Александр Семёнов – Не железная (страница 1)
Александр Семёнов
Не железная
Два года назад я закончил подход, уронил штангу на держатели, она отпружинила и всеми шестьюдесятью килограммами полетела в лицо. Оцепенев на скамье, я видел, как приближается гриф, не мог вдохнуть и за миг до катастрофы открыл глаза. Было темно, сердце колотилось. Приснится же… Дурной знак? Ну уж нет.
С той ночи осталась привычка класть штангу аккуратно, прямо-таки нежно. Все её сегодняшние сто.
— Растёшь, — говорит дежурный инструктор Андрей. — Только жопу от скамьи не отрывай.
— Спасибо, прослежу.
Он идёт к машине Смита, я поднимаюсь, встряхиваю руками. Вокруг знакомые: новички, как некто двухлетней давности, бизоны, до которых не дорастёшь, но стремиться надо. Тянут, приседают, жмут. И девушки тоже.
— Здоров! — восклицает Майя, стройняшка в лосинах и топе.
— Привет, бро!
Отбиваем пять. Майя бро, Наташа, Таня, другая Таня, Машенька и все-все-все…
Осталось два подхода. Прогуляться немного. Выхожу в зону беговых дорожек, и тут раз! Новенькая. Рыжая, будто новая лампочка в зале. Как она бежит! Мягко, неслышно, мотается огненный хвост, размеренно работают локти, а скорость минимум пятнашка в подъём. И даже со спины понятно, что это совсем, ну просто вообще не бро.
Возвращаюсь на скамью, делаю пять повторений. Даются легче, не забываю дышать, корма где положено.
Выглядываю: бежит. Тёмно-синие бриджи, зелёный топ, ноги длинные.
Последний подход, разбираю снаряд, четыре блина по двадцать. Иду к кулеру за водой. Мимо дорожек, разумеется. Она бежит. Набираю бутылку, возвращаюсь, и в этот миг она останавливает движение, сходит на пол. Довольная, румяная, синие глаза…
— Красиво бежите! — поднимаю оба больших пальца.
— Спасибо, — улыбается.
— И видно, что долго можете.
— Ну… кандидата в мастера спорта просто так не дают. Надо что-то уметь.
— Ого! Решили поддерживать форму? Кстати, Вадим.
— Алёна. Нет, устроилась инструктором. Сегодня первый день, знакомство, завтра в бой. Уже есть ученики.
— Алёна… Очень приятно, вам идёт. Только не наскакивайте на работу.
Она поднимает брови:
— В смысле?
— Два месяца назад пришла инструктор Юля. И взялась. По семь персоналок без выходных, плюс сама тренировалась, плюс дежурства, практически жила здесь. Сейчас, говорят, третий день сидит дома, нет сил даже выйти на улицу. Моральных прежде всего.
— Значит, я вместо неё?
— Думаю, нет. Отдохнёт и вернётся.
— Это хорошо. Не хотела бы на живое место. Спасибо, я учту.
— А я два года хожу. Раньше не имел отношения к спорту. Да и сейчас не сказал бы…
— Не скромничайте.
— Может, на ты?
— Ладно, — улыбается. — Не скромничай.
— Не буду. А так я программист.
— Хорошее дело. Ну, пойду знакомиться дальше. Удачи!
— Тебе тоже. Будем часто видеться.
— Будем, — кивает она и идёт к тренажёру-лестнице.
А меня ждут гантели на наклонной скамье. Плачут, наверное: куда пропал?
—————
Я в этой «Галактике», не в центре Питера и не на спальной окраине, даже посетителем никогда не была. Две недели как переехали, мама с папой выменяли квартиру в двух остановках. Не такая уж звезда, чтобы все сбежались: ого, к нам сама Алёна! Посмотрела на сайте тренерский состав, никого знакомого ни по спорту, ни по универу. Значит, будем строить авторитет с нуля.
Что для этого имею? Беговое прошлое, высшее образование, дипломы-сертификаты, рост сто семьдесят четыре довольно внушительный. И такое лицо, что недавно в троллейбусе спросили: девочка, на следующей выходишь? Мама говорит, надо радоваться. Да-да, прыгаю и кричу ура…
Пришла к восьми, через час после открытия. Клуб огромный, на миг показалось, будто вновь на стадион. Одних залов пять штук, есть бассейн, бани. Провели в тренерскую, там пусто, все на трудовых фронтах. Вот шкафчик, вот ключ. Переоделась, вышла. Что ж, начнём с козырей. Бегала сначала восемьсот, а когда вымахала за одно лето, перешла на четыреста. Не забыла, как оно, со всеми хлопотами последних недель?
Уклон четыре, скорость пятнадцать… ладно, шестнадцать, гулять так гулять. Погнали! И двадцать минут представляю, как ветер овевает лицо и меняются крымские пейзажи.
А первым человеком, с которым здесь разговорилась, оказался он. Лет двадцати пяти, чуть за сто восемьдесят, темноволосый. Серые брюки, тёмно-синяя футболка с рукавом до середины плеча. Отметила, потому что майки на мужчинах в зале не очень люблю. Явно не природный качок, кому взглянуть на фотографию Ронни — уже плюс сантиметр бицепса. Тем более без волшебных уколов, на этих любителей глаз намётан. Ничего сверхъестественно вздутого. У нас таких называли шахтёрами: каждый килограмм на свои штанги добывают как в забое.
Я его сначала не видела, а когда шагнула на пол, было бы трудно не заметить. Красиво бежите, сказал. Вроде обычный подкат, но что-то искреннее в голосе и взгляде. Ясно, что не только на ноги смотрел и на то, откуда растут. Может, я идеалиссимус, но первое впечатление такое. И насчёт Юли очень к месту. Я выдерживала три тренировки в день, но, когда тебя гоняют и когда ты сама босс, это несравнимая ответственность.
Короче говоря, теперь программист Вадим будет для меня неким символом этого зала. Надо ли это ему, Вадиму? Да кто бы его спрашивал. Будет и всё.
—————
Юля вернулась на четвёртый день после моего начала. Я к тому времени познакомилась с Алиной, Ритой, с ребятами-инструкторами, но с Юлей ближе других сошлась. С первого взгляда. В большом спорте она не была, но мыслит, многое понимает. Хотя почему «но»? Может быть, как раз потому и мыслит. И снова кинулась в работу, но так уже не геройствует. Если вновь начнёт, придержу.
Юлька рассказала про свой анабиоз. Она художник по первому образованию, знает секретный способ возрождаться. Набила татушку — и жизнь опять хороша. Видишь, Алён, дракончика на плече? Это новенький.
У неё не только на плече, у неё везде, от шеи до икр, чего только нет! Не Юля, а картинная галерея, можно часами разглядывать. Я любуюсь, но сама так не хочу. На мне до сих пор ни цветка, ни звёздочки — ничего. И вряд ли будет когда-нибудь.
Даже сочинился стишок:
Хе-хе, захочет кто поцеловать, а там такое! У Юльки такого нет, это для красного словца. Надеюсь, не обидится.
Не обиделась, смеялась от души. Обещала достойно ответить, так что ждём-с.
—————
Алёна, нельзя же так! Хоть бы не рядом с гантельной стойкой! Схватилась, могла уронить. Спокойствие, говорит Алёна, эта стойка тяжелее нас вместе взятых. Не может быть! Ну посчитай. И правда тяжелее.
Младше меня на пять лет, а настолько больше умеет и знает. Делится всем, ни капли гонора, даром что кмс. Я за неполные три недели прокачалась на четыре уровня. Вот честно, думала всегда, что жжение в мышцах — это значит пашем не зря,