Александр Щербаков – Любви все возрасты покорны. Сборник рассказов (страница 9)

Витя знал о танцах и сказал об этом Наташе. Она с Валей решили обязательно пойти, выбрали самые нарядные платья, и пришли вместе. Одна повыше, другая ниже, но обе стройные, длинноногие, красивые. Присутствующие на танцах зрители невольно обращали на них внимание. Валентина, и Наташа это внимание чувствовали, и им было приятно. Но пока кавалеров для танцев явно не хватало. Молодых людей и юношей – старшеклассников было явное меньшинство. Но постепенно ребята стали подходить к танцплощадке, и Наташа увидела Витю с Олегом. Они тоже заметили их. Витя направился прямо к ним, а Олег подошел к группе одноклассников. Наташа вся светилась счастьем при виде Вити, так что ему стало даже чуть неловко. Поздоровавшись с обеими, он спросил: «Вы уже танцевали? Я слышал музыку, пока шел сюда». На что Наташа ответила: «Да все кавалеры нарасхват, нам не досталось». Снова раздалась музыка медленного танца. Тут Валя заметила, что к ним приближался инженер, который оказывал ей внимание. И у этой уже довольно зрелой женщины неожиданно забилось сердце, и щеки порозовели. И она не ошиблась, инженер подошел к ним и, галантно наклонив голову, произнес: «Разрешите?» И Наташа сказала за свою немного растерявшуюся тетю: «Конечно, она согласна». Инженер протянул Валентине руку. Они вошли в круг и, в ритм музыки стали двигаться. Наташа сказала: «А меня кто-нибудь пригласит?», – лукаво поглядывая на Витю. Когда тот протянул ей руку, она взяла её, чуть подрагивающую от волнения. Раньше, когда он давал её руку, она была очень твердой. Она шагнула к нему, и они начали свой танец. Первый в их жизни танец.

После танцев они пошли в разные стороны. Валя с инженером в одну, а Витя с Наташей стали подниматься на Дубовку. Он взял её за руку, и чем выше они понимались в гору, тем быстрее он шел. И когда они зашли в тень деревьев и кустов багульника, он привлек Наташу к себе и нежно поцеловал девочку. Она ответила ему страстным поцелуем, какой может подарить невинная девушка своему любимому. И весь вечер они периодически целовались, получая истинное наслаждение от прикосновений губ. Витя обнимал Наташу за талию, ощущая, какая она тоненькая. Он впервые ощутил её неуловимый аромат её парфюма. Почему-то раньше этого не замечал, хотя Наташа всегда им пользовалась. И, вдыхая запах её волос, он сказал: «Ты так вкусно пахнешь», хотя в данном случае это слово совсем не подходило. Но она не заметила несоответствия. Она была полностью поглощена тем состоянием непередаваемого счастья, которое пронизывала её всю.

Наташа вернулась домой уже за полночь. Валя еще не спала, перелистывая тот любовный французский роман, который уже несколько дней читала племянница. Наташа почувствовала, что у Вали хорошее настроение, и кокетливо спросила, кто этот её кавалер. И Валя, чуть смутившись, ответила племяннице, что это инженер прииска, недавно приехал, холостой. Последнее могла бы и не говорить, для Наташи это было и так понятно. Её тетя была очень порядочной женщиной, для которой всякие амуры с женатыми были табу. Они попили чай с хлебом и маслом. И эта простая еда показалась обеим такой вкусной, как будто это был торт «Киевский», который когда-то обе ели. Пожелав друг другу «спокойной ночи», они легли спать. Наташе снова снился Витя, с которым она целовалась и обнималась.

Оставалось несколько дней до отъезда Вити в город. Он собирался побывать во всех институтах города, посмотреть, какие условия для приема, а потом пойти на подготовительные курсы. Осечки при поступлении в институт быть не должно, иначе его ждала служба в армии. И хотя он её не боялся, но терять два года не хотелось. Все это он продумал и взвесил задолго до приезда Наташи в поселок. Да и с родителями все было давно оговорено. Так что их общению в поселке оставалось всего ничего, несколько дней. И они эти дни старались провести вместе. В хорошие солнечные дни загорали, Витя даже плескался в воде котлована. В плохую погоду они проводили время в квартире Вали, разговаривая обо всем. Или, одевшись по погоде, под зонтиками, гуляли по поселку. И тогда Наташа убедилась в верности слов Вали о том, что по поселку можно пройти, не испачкав ног. Конечно, не везде, но туда, где грязно, ребята не ходили. Они побывали даже на кладбище поселка за Успенским, походили между могилок, многие из которых были давно заброшены и заросли травой и молодыми деревцами. Витя этим посещением как-бы прощался со своей малой родиной, где он родился и прожил много лет. При посещении кладбища ребята были молчаливые и сосредоточенные. Витя читал плохо различимые фамилии на некоторых обелисках или крестах и старался вспомнить, кто были эти люди, оказавшиеся здесь на погосте.

Настал день, запланированный для отлета Вити в Хабаровск. Витя сказал девочке, чтобы она пришла в аэропорт часам к 12 дня. Обычно самолет из Хабаровска прилетал между 12 и 13 часами, если была летная погода. Его собиралась проводить мама, которая на этот день взяла отгул на работе. А с отцом он попрощается утром, перед уходом того на работу. Поэтому Наташа, грустная и задумчивая, медленно шла по знакомой ей дороге на «Седьмую линию» в аэропорт. Вот уже видно здание, называемое аэропортом, но такое маленькое, что там не могли разместиться все улетающие на самолете и провожающие. Издалека Наташа увидела Витю и рядом с ним женщину. «Мама», – подумала девочка. Она подошла, заметив, что Витя уже давно смотрит на подходившую к ним Наташу. Когда она совсем приблизилась, юноша сказал: «Мама, познакомься, это Наташа». Женщина лет 50-ти протянула ей руку и назвала себя по имени отчеству. И добавила: «Очень приятно». На что Наташа, почему-то смутившись, ответила: «И мне очень приятно с вами познакомиться». Витя сказал, что самолет чуть задерживается, прилетит после часа дня. И предложил маме идти домой, где у неё есть дела, да и папу надо будет накормить обедом. «А меня Наташа проводит», – сказал юноша. Витина мама грустно улыбнулась и потом сказала: «Это хорошо, что тебя есть кому проводить. Я действительно пойду, папу надо кормить». Попрощалась с Наташей и, поцеловав сына, чуть сгорбившись, пошла к поселку. Ребята долго смотрели ей вслед. Потом подошли к лежащим у забора бревнам и сели на них.

Им было грустно. Последний час оставался до разлуки. Они уже заранее обговорили, где они могут встретиться в Хабаровске, когда она вернется домой. Она знала, что дни, оставшиеся до отъезда с тетей в Хабаровск, покажутся ей годами, что каждый день она будет грустить без него. А Витя не знал, что его ждет впереди, но знал, что расстаться с этой девочкой, ставшей за такой короткий срок самой близкой на свете, ему не хочется. Они смотрели друг на друга, обмениваясь короткими фразами и отдельными словами, и тонули-тонули в этих любящих глазах. Вдали на небе появилась точка, которая все увеличивалась и увеличивалась, и превратилась в самолет. Он совершил посадку, пробежал по полосе и, остановившись, круто развернулся и стал приближаться к стоящим у домика аэропорта людям. Наташа впервые видела так близко летящий самолет. До этого она сама сидела в таком, с четырьмя крыльями «кукурузнике». Самолет остановился, из него стали выходить люди. А потом улетающие в Хабаровск стали уже садиться. Витя встал, взял в одну руку объемную сумку, в другую портфель, сказал: «Пора, Наташа». Она бросилась к нему на шею, не стесняясь никого, и стала целовать, что-то бормоча. Потом отпустила его и, круто повернувшись, низко опустив голову, быстро пошла в поселок. И слезы, горькие и чистые, слезы расставания первой любви, сами текли из её глаз…

Первая влюбленность

Галке было 12 лет, когда она влюбилась впервые в жизни по-настоящему. Конечно, она влюблялась и до этого, и в своих сверстников, и даже в друзей своего отца, красивых, молодых, стройных волейболистов. Отец брал иногда её с собой на тренировки, когда не с кем было оставить дома. А однажды взял её с собой на сборы в другой город. После тренировок все шли купаться на речку, и однажды друг отца Лева переплыл реку, и там, на лугу, нарвал цветов и, держа их в зубах, переплыл обратно и вручил Галке. Она была на седьмом небе от счастья. Тогда она влюбилась в этого Льва и очень жалела, что у него уже есть жена.

В детском садике она влюбилась в Мишку. Его приводила в садик бабушка, всегда такого чистого и ухоженного, аккуратно подстриженного. У других мальчишек вихры во все стороны, а у Мишки нет. Но однажды мальчишки надумали играть в прятки. И когда Мишка вылез из-под кровати весь в паутине и с растрепанными волосами, она его разлюбила. В первом классе влюбилась в Вовку. Он был самым маленьким в классе и на уроках физкультуры шел последним в шеренге мальчиков, а она как самая высокая девочка шла сразу за ним. Когда образовывался круг, она брала его за руку. Ей хотелось защищать Вовку и ухаживать за ним, как за любимой куклой, чтобы его, такого маленького и беззащитного, никто не обидел. Но потом мама рассказала, что мальчики сильный пол, и поэтому они должны сами защищать девочек. И любовь к Вовке прошла.

Но зато к ней любовью воспылал Лешка из соседнего подъезда. Он учился на два класса старше и считался самым хулиганистым во дворе. Поэтому её никогда другие мальчишки не пытались дернуть за косу, ударить по спине портфелем, опасаясь возмездия со стороны Лешки. Но он ей не нравился. Высокий, с длинными руками и пальцами, на которых всегда были нестриженные ногти с грязью под ними. И видя такое невнимание к своей особе со стороны Галки, Вовка переключился на другую девочку, Ленку, которой иногда нес портфель после школы. А Галка влюбилась в другого своего одноклассника, который пришел учиться к ним в четвертом классе. Он чем-то напоминал ей первую детсадовскую любовь – был такой же аккуратный и дисциплинированный. А так как он не играл в прятки или догонялки с другими мальчишками, то она его любила почти целый год.