Александр Щербаков – Любви все возрасты покорны. Сборник рассказов (страница 29)

– Нет, не потребуется. Отдыхай, Василий, – и хлопнул дверью Мерседеса.

Поздно вечером, когда Владимир Степанович и Нина Петровна, обнявшись, лежали на разложенном диване, Нина задала вопрос, который мучил её с самого начала:

– Володя, а не получится ли у нас, что мы бросились в объятия друг друга потому, что уже давно не испытывали такие чувства и желания, но пройдет месяц-два, полгода, потом все уйдет и мы станем чужими другу, как мы были еще три дня назад?

– Ниночка, я уверен, что такого не произойдет. У меня никогда в жизни не было такого отношения к женщине. Конечно, на каком-то этапе это было чисто физическое влечение, но я уже понял, что ты очень умная, глубоко мыслящая женщина и очень мудрая. Те разговоры, что у нас уже состоялись, говорят, что мы одинаково относимся ко многим вещам в жизни.

– Володя, да мы почти и не говорили.

– Это тебе так кажется. Я неплохо знаю психологию людей, мне часто приходилось выявлять лучшие качества у своих подчиненных, причем это надо было делать в считанные дни. Там много происходит на уровне интуиции. Вот и тебя я интуитивно чувствую, и поверь, не ошибаюсь. Мы подходим друг другу. Но если ты хочешь, чтобы мы пока не были вместе, я возражать не буду.

– Любимый, я очень хочу быть с тобой каждый день, каждую минуту. Меня влечет к тебе всеми фибрами души. Но давай все же подождем и официально заключать брак не будем. Проверим наши чувства.

– Хорошо, солнышко моё. Но я думаю, ты переедешь ко мне, как только я переговорю с дочерью.

– Хорошо, перееду, если ты так хочешь. Хотя мне здесь привычно, но я хочу поступить так, как тебе нравится.

– Видишь ли, дорогая, я еще выполняю кое-какие работы по конструированию, в моей квартире у меня есть все необходимое для этого.

– Да нет вопросов. Завтра приглашу к себе сына и поговорю с ним. Он же уже не мальчик и часто меня упрекал, что я живу затворницей.

– А ко мне завтра должна приехать дочь, и я с ней тоже поговорю.

– Володя, можно я скажу, что мы знаем друг друга уже месяц или два? А то всего три дня и уже решили жить вместе, да еще пожениться. Что подумает сын? Что мама вертихвостка?

– Можешь строить свой разговор с сыном как тебе удобно. Только потом мне расскажешь, как он прошел?

– Обязательно, дорогой! И ты тоже расскажешь. Мы должны познакомиться с нашими детьми и их тоже познакомить друг с другом. Я правильно рассуждаю, любимый?

– Конечно, солнышко мое. Ты же мудрая женщина.

– Как ты думаешь, почему нас так повлекло друг к другу? Мы ведь уже пожилые люди.

– Да какие пожилые, ты что говоришь. Я не видел еще такой темпераментной женщины.

– Это ты меня так возбудил. Но все же, почему?

– Ты знаешь, любимая, народную пословицу – браки рождаются на небесах? Кажется, целая цепь случайностей привела к нашей встрече. Я переехал в этот микрорайон. Мне дочь отдала свою собаку, и я стал её выгуливать именно в том парке, где гуляешь ты. Мы увидели друг и друга и сразу понравились, ведь ты же говорила, что думала обо мне. И я тебя тоже сразу заметил еще в первый день, когда пошел на прогулку. И моя собака побежала к озеру рядом со скамейкой, где ты сидела. Разве это случайно? Я думаю, что нет. Кто-то нас подвел к этой встрече на скамейке у озера.

– Ну и хорошо, что подвел. Я такая счастливая сегодня! Спасибо, тебе, милый. Я люблю тебя! – Нина Петровна стала целовать лежащего мужчину, и он стал отвечать тем же.

На следующий день в квартире у Нины Петровны появился её сын. Он сразу обратил внимание, что мать непривычно оживленная, и неё горят глаза, и улыбка не сходит с её лица.

– Что случалось мама? Почему ты просила приехать? – спросил сын.

– Я не знаю, как начать, сынок. Дело в том, что у меня появился мужчина, и мы любим друг друга.

– Наконец-то! Поздравляю, мама! Сколько можно убиваться по отцу, уже столько лет прошло. А ты у меня еще ого-го! Кто он, твой избранник? Давно ты с ним познакомилась?

– Нет, недавно, 2 месяца назад. Он пенсионер, до этого работал в Большом доме, в НИИ.

– Надеюсь, не охранником, хотя там и охранником престижно работать. Такая секретная организация.

– Нет, не охранником. Конструктором. Генеральным.

– Ты что, Генеральным Конструктором? Его случайно не Владимиром Степановичем зовут?

– Да, Владимиром Степановичем. А ты откуда его знаешь?

– Да он у нас года два назад лекцию читал в институте. Чувствовалось, не человек – Глыба! Как же ты с ним познакомилась?

– На прогулке в нашем парке. Он собачку выгуливал. Той-терьера, кличка Семен.

– Ну, мама, ты даешь! На прогулке с таким человеком познакомилась. Да еще с собачкой, – засмеялся сын и сказал:

– Если ты ждешь моего благословения, то я тебя благословляю, дорогая мамочка! Мы все тебя поздравляем. Дай я тебя поцелую, любимая моя.

– Дорогой, он предлагает мне переехать к нему. Как ты на это смотришь?

– Мам, да это в прошлом веке не разрешалось до свадьбы ни жить вместе, ничего. Сейчас другие времена, и если Вы хотите жить вместе – живите!

Вечером у Нины Петровны зазвонил мобильный телефон, и в нем она услышала голос Владимира Степановича:

– Ну, что, дорогая, поговорила с сыном? Что Вы решили? Переезжаешь ко мне?

– Переезжаю, любимый. Могу даже сегодня, я уже основные вещи еще с утра собрала. Была уверена, что сын одобрит мое решение. Кстати, он тебя знает, ты у них года два назад лекцию в институте читал. Не поверил, что я тебя в парке подцепила! – со смешком завершила разговор Нина Петровна.

– Хорошо, через час мы с Василием подъедим. Я тоже поговорил с дочерью. Она очень рада за меня. Но мне показалось, что и за себя тоже. Ей не надо будет два раза в неделю ко мне ездить, – раздался смех в трубке.

Через два дня многочисленные посетители парка увидели уверенно скользящую по глади озера лодку, за веслами которой сидел седовласый мужчина, на корме рулила дама тоже не первой молодости, а из лодки раздавался звонкий лай собачонки.

Прошло два года. В парке каждый день можно было увидеть идущих под руку мужчину и женщину в зрелом возрасте, держащую на поводке собачку породы той-терьер. За эти два года эту пару могли увидеть в Париже, Лондоне, Риме и Мадриде, в санаториях Черноморского побережья Кавказа. По их внешнему виду чувствовалось, что они счастливы, и не скрывали этого ни от кого.

Инкогнито

Наташа задержалась на работе и очень торопилась. Если она не успевала до «часа пик» проехать через центр города, то её возвращение домой могло затянуться надолго из-за больших пробок на дороге. Она завела свою Дэу Матиз и уже собралась трогаться, как увидела на ветровом стекле под «дворником» бумажку. Быстро вышла из машины, обошла свою маленькую машину спереди и сняла бумажку. Села, сунула бумажку в бардачок и тронулась. Она чуть опоздала со своим выездом, машины уже начали заполнять улицы города, и ей пришлось постоять в пробках. Да еще какой-то нахал на джипе стал влезать в её ряд, и они чуть не стукнулись. В сердцах, когда это чуть не произошло, Наташа даже выругалась.

Дома приготовила ужин, накормила пришедшего с тренировки сына и села к компьютеру. Надо было пообщаться с подружками в социальных сетях, на работе она была лишена такой возможности. Главный бухгалтер большой компании должен подавать пример подчиненным. Да и работы всегда было много. Отчеты, проводки, перечисления на счета. Очень внимательным надо быть постоянно.

Потом было два или три телефонных звонка, перед сном поговорила с пятнадцатилетним сыном, дала ему наказы на завтра:

– Костя, тебе надо будет купить картошки и молока, у нас и то, и другое кончается. На счет хлеба и булочек сам посмотри, я их не ем, ты знаешь.

– Мам, да ты уже стала такой худой, хоть иногда хлеб надо есть.

– Ты видел мои фотографии в юности, помнишь, какая я «пампушка» была. Не хочу быть толстой, как некоторые молодые девицы. Как твоя тренировка прошла?

– Да все нормально, мам.

– А что у тебя синяк под глазом?

– В карате без синяков не обойдешься, ты же знаешь. Спарринг был с одним парнем, он старше меня на год. Но я ему не уступил.

– По очкам победил, что ли? У него два синяка под глазами? – пошутила Наташа.

– Да нет, но ему досталось больше, чем мне.

– Я рада, что ты умеешь постоять за себя. Как дела в школе?

– Да сегодня не спрашивали. Все домашние задания на завтра сделал.

Потом легли спать в своей маленькой однокомнатной квартире. Перед сном Наташа стала снимать дневной макияж и вспомнила о бумажке, которую сняла с ветрового стекла.

– Там вроде как было что-то написано, – подумала молодая женщина. И сразу забыла о бумажке.

Утром они с сыном уходили в разное время. Наташе надо было ехать через весь город на работу, а сыну было два шага до школы. Заведя машину, женщина полезла в бардачок за темными очками и увидела бумажку. Развернула и прочла «Здравствуйте! Вы так чудесно выглядите в этом вашем платье. И.».

– Что за черт, кто это мог написать? – вслух подумала Наташа, – псих, что ли?

Она поехала на работу, но записка не выходила из головы. Она знала, что очень хорошо выглядит. Высокая, стройная, с красивыми ногами и шеей, брюнетка, весь год загорелая, она выглядела намного моложе своих 35 лет, никто ей больше 20 не давал. И во вчерашнем платье, довольно коротком, на высоких каблуках, она смотрелась очень эффектно.