Александр Седых – Защитник тьмы (страница 9)

– Ты ещё не подумала и о собственных магических способностях, – удручённо покачал я головой. Шагнув к ней, ладонью стёр с лица Эвы пыльные разводы. Жизненная сила псионов действовала даже лучше, чем заклинание очистки. – Магические каналы у тебя разрушены алтарём светлых, а я сильно сомневаюсь, что ты быстро найдёшь вблизи ещё одного специалиста, способного восстановить их. Если упустить время, потом ничего не получится.

Не надо даже смотреть на ауру, и так понятно, что спутница пришла в ужас. Лицо девушки сразу приобрело землистый оттенок. Сердце почти замерло.

Потеря силы для мага – хуже смерти. Это я и по себе знаю.

– Ты-ы… сможешь всё исправить? – широко раскрыв глаза, уже с затаённой надеждой уставилась на меня толстушка.

– Не так быстро, но смогу, если будешь во всём меня слушаться, – кивнул я.

Аура спутницы полыхнула нешуточной надеждой. Жизненных сил у этого тела оставалось в избытке.

– Я согласна, – часто закивала Эва, уже боясь, что демон передумает. Она просто не представляла, как можно жить без магии.

– Вот и договорились, – довольно улыбнулся я. – А теперь присаживайся рядышком и начнём играть в вопросы и ответы. Что у вас тут творится со временем? Когда наступит ночь?

– Что ты имеешь в виду? Время отдыха? – удивлённо посмотрела на меня Эва.

– Давай уже, включай мозги! Ну что непонятного? Нездешний демон тебе попался, – вздохнул я, с усмешкой наблюдая за переливами ауры спутницы. Врождённая спесь и надменность боролись в ней с почтением к моей персоне и искренним уважением, но ярче всего светились изумление и любопытство. Хороший коктейль. Он поможет закрепить последний урок и тогда Эва перестанет совершать глупые поступки, хотя бы по отношению ко мне.

– Все демоны такие, – махнула рукой девушка, как будто сто раз на дню встречалась с потусторонними сущностями, и стала рассказывать.

(Шон: – Радуйся, нам попалось удивительно гибкое создание. Не каждому удаётся так быстро перейти от ненависти к интересу.

Мег: – Да попадись мне такой демон после ритуала на алтаре, я бы тоже всё отдал за восстановление силы. Жаль, этого не случилось.

Шон: – Ха–ха! Не смеши мои тапочки. Совершенно не чувствую сожаления в твоём разуме. Возможно, когда–то ты так и думал, но теперь…

Мег: – Знаешь, я тоже не чувствую. Наверное, так было нужно. Я бы не стал собой, не спорил с богами и не шлялся по чужим вселенным. Прожил бы пресную жизнь обычного светлого мага, или боги подкинули бы моё тело своему ставленнику. Бр–р–р… Во что я превратился?

Шон: – Во что мы превратились? Но мне с тобой нравится.)

Мирок, в который мы попали, оказался весьма интересным и необычным. Ночи здесь вообще не было. Бесконечный день. Солнце всегда светило и никогда не скрывалось за горизонтом. Впрочем, его тоже никто и никогда не видел. Густой слой облаков не давал такой возможности. Темнело, лишь когда сгущались тучи и шёл дождь. У меня возникло предположение, что планета находится слишком близко к звезде или даже к нескольким звёздам, а мощный облачный слой предохраняет землю от перегрева. Температура на поверхности колебалась в небольших пределах. Райское место с вечным летом. Лёгкие одежды встреченных аборигенов подтверждали это. Попытка дракоши метнуться повыше и добраться до кромки облаков не увенчалась успехом. Слабый туман доходил до невероятных высот, разве что внешнее свечение становилось ярче.

– Чем же вы время определяете? – поинтересовался я, когда девушка умолкла.

– С помощью рунных заклинаний, конечно, – Эва вытянула руку. На запястье красовалась узкая татуировка.

(Шон: – Чтоб мне сдохнуть! Часы! Рунные магические часы!

Мег: – Занятно! Рунные карты, именные кошельки в кристаллах… Тебе ничего эти вещички не напоминают?

Шон: – Удивительно! Развитая магическая цивилизация. Как им это удалось, учитывая непростые отношения между светлыми и тёмными?

Мег: – Это мы с тобой хорошо попали. Не зря сюда заглянули. Кажется, жизнь будет интересная. К тому же я раньше не обратил внимания на татуировки поверженных магов, а ведь они сплошь были украшены рунами.

Шон: – У девушки, кроме часов, других рисунков на коже нет.)

В сутках оказалось двадцать больших промежутков, разбитых на две части: тёмный период и светлый. Я их назвал часами, хотя к обороту планеты они вроде никак не привязаны. Каждый делился на сто минут, а те, в свою очередь, на такое же количество секунд. Обладатель часов в любой момент мог мысленно узнать текущее время и не только. Календарь тоже имелся. Год в этом мире был коротковат – всего сто суток, но вот количество лет с начала отчёта впечатляло. Сейчас шёл два миллиона сто пятьдесят три тысячи пятьсот тридцать третий год. В укороченном виде люди говорили – три тысячи пятьсот тридцать третий. Возраст цивилизации озадачивал. Четыре знака понадобились из–за того, что маги могли жить под тысячу здешних лет, а это около трёхсот обычных. Простые люди жили примерно триста лет или почти сто обычных. Это если не считать долгожителей. Наверное, сказывались райские условия существования на планете.

– Что за татуировки были у магов на коже? – я с интересом посмотрел в глаза собеседницы. Аура показывала, что врать она не собиралась.

– Так они же дипломированные специалисты, – приподняла брови собеседница и стала растолковывать мне значения картинок на теле: – Чем больше рунных чар на коже, тем сильнее адепт и тем большим количеством совместимых стихий и работающих заклинаний он может пользоваться одновременно.

Существовало двенадцать ступеней в иерархии одарённых. Максимум маг способен оперировать сразу с двенадцатью заклинаниями. Обыскивая трупы поверженных светлых, по татуировкам Эва определила, что они оба имели шестой уровень магического мастерства.

Я впал в прострацию. Обалдеть! То ли мне невероятно везёт, то ли богиня судьбы одарила ещё чем–то помимо способности быстро соображать. Пожалуй, стоит подольше задержаться в этом мире.

Вопреки всем известным мне законам магии, здешние адепты ухитрились обойтись без кропотливого развития внутренних каналов силы. Вместо этого, они использовали исключительно внешние, оперируя ими с помощью рунных конструкций. Это объясняет чёткое разделение магов на тёмных и светлых. Каналы и заклинания антагонисты трудно уживаются друг с другом, если это не врождённые свойства носителя. С другой стороны, как они тогда создают те же рунные лечебные свитки с различными стихиями, действующими совместно? Я тут же задал этот вопрос девушке.

– Ничего сложного, – улыбнулась она и как ребёнку растолковала мне принцип создания рунных заклинаний.

Каждый делает стандартные модули, а маг–интегратор просто соединяет их воедино. Как раз такие модули и изучаются в профессиональной школе, куда она собиралась поступать.

Именные кошельки – те самые перстни с кристаллами, оказались аналогами электронных банковских карт, а заодно и удостоверениями личности. При касании они взаимодействовали между собой, и мысленные команды владельцев позволяли переводить суммы с одного артефакта на другой или обменивать на наличные. Простые деньги имели хождение среди бедных. Как ни странно, никакие материалы здесь особой ценностью не обладали, а деньги были бумажными и разного достоинства, со специальными рунными заклинаниями, нанесёнными на поверхность. Подделать их ещё никому не удалось, хотя выпускались они во множестве городов нейтральной зоны. Пока я не понимал, как такое возможно в магическом–то мире, где физические законы могут быть весьма гибкими. Наверняка имелся какой–то секрет производства.

В мире имелись магические зоны. Тёмные – контролировали замки тёмных адептов, светлые – светлых. На таких территориях существовала рабовладельческая система. Маги владели всем, в том числе и людьми, которых можно было продать или обменять, как товар. По площади магические зоны занимали не больше пары процентов обжитых пространств. В основном жизнь кипела в городах нейтральных областей, где процветали республики. В свою очередь, хоть как–то цивилизованные территории охватывали не более пяти процентов всей поверхности планеты. В остальных диких местах никто не отменял право сильного, и могли встречаться как маги–отщепенцы, так и простые разбойничьи шайки.

– Я есть хочу, я пить хочу, – наконец, прервав рассказ, жалобно посмотрела на меня Эва.

(Шон: – Не вижу потребности спутницы в пище. Запас энергии после сна почти восстановился. У неё проявляется чисто психологическая реакция.

Мег: – Будем исправлять наши фигуры. Мне нужно подкормиться, а ей, наоборот, похудеть.)

– Не обижайся, мне просто интересно. У вас все тёмные маги такие толстые? – я окинул насмешливым взглядом расплывшееся тело собеседницы.

– Не знаю, – всё же обиженно зыркнув на меня, дёрнула плечом девушка. – Тётя гораздо толще. Других я не видела, но маму помню стройной.

Грустная волна прокатилась по ауре собеседницы. На глаза навернулись слёзы. Почему–то она давно не вспоминала маму.

– Ага, значит, тебя тётушка так раскормила, – вывод напрашивался сам собой.

– Как же не есть, когда перед тобой на столе столько вкусностей, – кивнула Эва. Тётя любит хорошо покушать.

– Будем делать из тебя стройняшку, – ухмыльнулся я. – Путешествовать с красавицей гораздо приятнее, чем с такой жирной тушей. Неужели самой не хочется стать красивой?