Александр Седых – Артефактор (СИ) (страница 54)

— Морик, Поднять карту на изображении на уровень моря — подумав произнес штурман.

— Приказ принят — раздался в каюте голос и карта плавно поднялась на середину миража, поскольку они находились в надводном положении. Все опять буквально окаменели от изумления, открыв рты.

— Это кто, говорит? — удивленно спросил капитан, смотря на Лекса.

— Для простоты скажем так, это специальный управляющий комплекс оборудования подводной лодкой с названием «Морской особый разговаривающий информационный комплекс» сокращенно Морик- ответил улыбаясь тот. Все таки приятное чувство, когда народ удивляется произведением мастера артефактора.

— Что он еще может? — спросил молчавший до этого комиссар.

Ну тогда Лекс им и выдал примерный перечень возможностей — Он видит и слышит все в радиусе двух километров, в любую погоду, днем и ночью. Контролирует состояние подводной лодки и ее вооружения, а также может работать вместе с акустиком, только надо обучить его распознаванию по звукам, типов кораблей. Есть еще много дополнительных возможностей, но о них скажу позже.

— Этого уже и так больше чем достаточно — пробормотал капитан.

— Поддерживаю, с этим бы разобраться — поддержал его штурман.

— Тогда начнем со штурмана — сказал Лекс и опять началась учеба. Штурман притащил кучу карт и начал пояснять, что и где обозначено. Дух многого не понимал, приходилось объяснять заново, но другими более понятными словами. Запомненный разговорный словарь духа рос гигантскими темпами. Дух легко понял обозначения глубин и высот на карте и стал их автоматически преобразовывать из плоских в объемные, не забывая накладывать на карту реальное состояние окружающего пространство гавани. Восторгам штурмана не было предела, особенно когда он уяснил принцип работы поисковика. Совместив данные поисковика и карты штурман смог с точностью до десятка метров определить их положение в гавани. Остальные некоторое время были простыми статистами. Потом дошло время и до акустика. Он притащил в рубку обычный граммофон с пластинками где были записаны шумы кораблей и пошла учеба по опознаванию звуков. Дух прекрасно играл роль тупого ящика. Однако в результате обучения он на порядок лучше и точнее акустика определял типы кораблей, направление на них и расстояние. Для проверки он определил текущее положение буксира проходящего недалеко от лодки, показав его при этом на карте миража. Поднявшись на мостик лодки, капитан подтвердил правильность обнаружения цели. Потом пришлось звать механика и объяснять, что теперь просто так снять какую нибудь запчасть с двигателей не получится. Действительно, голем просто не даст ему этого сделать, считая это нарушением целостности. Поэтому перед ремонтами необходимо согласовывать операции с Мориком, который и даст разрешение на ремонт. Связаться с Мориком можно с любого отсека лодки, он все равно присутствует как бы везде. Порадовали механика и очки, которые Лекс передал ему в качестве бонуса, через них можно осматривать внутренности голема двигателя, не разбирая его. Механик сразу понесся проверять их работу и через некоторое время явился обратно с довольной улыбкой.

— Мне уже можно есть свою фуражку? — с унылой миной на лице спросил Лекса Уткин.

— Нет, еще рано, давайте попробуем выйти в море — ответил тот, улыбнувшись.

Капитан дал команду, и лодка наконец оторвалась от пирса и двинулась в направлении открытого моря. Когда они вышли из залива на простор, Лекс попросил капитана погрузиться на 50 метров и дал команду духу — Морик включить форсаж.

Лодка рванулась вперед, это двигатели перешли на магический привод.

— Двадцать восемь узлов в подводном положении, вместо максимальных 14 — потрясенно пробормотал штурман.

— Это еще не конец фокуса — рассмеялся Лекс и дал новую команду — Морик ускорение. И вот тут до всех наконец дошло, что у них за корабль.

— Восемьдесят узлов, почти 160 километров в час, это просто не возможно. Это против всех законов физики. Лодка в принципе не может двигаться с такой скоростью. — пробормотал штурман, недоверчиво оглядывая по очереди всех присутствующих, желая обрести хоть какую то почву под ногами. Этот невероятный факт просто не укладывался в сознании. Пришлось приводить пояснения, а то он мог записать Лекса в волшебники.

— Вот формула движения тела в жидкости, на что мы можем повлиять что бы увеличит скорость — написал Лекс на бумаге известную из учебника формулу и подсунул ему.

— Реально не на что, а теоретически …. - тут он задумался и через некоторое время сообразил — если каким то образом уменьшить коэффициент сопротивления, то скорость возрастет.

— Вас хорошо учили в школе — кивнул головой Лекс — у вас на носу лодки установлено устройство меняющее сопротивление среды, вот поэтому запаса нашей мощности хватает на движение с большей скоростью.

— Но это же фантастика — воскликнул он.

— Это не фантастика, это брат наука — глубокомысленно заявил Сизов.

— На вас и так экипаж смотрит как на волшебников, а теперь и подавно в мессии запишут — глядя на них с Сизовым, проворчал качая головой комиссар лодки.

— Это еще не конец похода — оптимистично поглядывая на подводников сказал Сизов, догадываясь, что Лекс показал еще не все козыри.

— Да что же это такое, думал все, приписали к штабникам, подвиги кончились, Отдохнем на базе. А тут такое — довольно хохоча, схватился за голову Утких.

В общем поход начался успешно. Экипаж усердно принялся за освоение новых возможностей и дополнительное обучение Морика. Дух все лучше и лучше взаимодействовал с миражом. Картинка получалась более качественной. Капитан и штурман осваивались заново с лодкой.

Несколько раз всплывали и тренировались стрелять из пушек по мишеням на побережье. Лексу пришлось доработать систему снабжения воздухом. При длительном подводном ходе, воздух в лодке становился слишком плохим, кислорода не хватало. То что воздух состоит из нескольких газов знали и в его мире, но эти газы практически не использовали. Зачем магу эти знания, если ему нужен воздух, он в крайнем случае просто его сделает. Совсем другой подход у гномов. В некоторых пещерах вообще воздух изначально не подходит для дыхания, но они приспособили специальные растения для преобразования плохого воздуха в нормальный. Это маленькие грибковые растения, размножающиеся в подходящей атмосфере очень быстро. Причем если воздух не подходит для них они просто засыпают, как деревья на зиму. Особенность этих грибков в том, что они потребляют опасные газы а выделяют кислород, причем поскольку поверхность таких грибков просто огромная и кислорода они дают очень много. Реально грибки похожи на очень плотную губку. Поскольку выведены они магическим способом, то и растут под особым заклинанием, этим достигается их регулирование, иначе бы они сразу заполнили все пещеры гномов. Такие грибки были у Лекса в теневой сумке. Вот ими он и заселил очень уж ущербную систему регенерации воздуха в лодке. Для грибков одинаково хорошо подходил и метан и углекислый газ. Заклинание накладывалось на сам грибок, поэтому в дальнейшем подпитки не требовало. Воздух в лодке сразу посвежел, что и заметил весь экипаж. От вопросов Лекс открестился пояснив, что это не его разработка и очень плохо ее знает, хотя пользоваться умеет. Кстати в обнаруженных на лодке гидрокостюмах для подводного плавания, в баллонах, Лекс тоже разместил контейнеры с грибками и доработал систему выдоха, что бы воздух обратно возвращался в баллон. Получилось что заправлять такие баллоны не нужно. Человек мог сколько угодно долго находиться в воде. Конечно это же можно было сделать с помощью заклинаний воздуха и создать какой либо амулет или артефакт, но артефакт получился бы очень сложным, а амулет требовал постоянной зарядки. Технология гномов проще и надежнее. Слухи среди членов экипажа на лодке все таки закрепили за Лексом титул волшебника, хотя и в шутку, да и выбранная фамилия этому способствовала. Кроме того, все выдвигаемые теории для объяснения происходящего на лодке всего не могли объяснить. Подписка о не разглашении затыкала рты, но не мешала думать.

Да и чудеса продолжались. В целях испытания они нырнули на максимальную глубину и капитан в очередной раз испытал шок. Стандартную глубину в сто метров, даже не заметили. Только на глубине 800 метров Морик сообщил, что достигнут критический предел прочности, с запасом в 10 процентов. То есть еще на 80 метров ниже не проблема. В это время голем полностью контролировал оба корпуса подводной лодки и сообщал все Морику. Вот это уже не мог объяснить ни один закон физики. Ни один корпус подводной лодки из металла не мог выдержать давления на такой глубине, а корпус ведь никто не менял. Про големов никто на лодке не знал, Лекс про них не рассказывал. Теперь все просто поверили, что отдел «М» НКВД это сверх гении науки. В магию по прежнему никто не верил. Лекса это устраивало. По разговорнику который оказался у капитана, из штаба передали о вражеском конвое, обнаруженном недалеко самолетом разведчиком. Уткин предложил напасть. Лекс такую инициативу поддержал и они пошли на сближение. Магический привод — форсаж, они не включали очень уж много он жрал энергии, а вот щитом — ускорением, пользовались во всю. Реальная подводная скорость достигала 60 узлов, почти 120 километров в час. Вахтенному и рулевому при такой скорости постоянно надо было наблюдать за миражом. Двухкилометровый участок они пролетали за тридцать секунд и соответственно нужно было следить что бы не напоролись на какую нибудь подводную скалу. За два часа конвой они настигли и скорость двигателей уменьшили, а вот ускорение не выключали. В этом случае шумы, издаваемые подводной лодкой, были на порядок меньше обычных, а скорость оставалась приличной. Пронырнув под охранение они оказались в конвое и начали резвиться. Морик прекрасно показывал на мираже положение и скорости всех кораблей конвоя и рассчитать моменты поворотов лодки и пуска торпед труда не составило. Выпустив восемь торпед, сразу ушли на глубину в триста метров и замерли, наблюдая за противником. Семь торпед попали в цель. Одной они промахнулись. Результатом стало шесть потопленных небольших транспортов и один эсминец сопровождения. От попадания ушел один эсминец, по которому они промахнулись и два сторожевика противника, по ним просто не стреляли, торпед было жалко на такие цели. Немцы были в панике. Морик исправно транслировал вопли капитана сторожевика, оказавшегося в зоне его наблюдения, а Лекс переводил. Немцам показалось что на них напала эскадра подводных лодок русских. Они метались вокруг и сбрасывали в хаотичном порядке глубинные бомбы, которые подводникам были до лампочки. На такой глубине они были просто безопасны для лодки, так как взрывались очень далеко. Да и капитан старался держаться не прямо под сторожевиком. Когда корабли противника собрав выживших направились в ближайший порт, они решили последовать за ними. Пришлось всплыть почти к поверхности, но слабые шумы немцы не заметили. Под прикрытием вражеских судов они спокойно вошли в бухту и легли на дно. Подождав вечера капитан приказал выставить мины, которые были на борту лодки. Достойных целей в бухте не было. Поставив мины, они по фарватеру вышли из бухты. Для Морика не составляло труда показывать на мираже минные заграждения противника. Утром они нагло показались в виду берега в надводном положении. Через некоторое время в порту раздалось последовательно два взрыва. Из порта так никто и не вышел. Явно корабли противника наскочили на выставленные мины и больше не рискуют выйти из порта, до разминирования.