Александр Щербаков – Любви все возрасты покорны. Сборник рассказов (страница 2)

Под самолетом продолжали проплывать поля, какие-то озера, речки и небольшие леса. И так продолжалось почти до самого Комсомольска-на-Амуре, в котором самолет приземлился примерно через час после взлета. Она тоже впервые была в самолете, который плавно приземлялся на бетонную полосу аэродрома. Пилоты очень аккуратно посадили самолет, его лишь чуть качнуло, когда два передних колеса коснулись земли, и плавно опустив хвост, самолет покатился уже на трех колесах. Двигатель как-то по-другому загудел, и самолет стал останавливаться. Но не совсем, он продолжал небыстро катиться по полосе, а потом свернул на рулежную дорожку и поехал к зданию аэровокзала. Потом самолет остановился, пропеллеры перестали крутиться, двигатель заглох. Один из летчиков встал и, пройдя в хвост самолета, отстегнул защелку и открыл дверь. Приспособил лестницу к порогу двери и выглянул наружу. К нему приближалась дежурная и с ней пять человек. Наташка подумала: «Пассажиры, что ли? Куда же их сажать будут, свободных мест всего четыре». Но она увидела, что один пассажир взял свой чемодан и вышел из самолета. Сосед предложил Наташе размять ноги и выйти на летное поле. Так она и сделала. Её сосед вышел из самолета первым и галантно подал ей руку, когда она стала спускаться по лестнице. Такое было впервые в её жизни, и она даже зарделась от смущения.

Полчаса они постояли у самолета, пока летчики сходили в здание аэропорта и вернулись. Потом всех пригласили в занять свои места. Последними зашли новые пассажиры и сели на свободные места. Снова загудел двигатель, и Наташкино путешествие продолжилось, чтобы еще через час опять на какое-то время прекратиться, так как самолет приземлился в аэропорту поселка имени Полины Осипенко. Так далеко на север своего родного края никто их её близких не забирался. Не считая тети, конечно. Но север не чувствовался. Ярко светило солнце, совсем нехолодный ветерок приятно освежал лицо. В этом аэропорту вышло трое пассажиров. Оставшиеся прошли в здание аэропорта и подошли с небольшому буфету. Её сосед тоже пошел к нему и купил бутылку сладкого ситро. Наташа вспомнила про пирожки и чай, но есть ей совсем не хотелось. Но так как она вышла из самолета со своей сумочкой и на посадку их еще не приглашали, он решила все же съесть один пирожок. Но есть одной было неудобно, тем более что сосед проявил к ней такое участие, и она предложила один пирожок и ему. Он не отказался, и они поели. Он с аппетитом, а она через силу. Сосед поделился с ней стаканом ситро, потому что доставать чай ей не хотелось. Ситро было такое же, как в городе. И это приятно её удивило.

Потом еще час полета. Наконец, самолет, развернувшись над сопками, окружающими поселок Херпучи, пошел на снижение. Она прильнула к окну и глядела на дома поселка, которые становились все ближе и ближе, на какие-то камни, образующие волны, с редкой зеленью на них, и небольшие озера с мутной водой между этими камнями. Потом самолет совсем низко пролетел над каким-то цехом и коснулся земли. Но это была и не земля вовсе, а все же камни, только лежащие ровным слоем. По такой совсем не гладкой поверхности самолету было трудно бежать, наверно, потому что двигатель снова довольно сильно загудел. Наконец самолет приблизился к какому-то совсем небольшому домику, на котором она увидела вывеску ХЕРПУЧИ. И увидела, как к самолету пошли люди, и среди них заметила свою тетю. И на душе стало очень легко и приятно. Все складывалось хорошо. И погода солнечная, и в полете самолет не бросало, и она легко перенесла полет. Сосед в самолете был приятный, и вот её встречает родной и близкий ей человек, её единственная тетя, младшая сестра её любимой мамы.

Потом сосед вынес её чемодан из самолета, кивком головы попрощался и, взяв свою сумку, пошел в сторону поселка. А она оказалась в объятиях своей тети, которую знала с детских лет и называла не тетя, а просто Валя. Они пошли вслед за тем молодым человеком, её соседом в самолете, и Валя расспрашивала Наташку, как она перенесла полет, что чувствовала при взлете и посадке, и говорила, что очень рада приезду своей племянницы. Они прошли мимо того цеха, и тетя сказала, что это мехмастерская. Потом шли мимо деревянных домов и заборов из длинных жердей. Тетя пояснила, что это называется «Седьмая линия». И на вопрос Наташки, что, есть еще 6 линий, как на Васильевском острове в Ленинграде, как она читала, Валя засмеялась и сказала, что есть всего одна линия – Седьмая. И добавила, что не знает, почему так зовут эту улицу.

Потом они шли мимо тех рядов камней и небольших озер, и тетя пояснила, что камни – это отвалы, а озера – котлованы. Они остаются после работы драги. А драга – это фабрика по добыче золота, и она её еще увидит. Потом они прошли через один мост над небольшой речкой, и тетя сказала, что эта речка Херпучинка. Потом был еще один мост, и впереди, на небольшом пригорке она увидела высокое деревянное здание. Успела насчитала всего два этажа и удивилась. В городе такой высоты здания имеют три этажа. Тетя сказала, что это школа, где она работает, и Наташка еще её увидит во всей красе. Они шли, и тетя давала ей пояснения: «Вот справа – магазин, вернее, даже три – хлебный, продуктовый и промтоварный. А в этом небольшом здании рядом со школой располагается гостиница». Наташка увидела, как куда-то вдаль уходила одна улица, но они с тетей не пошли по ней, а вошли через небольшую калитку рядом с закрытыми воротами на пришкольную территорию.

Теперь она могла хорошенько рассмотреть здание школы. Оно действительно было очень высоким, с огромными окнами, и лестницей, ведущей на чердак школы. Потом она увидела небольшую площадку между двумя выступами здания, с деревянным настилом. И в левом выступающем крыле здания была открытая входная дверь в школу. Вдруг из этой двери выбежали две девчонки и, смеясь, пробежали мимо, поздоровавшись с её тетей. За школой было какое-то невзрачное здание с высокой трубой. Тетя пояснила, что это кочегарка, она отапливает школу в холодное время года. Они прошли по школьной территории, скорее напоминающей улицу между школой и рядом стоящим зданием, и подошли ко второй калитке. Впереди была видна улица, в конце которой слева виднелась высокая гора. «Такая гора в центре поселка. Как странно», – мелькнула мысль у Наташки. Вдоль улицы слева и справа были аккуратные дома, вдоль улицы тянулись деревянные заборы и неглубокие канавы. Тетя сделана несколько пояснений о стоящих домах. «Вот видишь это длинное здание? Это наши школьные мастерские. А следующее здание – столовая. Ну а дальше жилые дома». Наташка наступила на деревянный тротуар и удивилась, что он такой крепкий, и доски под ней не прогибаются. И еще её удивило, что заборы не из жердей, а из аккуратного штакетника. Она взглянула на табличку на первом доме и прочитала «Центральная» и ниже вторую табличку с цифрой 2. «Все понятно, – подумала она, – улица Центральная, дом 2».

Они прошли первых два дома, и подошли к третьему по правой стороне. «Вот здесь я живу», – сказала тетя и открыла калитку. Они зашли в небольшой дворик с деревянным настилом, и Наташка увидела крыльцо и открытую входную дверь. Тетя перехватила ей удивленный взгляд и засмеялась: «Не бойся, я не забыла закрыть дверь, я живу не одна в этой квартире, у меня есть соседи. Сейчас ты с ними познакомишься, они дома». Они поднялись на небольшое крыльцо и вошли в дверь, которая, как оказалось, вела в сени, и лишь потом Наташка увидела вторую дверь, ведущую непосредственно в дом. Они вошли, и тетя громко сказала: «Встречайте гостей, мы приехали». На её голос из одной двери выглянула голова девочки лет шести, потом вышла женщина с приветливой улыбкой на лице. И лишь потом появился мужчина, который шумно заговорил: «Ну мы тут уже заждались гостей, обедать не садимся. Давайте знакомиться. Меня зовут дядя Вадим. А тебя как?». Он протянул руку Наташе. Та чуть пожала её и назвала свое имя. Потом она пожала руку женщине и узнала, что её зовут тетей Лидой. А улыбающаяся во весь рот девчонка сказала, что её зовут Наташей. Мужчина засмеялся и сказал: «Будем звать вас Наташа первая и Наташа вторая. А то как вас отличить по имени?».

Потом тетя Лида сказала, чтобы они умывались и шли к столу. Она приготовила обед на всех и приглашает Валю с племянницей пообедать с ними. Наташка прошла в комнаты, которые занимала её тетя, и они начали готовиться пойти в гости. Тетя показала Наташке, где туалет на улице, и это было очень кстати. Мочевой пузырь девочки был уже переполнен, и она из последних сил терпела. Но все закончилось хорошо. Потом Наташка надела одну из своих новых кофточек, и вместе с тетей пошла в комнату соседей. Потом вспомнила, что у неё есть пирожки, которые надо съесть, и вернулась за ними. Дядя Вадим увидел пирожки и сказал: «Обязательно попробую, как вкусно стряпает твоя мама». И Наташка довольно дерзко ответила: «Моя мама стряпает очень вкусные пирожки, вот увидите». Все засмеялись, а дядя Вадим сказал: «Не увидим, а съедим». И все снова засмеялись.

Обед прошел в непринужденной обстановке. За столом в основном говорила Наташка. Она рассказывала о жизни в Хабаровске, о своих подругах, о школе. Сказала, что их школа такая же высокая, но там три этажа. Маленькая Наташка слушала её, открыв рот. Ничего такого она раньше не слышала. А взрослые лишь поддакивали Наташке, не забывая есть. Обед был простой, но очень вкусный. Тетя Лида постаралась, сварила вкусный наваристый борщ, на второе было пюре с копченой рыбой. И хотя Наташка не очень любила рыбу, но или потому что сильно проголодалась, или потому что рыба была вкусная, с аппетитом съела три куска рыбы. Очень понравился девочке и местный хлеб. А потом дошла очередь до её пирожков. Дядя Вадим съел и с мясным фаршем, и с капустой, похвалил и шутя сказал, что Лиде надо научиться такие пирожки печь у Наташиной мамы. Та не поняла шутки взрослого человека и с жаром стала рассказывать, какая у неё мама мастерица на все руки. И тетя Валя её поддержала.