Александр Седых – Артефактор +. Книга 1. Шаг в неизвестность. (страница 19)

– И факелы ваши в пещерах, это что—то непонятное, – поддержал его сын, – да и ещё много мелочей, типа пол в пещерах ровный. Это сколько же шахтерам нужно вкалывать чтобы пол во всех пещерах выровнять.

– Да. Это мой прокол. Сразу не подумал, – согласился Лекс, виновато покачав головой.

– Может вы всё-таки объясните, – попросил Гранин.

– Видите ли, трудно сейчас все объяснить. Давайте остановимся на промежуточной версии, которой и будем пока поддерживаться. Хотя я вам могу сказать, что она не совсем правильная, но в общем вполне достоверная. Считайте, что я секретный ученый, открывший некоторые, неизвестные законы физики и бежавший с территории Польши, в связи с её оккупацией. На этом пока остановимся, – выдал им Лекс вариант, разработанный ранее с Леной. Надо было продолжать разговор, что бы они не стали задавать других вопросов на эту тему:

– Теперь по поводу тренировок. Тренироваться будете так. Разбиваетесь на пары и один кидает в другого мокрой тряпкой, сжатой комком. Другой пытается увернуться, а через пол часа меняетесь местами. Сложность в том, что мишень работает с завязанными глазами.

– Это невозможно, в смысле тот кто не видит, тот не сможет увернуться, – с недоумением возразил Гранин.

– Еще как сможет, только будете пить специальную настойку. Она обостряет все чувства, только сохраняет действия минут на двадцать. Ваша задача научиться за это время распознавать нужное состояние своего организма, – пояснил Лекс и добавил. – Конечно трудно объяснить это словами, но сами попробуете. Это на самом деле очень просто. Сложность в том, что обостряются все чувства. И уж если тряпка попадёт в вас, то мало не покажется. Это будет равносильно хорошему удару дубиной, хотя последствий даже в виде синяка вы не получите. И ещё одно, тренироваться придётся голышом. Одежда знаете ли сильно трется, а постоянно чувствовать, как с тебя сдирают кожу, знаете ли неприятно. Да и ходить за одно правильно научитесь.

Эликсир этот разрабатывал один из магистров ордена. Он хотел сделать универсальный боевой состав, при использовании которого человек становился бы равен по силе и скорости вампиру. Результат не оправдал себя, подобрать состав не получилось. Но даже неудача принесла пользу. Полученный эликсир позволял на некоторое время обострить все чувства человека, в том числе и интуицию. Если последовательно использовать его при тренировках, то со временем человек привыкает и начинает пользоваться интуицией и без эликсира. Тоже будет происходить и с другими чувствами, то есть человек начинает лучше слышать и видеть, более тонко различать запахи. Появляются и другие интересные возможности, если конечно их правильно развивать. Был создан специальный курс подготовки бойцов для поддержки магов и даже использовался пару столетий, пока не начались гонения на артефакторов. Вот начальную часть курса Лекс и собирался использовать для обучения гвардейцев.

– Это получается обучение в виде кнута и пряника. Кнут – это пропущенный удар, а пряник это научиться управлять своими чувствами, – сделал заключение Белый.

– Очень похоже, – согласился Лекс, – ваша задача, пока вы под действием эликсира научиться разбираться со своими чувствами. Выделять нужные и отбрасывать не нужные, в данный момент чувства. Не зря мишени отводится пол часа. Эликсир действует двадцать минут и десять вам остаётся на закрепление. Потом меняетесь. Эликсир полностью безвреден, поэтому можно тренироваться весь день. На следующие дни будем менять тряпку на камешки, и надо попытаться через неделю уворачиваться одновременно от трех. Кроме того по мере освоения упражнений будем пытаться кидать камешки тоже с завязанными глазами. В общем по методике тренировок, через неделю вы должны научиться использовать чувство своей интуиции в достаточном для охранника объёме.

– Что значит охранник? – сразу поинтересовался сын охотника.

– Это первая ступень древнего воинского умения, – пояснил Лекс.

– А какая же ступень у вас? – поинтересовался тот.

– Ну скажем магистр, – усмехнулся Лекс.

– А сколько ступеней между магистром и охранником? – развил вопрос его отец.

– Много, но при желании научиться можно. Следующий после охранника, воин, после разведчик, следующий гвардеец, за ним мастер и только потом магистр первого уровня. И сразу чтобы не было лишних вопросов – всего у магистра двенадцать уровней и я где—то на третьем.

– Это где же такие градации мастерства были, я что—то о таком и не слышал? – спросил молчавший до этого Ильин.

– А вот этого я вам и не скажу, вот дойдёте хотя бы до уровня разведчика и начнёте хоть немного понимать собственные возможности, тогда и поговорим ещё.

– Почему вы эти знания не передадите нашему правительству, мы же тогда всех этих империалистов быстро разгромим? – спросил сын охотника.

– Здесь много вопросов может возникнуть, – покачал головой Лекс, придумывая как бы выкрутиться. – Во-первых, возьмём тот же эликсир. Его состав очень специфический и много его не сделаешь. Во-вторых, его ещё и делать нужно, а кто будет делать. Скажем так, больше нет кроме меня магистров, – и почти не соврал. Действительно нет в этом мире магистров. – Теперь представьте, я прихожу к вашему вождю и говорю, я вот, такой и такой, слишком умный и могу это, причём все это никак не укладывается в вашу науку. Что бы вы ответили?

– Да как, то над этим не задумывался, – почесал затылок Ив.

– Тогда считайте, пока, что попали в особо секретную часть и никто другой не должен ничего об моем изобретении знать. Будем воевать и доказывать, что моя теория тоже работает, хотя и не соответствует вашей науке. Поэтому ещё раз напоминаю. Все, что вы увидите или услышите, здесь на базе, или чему я вас научу, не должно выходить за круг допущенных людей.

– Кто ещё в курсе? – серьезно спросил Гранин.

– Пока кроме вас, Митрич с внучкой и все.

– А если сам товарищ Сталин спросит? – поинтересовался Ив.

– Ну если только Сталин. Ему можно, только чуть попозже, иначе тоже не поймёт и прикажет вас спрятать в места отдалённые, лет на десять, как врага народа, – ответил Лекс просветившись, кто такой Сталин с помощью мыслеречи у Лены. – Теперь берём фляжки, капаем туда по капле эликсира, и выпиваем по глотку те, кто первыми будут мишенями. Пришло время учиться.

Гвардейцы разбившись на пары приступили к тренировкам. Лекс ещё посидел пол часа, понаблюдал за занятиями, кое—что им подсказал и направился по другим делам. В частности занялся пленным.

Ему необходимо как можно больше узнать об этом мире из различных источников. У него в сумке были специальные артефакты, которые могут использоваться, в том числе и для допроса. На самом деле, это модифицированный магами артефакторами ошейник раба. Он давал возможность использовать мыслеречь при общении носителя с магом, а это в свою очередь очень хорошо помогало, например при допросах. Не подготовленному человеку практически невозможно ничего утаить, да и обмен идёт на высокой скорости. При ответе на вопросы, маг получает и всю сопутствующую информацию, такую как изображения и чувства вспоминаемые носителем. Побег с таким ошейником невозможен. Снять его без команды мага, тоже нет возможности и выйти с ним за пределы контура контроля, опять же невозможно. При удалении от контура появляется сильная нестерпимая боль, а при дальнейшем удалении и смерть.

Гельмут Энке окончательно пришёл в себя после разгрома колонны, только оказавшись в какой—то подземной камере. Быстротечный бой почти не отложился в его памяти. Простой механик и раньше не горел желанием стать солдатом, но его никто и не спрашивал. Еще в начале нападения Германии на Советский Союз его преследовали одни неудачи. Хотя конечно это как посмотреть. Из-за поломки машины, он отстал от своей части и два дня возился в передвижной мастерской с ремонтом двигателя, который никак не хотел заводиться. Когда он наконец добрался до части, оказалось, что её почти нет. Пограничники врага сопротивлялись просто отчаянно. Из двенадцати бронетранспортёров осталось только два, а из двадцати грузовиков всего четыре машины. Восемьдесят процентов солдат убиты или ранены.

Первые победы дались очень тяжело. Гельмут и раньше думал, что война с варварским соседом вряд ли будет лёгкой. И почему правители Рейха не прислушивались к советам предков по поводу северного медведя. После таких потерь, часть отвели на переформирование, а всех уцелевших, привлекли для очистки захваченной территории от разбитых частей противника. И вот, в первом же выезде, он опять попал под раздачу. Хотя надо признать и на этот раз проведение его спасло.

Как была разбита колонна, он практически не видел. Когда впереди грохнуло и по тенту и кабине прошлись пулемётные очереди, чудом не задев его и наповал убив фельдфебеля, сидевшего рядом в кабине. Он кубарем выкатился из кабины и замер за передним колесом, под машиной. Если поначалу казалось, что они смогут отбиться, то через короткий промежуток времени, увидев как погибают его сослуживцы, он понял – это конец. Особенно его потряс вид стрелы, как будто выросшей из спины только что стрелявшего рядом солдата. В ужасе он попытался отползти в кусты. Неожиданная, резкая боль в плече и он потерял сознание от болевого шока.