удивительными свойствами в этом плане отличается и современный Китай, в котором ментальные черты разных эпох и их отражение в социально-политической жизни оказались гармонично соединенными.

В советской России 30-х годов происходит возрождение некоторых дореволюционных атрибутов государственности, отброшенных до этого бурной стихией революции (восстановление офицерских погонов в армии, изменения в культурной политике страны, постепенный пересмотр отношений между государством и церковью, создание ряда фундаментальных исторических кинокартин и многое другое). Это произошло вследствие понимания высшим политическим руководством необходимости воссоединения связи времен для дальнейшего прочного строительства государственных основ. Похожий комплекс проблем стоит сейчас и перед современной Россией. Обеспечение ее подлинного и долгосрочного роста возможно только с условием восстановления исторической целостности, цельности «цепи времен». Дореволюционное, советское и постсоветское историческое пространство должно быть воссоединено, наполнившись при этом новым духовным и идейно-смысловым контентом. «Борьба эпох» и демонтаж исторических символов, ставшие мейнстримом в эпоху перестройки и бывшие таковыми все 90-е годы, необходимо немедленно остановить.

9. Идейно-смысловая матрица общества и особенности его информационного пространства – еще одна важнейшая составляющая государственности. Идейно-смысловой контент лежит в основе любого государственно-организованного общества, определяя траекторию его движения и в неявном виде определяя все протекающие в нем социально-значимые процессы.

Отличие российской государственности и государств Запада в этом отношении уникально. Западная государственность после цепи произошедших буржуазных революций XVII–XIX веков стала жить бытом нации. Это в свою очередь означало, что государственно-организованная общность должна иметь собственное территориальное пространство, экономический уклад, язык и систему «священных камней» – исторических символов и традиций, объединяющих общество в единую духовную целостность. Западноевропейская нация эпохи модерна – это здоровый социальный организм, живущий «для себя» и стремящийся к всестороннему развитию во имя собственного благополучия и самоприумножения.

В отличие от стран Запада, Россия и в дореволюционном, и в советском измерении всегда жила бытом Империи. Империя российско-евразийского типа является целостностью, объединяющей огромное количество разных по ментальности групп общими смыслами и символами, живущей во имя торжества Высшей Вселенской Идеи. Такая идея в дореволюционные времена имела форму православия, в советские времена – форму коммунистического красного проекта.

Целостность европейской нации создавалась в «тигельных котлах» буржуазных революций, в которых исключительно кровавыми средствами выжигалась любая иная самоидентификация отдельно взятого человека (этническая, племенная, региональная и субрегиональная), вступавшая с ней в противоречия. Слова германского канцлера Отто фон Бисмарка о необходимости строить немецкую нацию «железом и кровью» не были простым риторическим приемом, они отражали реальную политическую практику того времени.

Россия же ни в дореволюционном, ни в советском измерении никогда не жила «бытом нации» и не создавала на своей территории «тигельных котлов». На протяжении многих веков она сохраняла уникальное свойство «мира миров», где бок о бок друг с другом проживали и проживают по сей день более двухсот национальностей.

В то же время само русское ядро нашего Отечества также представляется глубоко неоднородным. На сегодняшний день русский народ является гиперэтносом, насчитывающим в своем составе более 80–90 субэтнических групп с характерными социокультурными особенностями, менталитетом, быта и исторических корнями.

Попытка строительства на территории Российской Федерации нации по западноевропейскому образцу, предпринятая позднесоветской и продолженная постсоветской элитой, успехом не увенчалась. В условиях общего идеологического вакуума, социополитического и социокультурного регресса народные низы во многом продолжали ориентироваться на старые советские социокультурные коды, а также стремительно наполняли свою жизнь собственно региональной самоидентификацией. Последняя тенденция при ее чрезвычайном усилении за последние двадцать лет стала таить в себе угрозу конечного замыкания жителей отдельно взятых субъектов Российской Федерации на самих себя, что неизбежно ведет к распаду общероссийской духовной целостности. На указанной тенденции активно играют региональные сепаратисты, усиливая данный процесс и пытаясь подвести к нему историческую и политико-философскую основу.