Александр Щербаков – Любви все возрасты покорны. Сборник рассказов (страница 44)

Прошло несколько лет. Пока сыну не исполнилось 16 лет, Геннадий исправно платил алименты и присылал подарки на дни рождения Лиды и сына. Это были неплохие деньги, так что Лида не бедствовала. Согласие на развод с мужем она дала. А однажды случилось неожиданное. Лида зимой, как обычно, вышла из дома, чтобы пойти в школу, и увидела сидящего на скамейке во дворе… Геннадия. Увидев бывшую жену, он встал и пошел к ней навстречу. Первым желанием у Лиды было повернуться и уйти в подъезд, где был кодовый замок, но она пересилила себя. Остановилась и ждала, пока Геннадий шел к ней, глядя ей в глаза виноватым взглядом. Он остановился в метре от Лиды и сказал:

– Прости, если можешь. Я хочу вернуться к тебе.

Вся злость, какую несколько лет копила в себе Лида по отношению к бывшему мужу, сразу куда-то улетучилась. Она протянула ему ключи от подъезда и квартиры и сказала:

– Иди домой. Я скоро вернусь, отпрошусь у директора. Сын дома, спит еще. Ты пока его не буди.

Когда через полчаса она вернулась домой, на столе её ждал завтрак, который приготовил Геннадий. Лида не стала ничем попрекать мужа, просто рассказала ему, как живут они с сыном. Весь вечер Геннадий провел с повзрослевшим сыном, который очень смутно мог разглядеть своего отца. Он рассказывал ему о своей работе, читал по просьбе сына рассказы из домашней библиотеки. Ночью, лежа на плече мужа, как в первые годы, Лида гладила его постаревшее лицо, его поредевшие и поседевшие усы и волосы, и все говорила и говорила, периодически прерываясь на ласки. На следующий день Геннадий купил сыну хороший магнитофон с наушниками, чтобы тот мог слушать музыку и красивые песни.

Когда прошли первые дни после встречи и прощения, Геннадий сказал, что ему надо съездить в Сочи, забрать все свои вещи, которые он оставил в камере хранения, не зная, простит ли его Лида. Со своей второй женой он развелся, она оказалась очень непорядочная и жадная женщина, и помучавшись с ней несколько лет, он все же решился на разрыв. Улетая в Минводы, он отдал Лиде сберкнижку на предъявителя с весьма большой суммой денег. Улетел и снова пропал, хотя обещал вернуться в течение недели. Лида снова очень переживала, и как оказалось, не зря. Пришла телеграмма из Краснодара от друга Геннадия. Он сообщал, что Геннадий попал в автомобильную аварию, долго был в коме, очнулся, назвал другу адрес Лидии, и когда уже пошел на поправку, скоропостижно скончался – тромб оторвался и закупорил легочную артерию. Телеграмма была длинная, заверенная больничной печатью. Первой мыслью у Лиды появилось желание поехать на похороны, но все взвесив, она отказалась от этой мысли.

Прошло еще несколько лет. Лида за эти годы раздобрела, превратилась в крупную, дородную женщину. Занимаясь в школе и ухаживая за своим сыном, который научился обходиться дома без зрения, она ничем другим не занималась. Каждый вечер, взяв слепого сына под руку, она гуляла с ним по пригороду, рассказывая об изменениях в населенном пункте. Иногда она видела слезы на глазах сына, и тогда с трудом сдерживалась, чтобы не зареветь самой. Оставленных Геннадием денег хватило при экономном их расходовании на несколько лет безбедной жизни. Младшая сестра, которая жила в деревне недалеко от города, привозила ей овощи со своего огорода. Лида, оставив на несколько дней еды сыну, ездила ей помогать в уборке урожая. Не забывали её и одноклассники, особенно Лейма, которая обязательно приезжала к Лиде после развода с очередным мужем. Да еще выросшие пионеры нет-нет, да приходили проведать свою пионервожатую, и тогда в квартире у Лиды начинался небольшой сабантуй. «Пионеры» приносили закуску, фрукты, немного вина, и вся компания, включая сына Лиды, который школьником каждое лето выезжал в пионерский лагерь, вспоминали школьные и пионерские годы. Эти встречи с молодостью были как бальзам на израненную душу Лиды.

Когда стало приближаться 25-летие со дня окончания школы, неугомонная Лейма снова организовала встречу выпускников. На этот раз к ним присоединились выпускники еще трех классов. Когда Лида только подходила к школе, она увидела стоящих перед входом несколько мужчин и среди них Мишу в форме морского офицера, только без кортика. Несмотря на возраст и черную бородку, он выглядел очень красиво. Стройный, поджарый офицер в черном кителе и кремовой рубашке, с тремя золотыми звездами на погонах, он показался Лиде сказочным принцем.

Получилась довольно большая компания, но все равно одноклассники «кучковались» друг с другом по классам. Встреча получилась очень теплой. Все громко аплодировали стихам ставшего известным на Дальнем Востоке их одноклассника Саши, который прочитал очень теплые, проникновенные стихи о школе, о бывших учениках, о родном крае. Продолжил он чтение и в ресторане, в небольшом зале, где были лишь выпускники школы. А танцевать все выходили в большой зал, в котором играл оркестр. Лида с трудом выкроила время, когда около Миши не оказалось его одноклассниц, и сама пригласила его на танец. Оркестр играл вальс, но Лида не умела кружиться, поэтому они с Мишей в такт музыке лишь переставляли ноги. Лиде было все интересно, и она задавала офицеру вопросы.

– Миша, а это что за значок, – показывая на маленькую подводную лодку со звездочкой, на правой стороне груди, спросила она.

– Этот значок показывает, что я могу управлять подводной лодкой.

– А этот значок? – снова спросила любопытная женщина.

– Это за дальний поход – ответил Миша.

– А вот эти значки в виде ромба? – снова допытывала Лида.

– Один – за окончание военного училища, второй за окончание академии.

Она перевела взгляд на левую половину кителя офицера.

– А это что за разноцветная полоска? – снова спросила женщина.

– Это орденская планка. Не носить же все ордена и медали, – удовлетворил ей любопытство Миша, уже начавший злиться.

– А у тебя есть и ордена и медали? – удивленно подняла глаза на него Лида, – ведь сейчас не война.

– Есть и ордена и медали. И война идет, только холодная.

– А какое у тебя звание, если не секрет? – снова настаивала женщина.

– Капитан первого ранга.

– А ты кто по должности, – с трудом подобрала нужное слово Лида.

– Командир подводной лодки, – с каким-то вызовом ответил Миша.

– Атомной? – ресницы Лиды снова взметнулись вверх.

– Да, атомной. Да мы будем с тобой танцевать, или я буду на твои вопросы отвечать? – засмеялся Миша, и уверенно повел даму в такт музыки.

Вечером, сидя в последнем автобусе, который вез её за город, Лида думала, что как повезло жене Миши. Она слышала от его одноклассниц, что он женат, имеет сына, который в настоящее время курсант военно-морского училища в Кронштадте, а сам Миша служит на Северном флоте, и скоро должен получить звание контр-адмирала.

Прошло еще пять лет. На очередной встрече одноклассников Лида услышала фамилию своего одноклассника, которого звали Николай. Оказалось, что он давно живет на Сахалине, работал на шахте, имеет квартиру там, был женат. Сейчас живет один, на пенсии, которую получил в 50 лет как работающий под землей. Жена несколько лет назад умерла от онкологии. Вышел случайно на Лейму, узнав, что одноклассники в очередной раз собираются. Но не сумел вовремя купить билеты на материк, и поэтому не смог приехать к назначенной дате. Лейма попросила Лиду встретить Колю в аэропорту, и поделилась кое-каким сведениями о нем. Оказалось, он в школе был влюблен в Лиду, но у той всегда были другие парни на уме. Вот и уехал на Сахалин, поздно женился, детей нет. Выйдя на пенсию, продолжал работать, но недавно шахту закрыли, и он окончательно ушел на пенсию, которая у него большая. Денег на жизнь хватает, да он еще большой любитель рыбачить, и не только на удочку. Так что особого желания перебраться на Большую Землю у него нет. Да и где он может жить? Умирающий шахтерский город, квартиру не продашь, или за смешные деньги, только на переезд и хватит.

После этих слов Лида задумалась. Она хорошо помнила невысокого и худого своего одноклассника Колю, который часто смотрел на неё своими грустными глазами, обрамленными длинными пушистыми ресницами.

– Как у девчонки, – всегда думала о его ресницах Лида.

Был этот юноша тихий, редко вступал в споры, никогда не дрался и не задевал девчонок. Кое-кто из них называл его «ботаником», так как он шарахался от женского пола как черт от ладана. И она не догадывалась, что нравится этому тихоне.

– А вот так получилось, – мысленно рассуждала Лида, собираясь на аэродром встречать одноклассника, – придется встречать. Узнаю ли я его в аэропорту? Хоть бы фотографию его сегодняшнего увидеть.

Но от Леймы она знала, что у Коли нет компьютера и на сайте «Одноклассники» он не зарегистрирован. Так что хоть большими буквами фамилию его на большом листе бумаги написать остается. Но это ей показалось унизительным в первую очередь для него. Неужели она не узнает? Или он её? Хотя из довольно худой молодой девушки она превратилась в дородную тетю, но что-то своё, только её, Лиды, осталось же.

– Если не я его, так он меня точно узнает, если был в меня влюблен в юности, – подумала Лида, и у неё приятно защемило сердце.

– Неужели он еще меня любит? Да нет, конечно, но вот симпатия должна остаться, – мысленно решила она, – А может? – учащенно забилось сердце, – вспыхнут первые школьные чувства и он сможет полюбить меня такую, постаревшую, но по-прежнему жаждущую женского семейного счастья. А уж как я могу любить, он сможет убедиться. Я в своей способности беззаветно любить нисколько не сомневаюсь.