Александр Седых – Артефактор (СИ) (страница 32)

— Какие факелы, а вы летчика накормили? Немедленно накормить, успеет еще налетаться — распорядился Васильев.

— Есть накормить — отрапортовал боец и умелся вместе с волком к самолету.

— А что это, за собачка рядом с сержантом? — поинтересовался Сизов у лейтенанта.

— Эта собачка называется Волк дрессированный — только усмехнулся Васильев в ответ.

По тому как лейтенант произнес слово волк, Сизов понял, что не все так просто в ответе, и в ответе присутствует скрытый слой, который он пока не понимает. Невдалеке послышался треск мотоцикла и Васильев увидев вопросительный взгляд Сизова пояснил. — Сейчас телега подъедет, а то топать двести метров лень. Через некоторое время действительно подкатил немецкий мотоцикл с пулеметом в коляске. Водитель был в темных очках. Какого хрена он очки нацепил, ночью и так ничего не видно — подумал Сизов. Васильев усадил Сизова с грузом в коляску, сам сел на заднее сиденье, тоже достал из кармана очки и нацепив их приказал водителю — Двигай вперед, на базу. Мотоцикл развернулся и взревев, рванул в темноту. Сизов не успел даже испугаться, только мелькнула мысль — Идиоты. Ночью на такой скорости, они что смертники. Я не хочу. Однако через несколько мгновений темнота сначала сменилась освещенным тоннелем, а затем и огромным освещенным подземным ангаром, заставленным различной техникой. Свет ламп установленных на растяжках по всему ангару, освещал только пол. Потолок ангара терялся в темноте. Чего тут только не было. Танки, грузовики разных видов, несколько мотоциклов, трактора. Зал размером с футбольное поле был в несколько рядов заставлен техникой. Откуда столько? — ошарашенно спросил Сизов Васильева, после остановки мотоцикла.

— Трофеи — махнул рукой тот — Недавно склады взорвали, а перед этим немного прибарахлились.

— Не хило вы прибарахлились. — удивленно покачал головой Сизов.

— Это только часть, у нас еще несколько пещер забито — похвастался водитель.

— Ну ни хрена себе, партизаны — подумал Сизов, потихоньку переваривая информацию, идя вслед за Васильевым.

Через некоторое время его привели в небольшую пещеру и познакомили с руководством партизанского отряда. Батальонный комиссар произвел на него приятное впечатление. Повидавший многое, тертый калач, за которым охотно идут люди. Начальник местного штаба лейтенант Волков, хоть и выглядел молодо, но взгляд был серьезным. Третьим присутствовал пожилой коренастый мужчина, в простой гражданской одежде, однако чувствовалась в нем военная косточка, которую не могла выправить даже длительная гражданская жизнь. Точно, или отставной военный или вообще военспец из бывших белых, по возрасту подходит. — подумал Сизов. Его представили Митричем, начальником гражданской части.

На вопрос Сизова о фамилии, тот в упор взглянув на него, ответил — Просто Митрич.

Точно бывший беляк — утвердил свое мнение Сизов, но больше вопросов на эту тему пока не задал. Еще было два человека в абсолютно такой же экипировки как и Васильев. Это оказались местные начальник разведки Гранин и начальник охраны базы старшина Петров. Одинаковая экипировка бойцов уже наводила на мысль о отработанной системе и хотя форма одежды бойца красной армии была нарушена, но в условиях партизанского отряда это не выглядело вызывающе. Сизова предупредили, что отсутствует их врач и начальник секретной части, которые сейчас заняты с летчиком. Сизов пояснил присутствующим свою задачу, — Выяснить для руководства возможности отряда и базы для дальнейшего использования. По лицам присутствующих он почувствовал некоторое облегчение и атмосфера разговора немного подогрелась, хотя настороженность сохранилась. Военные только после повторной проверки его документов начали рассказывать Сизову историю их появления на базе. Рассказы о их приключениях, поразили Сизова. Придумать специально такое было не возможно. Хотя он и чувствовал что что то ему не договаривают, но истории в целом наверняка соответствуют истине. Результаты их действий были на лицо, но вот как они этого добились было не совсем понятно. Пришли и взорвали, пошли и спасли, пришли и побили, но как и почему без потерь, он не понял. Ему свободно обо всем рассказывали, но когда дело доходило до базы, все начинали переглядываться и замолкать или переводить разговор на другое. Так же необычно было то, что Митрич, совсем без боязни, рассказал ему о себе и своей семье, при этом абсолютно не боялся ни Сизова, ни его принадлежность НКВД. Все присутствующие наверняка знали его историю, поэтому никакого удивления не испытывали. Свои ответы на вопросы Сизова Митрич строил таким образом, что бы не задевать интересы партии и правительства, хотя было видно, что многое он не одобряет. Он не оценивал их действия и не делал выводов, а просто приводил факты своей биографии и также было видно, что сейчас ему глубоко безразлично, как поймет его какой то лейтенант Сизов из НКВД и какие выводы сделает, и что сообщит начальству о старом, бывшем белогвардейце. Такое его отношение удивляло и озадачивало Сизова, а все не понятное могло привести к неправильным решениям. Было еще в ответах присутствующих темное место — это отсутствующий руководитель секретной части базы. Все вопросы о нем натыкались на стену единственного ответа — спросите его сами, когда он освободится. Два дня Сизов ходил по базе, встречался и разговаривал с людьми, слушал их рассказы, смотрел как они живут. У него все больше появлялось вопросов на которые он не находил ответов. Большинство из них упиралось в руководителя секретной части. Причем все и военные и даже гражданские люди отказывались отвечать на вопросы об этом человеке, а многое, если не все в конце концов сводилось к нему. Даже когда в паре случаев он попытался надавить на человека за счет своей принадлежности к НКВД, его откровенно послали, сообщив что если у него есть полномочия, то он напрямую может обратиться к известному человеку и на этом разговор закончился. По косвенной информации Сизов понял, что об этом человеке вообще людям на базе известно очень мало, даже называют его по разному, а о том, что он делает и где живет вообще не известно, но вот авторитет у него, как бы его не называли, непререкаемый. Еще одно Сизов понял точно, все люди пойдут за этим человеком, чем то он привязал их к себе. Когда дальнейший сбор информации стал приводить к одним и тем же вопросам, Сизов пришел к Семенову и потребовал обеспечить ему встречу с неуловимым человеком, тот хитро прищурившись спросил

— А вы накопили достаточно вопросов?

— Дальше некуда — раздраженно сказал Сизов.

— Так вот, что я вам скажу — посерьезнел комиссар и после небольшой паузы, глядя в глаза Сизову, продолжил — все это время за вами постоянно следили, после ваших встреч с людьми, все шли ко мне и рассказывали как и о чем вы с ними говорили, где ходили, что смотрели и если бы я посчитал вас недостаточно подходящим человеком, то вы бы вообще не выбрались из базы.

— Это настолько серьезно? — удивился Сизов.

— Вы еще не представляете и даже вообразить не можете насколько серьезно. Присаживайтесь поближе — кивнул головой на стул комиссар и пояснил — Ваше спокойствие и внимательное отношение к людям, поражает. Некоторые командиры НКВД считают себя выше других и на вашем месте брызгая слюной и с пеной у рта уже грозили бы мне всеми карами и мне пришлось бы просто пристрелить такого, как не оправдавшего доверие.

— Даже так — пораженно уставился на него Сизов. Такое сообщение от командиров красной армии по поводу сотрудника НКВД, высказанное ему в лицо, не часто можно услышать.

— Поскольку проверку вы прошли в основном удачно, я вам открою тот уровень секретности, к которому имею доступ — продолжил комиссар.

— А остальное, как я понимаю, мне расскажет неуловимый начальник секретной части — улыбнулся Сизов.

— Честно говоря я сомневаюсь, что он вам много расскажет, у него секрет сидит на секрете. Вы думаете я много о нем знаю, так вот вы ошибаетесь, я не знаю о нем почти ничего, но если это почти ничего попадет не в те руки, то нам будет не просто трудно, а будет очень трудно — устало сказал Семенов и качая головой продолжил — конечно он сам принимает очень серьезные меры по исключению утечки секретов, но это возможно у нас на базе, а что будет за ее пределами прогнозировать достаточно трудно.

— Может тогда просто забыть про эти секреты? — спросил Сизов.

— Думал я об этом, но слишком велик выигрыш в человеческих жизнях — опять покачал головой комиссар и достав из кармана очки протянул их Сизову — Что вы думаете об этом.

— Да обычные очки, у вас на базе у каждого бойца есть такие. Я для интереса пробовал брать и смотреть. Обычные солнечные очки, немного другого типа встречаются в иногда Москве, когда то закупались партиями у буржуев — ответил Сизов.

— А вы не удивились такому большому их количеству у нас на базе?

— Удивился конечно, но тут же Польша близко и что было на складах тоже не известно.

— А вы не обратили внимание, на то как вам боец давал очки? — довольно ухмыльнулся комиссар.

— Не обратил. Вроде он улыбался — задумался Сизов, только сейчас он вспомнил такую особенность, а ведь он брал очки у двоих бойцов и оба посмеивались.