Александр Седых – Ронин (страница 31)

Но неуклюжим клеркам было далеко до оперативности агентуры контрразведки. К моменту прихода телеграммы из Токио, всю подготовительную работу в Вакканай майор уже закончил. Пароход в Макао задержан в порту под благовидным предлогом. Умельцы изготовили четыре поддельных паспорта граждан Русской империи. Качество бумаг сильно хромало, но для китайской таможни — сойдёт и такое.

Получив по телефону ожидаемое сообщение с центрального телеграфа, Сугинобо взглянул на циферблат карманных часов и не стал спешить. Минедзи Сукэ уже ушёл со службы, и не узнает содержание телеграммы до утра. Дежурный не решится беспокоить строгого начальника в неурочный час. Тем более что речь идёт не о немедленном аресте преступников, а, всего лишь, о скорейшем препровождении русской труппы артистов в столицу. А ближайший пароход в сторону Токио должен отчалить от пирса далеко не завтра.

Кроме того, Сугинобо Мицумото всю долгую ночь боролся с внутренними противоречивыми чувствами. Офицер — служака громко требовал немедленного уничтожения угрозы для империи. Майор контрразведки, хитро подмигивая, вкрадчиво ему возражал, просчитывая выигрышные шансы в тайной диверсионно — политической игре. Старый самурай суеверно озирался на ветхую историю и древние сказания японского народа. Уж больно необычного чудика выбросила пенная волна на берег острова. Сугинобо так до конца и не понял, с кем имеет дело. Однако задевать рожки смертоносной мины, или дёргать за рога демона — одинаково опасно. Русский ронин был явно необычным человеком, если… вообще человеком?

Только ближе к рассвету хитрый самурай решился устроить последнюю проверочку засланному казачку. Сугинобо накинул дождевой плащ на плечи, спрятал голову в глубокий капюшон и в одиночку отправился к дому Оно Юраку. Встав в тёмной нише, входного проёма дома напротив, майор замер.

Ждать пришлось совсем недолго. Не зажигая лампы, к нему вышел, позёвывая и потягиваясь со сна, Алексей.

— Доброе утро. Случилось чего, уважаемый Сугинобо? Заходите в дом, потолкуем.

— Как ты меня учуял, бес? — нахмурил брови самурай, ведь на цыпочках подкрался к дому и стоял не шелохнувшись.

— Старик Акечи астральным приёмчикам обучает, — тяжко вздохнув, отмахнулся казак. — Ни днём, ни ночью покоя не даёт — учеников подсылает, бдительность ронину тренировать. Замучил проверками.

— Ты всегда выходишь поздороваться? Как понял, что здесь стою именно я? Лица-то во мраке не разглядеть.

— Так не глазами же смотрю, — улыбнулся казак и не стал скрывать: — Настоящий факир человека насквозь зрит, даже мысли читает.

— И мои мысли видишь?

— Не-е, только заряженный револьвер в кобуре и дамский пистолетик в рукаве кителя, — озорно хихикнув, уколол мальчишка. Ведь раньше майор так не вооружался. Значит, стал опасаться ночных встреч с Бетобето-сан. Алексей, и без чтения мыслей, понял серьёзный настрой мрачного покровителя.

— Это не против вас, ронин, — поспешил развеять подозрения майор. Сугинобо отчётливо понял в этот момент, что воспользоваться огнестрелом не успеет — умрёт раньше. Вариант с ликвидацией угрозы отметался. С души старика свалился тяжкий камень. Духи ведь и с того света могут отомстить и не только ему, а и всей стране.

— Интересненько, — нахмурил брови парнишка, к которому начали обращаться на Вы, и прощупал колдовским взглядом дальние окрестности — притаившихся вооружённых врагов не обнаружилось.

— Поднимай своих людей Алексей. Прогуляемся до порта. Вещей не брать, но одеться советую поприличнее.

Алексей вернулся в дом и разбудил товарищей. Предчувствия изменений в судьбе захлестнули парня, майор попусту беспокоить не стал бы. Оделись быстро, зря не шумели и лампу пригасили до предела. Сугинобо с улицы замечал лишь колышущиеся тени на задёрнутых занавесках. За русскими увязался встревоженный Юрка.

— Оно, тебе лучше остаться в доме и, до прихода полиции, притвориться спящим, — остановил Юраку начальник. — На службу ты сегодня опоздаешь по уважительной причине.

— Полиция? — насторожился Алексей.

— Объясню по дороге, — надвинул капюшон плаща глубже на голову Сугинобо и, сгорбившись, возглавил процессию.

Молча прошли несколько кварталов по укрытой тенью домов стороне улочки. Серп луны скупо освещал серые булыжники мостовой. Ну вот, посреди каменной укладки дороги, в призрачном свете, серебряной змейкой заискрился дракончик на рукояти меча якудза.

— Ронин, сумеешь извлечь вакидзаси из каменного плена? — решил развеять свои последние сомнения старый самурай.

— Без проблем, — пожал плечами казак и взялся за рукоять клинка, плотно вогнанного между булыжниками мостовой. Сын ведьмы приложил гравитационные силы, раздвинув булыжники, и резко выдернул меч из каменных тисков.

Брызнув снопом алых искр, клинок вакидзаси вырвался из — под земли.

— Получите, — факир протянул самураю сверкающий благородной сталью меч.

— На изготовление подобного катана, у мастера уходит год, — рассматривая узор на металле, не спешил брать в руки дорогое оружие старик. — Этот старинный вакидзаси ковали не меньше. Сильный клинок.

— И дракончик на рукояти красивый, — завидев серебряную инкрустацию, влез в разговор меркантильный Андрюха.

— Отличный клинок, — проверив балансировку, похвалил казак. — И для скрытого ношения удобен.

— Теперь он ваш трофей, ронин Алексей, — жестом обеих ладоней отказавшись принять оружие, провозгласил самурай. Последнюю проверку казак прошёл блестяще. Сугинобо больше не сомневался в демонической сути бродячего ронина, поэтому провозгласил очевидную истину: — Такому сильному бойцу будет тесно на островном архипелаге. Иди, завоёвывай королевство на материке. — А про себя Сугинобо подумал: «Японии новый король Артур не нужен».

— Да навоевался уж я, — не зная, куда подевать меч, смутился парнишка. Он не понимал причину действий майора. — Факиром быть куда приятней.

— А вот фокусы свои ты лучше бы от глаз людских скрывал, — покачал головой старик. — Через эти чудачества уйму бед накликаешь.

— Похоже, уже накликал, — наконец догадался о причине ночной прогулки Алексей, а сам показал новый фокус — сунул вакидзаси под пиджак, за спину. Клинок скрылся, словно войдя в потайные ножны.

Сугинобо аж крякнул от удивления. Майор не мог знать, что за сила удерживает меч от падения, но о колдовской сути явления догадывался.

— Поспешим в порт, — подобрав отпавшую челюсть, заторопил компанию старик.

По пути контрразведчик изложил Алексею суть проблемы. Его русские товарищи тоже прислушивались к убедительной речи.

— Если не хотите оказаться птичками в золочёной клетке, то при дворе императора вам лучше не появляться, — добравшись до гавани, посоветовал самурай.

— Никакого желания, попадать в плен к избалованным вельможам, у нас нет, — переглянувшись с товарищами, заверил Алексей. — Дожидаться конвоиров мы не станем, но легального пути отхода в Корею тоже нет.

— Так уж и быть, с нелегальным переходом я вам помогу, — хитро подмигнул «добрый» дедушка. — Только в китайский Макао.

— Начальник, с чего нам такой фарт? — заподозрил подвох бывалый каторжанин Артём.

— Корея находится под управлением Японии, а Китай, пока что, страна свободная. Хулиганьте там.

— Нам, зачем помогаете? — не дал хитрому япошке увильнуть от прямого ответа Артём.

— Судьба простых пешек, товарищи революционеры, мне без разницы, — отмахнулся от назойливого старикана майор. — А вот юный «король Артур» способен развалить целое государство. И я предпочитаю, чтобы сумасшедший ронин буянил подальше от берегов моей родины. Желательно на территории потенциального противника.

— Да я же смирный, — обиделся «тихий» парнишка. — Никому зла не хочу.

— Благими намерениями устлана дорога в ад, — напомнил банальную истину Сугинобо. — А ты, чародей, намерен осчастливить много народа — потому, быть горам трупов и морю крови.

— Революция без жертв не бывает, — заступился за молодого анархиста Артём.

— Да не собираюсь я никого убивать, — смутившись, спрятал кулаки за спину казак.

— Враги вынудят, — напророчил старый самурай. — Бродяге — ронину одна судьба — драться! — Старик чуть помолчал и поведал другую стратегию: — Можно, конечно, ещё спрятаться и выжидать, но скрываться у тебя, парень, не очень-то получается.

— Не хочу, как старик Акечи жизнь впустую потратить, — стиснув зубы, выдавал Алексей.

— Вот и я о том же, — грустно усмехнулся контрразведчик. — Сражайся, но подальше от наших берегов. Хоть для святого, хоть для злого беса — враги везде найдутся.

Сугинобо извлёк из — под плаща зажигалку и, прикрывая ладошкой огонёк, посигналил вглубь морской гавани. Затем достал четыре паспорта и раздал нелегалам.

— А как же наши заработанные денежки? — спохватился Андрюха. — Может, я по — быстрому в дом сгоняю?

— Не стоит портить красивую легенду, — отрицательно покачал головой хитрый затейник. — Пусть дознаватели почешут затылки. Да и народ посудачит: ведь ни на бегство, ни на ограбление будет не похоже. Русские фокусники исчезнут также таинственно, как и появились. Никто не знает настоящих имён, откуда приплыли, куда подевались. Чудесные деяния странных чужестранцев останутся лишь в народном фольклоре и газетных статейках. Столичных франтов подобной чепухой не проймёшь. Дело быстро закроют, сбежавших прохиндеев искать не станут… Или вам мировая слава грезится?